Наследство в глухой провинции - Лариса Кондрашова

Какие-то мужчины курили недалеко от входа и помахали мне пачкой «Мальборо»:

— Девушка, присоединяйтесь!

— Спасибо, я не курю.

И чтобы не отвлекать их, я спустилась вниз по двум широким ступеням, решив, что я немного пройдусь взад-вперед по прилегающей улице, как в эту минуту кто-то тронул меня за плечо:

— Лариса!

Все еще не веря себе, я медленно повернулась. Передо мной стоял Сергей Шувалов.

— Как ты… здесь оказался? — выговорила я в момент пересохшим ртом.

— Я разошелся с женой, — сказал он как будто невпопад.

— И что?

— Я уже забыл, когда в последний раз был на юге.

— И что?

Я как заведенная повторяла свой дурацкий вопрос, потому что смотрела на него во все глаза и ничего не соображала.

— Твоя мама сказала, где тебя искать. И вот я все стою здесь, собираюсь с духом, чтобы войти в зал. Но видишь, ты как чувствовала, сама вышла… — Сергей потянул меня за руку в сторону: — Давай отойдем.

И мы встали в тени огромного платана — восемь часов вечера, а солнце еще жарило вовсю.

Трудно сказать, то ли он качнулся ко мне, то ли я потянулась к нему, но мы просто упали друг другу в объятия и слились в поцелуе. Нет, слились — это не образ и не штамп, это два тела так вдавились друг в друга, так соединились, словно стали одним существом, на центральной улице, ясным вечером! Казалось, нас невозможно оттащить друг от друга, разве что разодрать. Наконец мы оторвались друг от друга.

— Ты здесь случайно?

— Вот еще! — хмыкнул он, все еще обнимая меня за плечи. — Я купил тетку из нотариальной конторы, взял у нее все твои данные, включая паспортные, нашел дом… Не мог понять, где ты бываешь, тебя невозможно застать дома. Спасибо твоей маме…

— Я свидетельница на свадьбе моей лучшей подруги. У меня была куча дел.

— Я тебя люблю, — сказал он.

— И я тебя люблю.

— Я хочу жениться на тебе.

И мы опять поцеловались.

Я покормила сына, а нянечка пришла и забрала его.

— Пойдем взвешиваться, богатырь, — шутливо сказала она, принимая от меня белый сверток.

Лежала я, лежала и не заметила, как задремала, чтобы, впрочем, тут же подхватиться от Танькиного крика:

— Шувалова, тебе цветы спускаются!

Она все время торчит у окна и все первой замечает.

— Спускаются?

Это что-то новенькое.

Я тоже выглянула в окно и прямо перед глазами увидела огромный букет, опущенный на веревке. И лицо моего мужа, сосредоточенно придерживающего эту веревку.

В какой, интересно, кабинет прорвался этот счастливый отец? Уж не в ординаторскую ли? Ага, и его там застукали. Мне видно, как чьи-то руки оттаскивают его от окна.

— Ларчонок! Спасибо за сына.

Он мог ведь передать мне цветы через нянечку или медсестру, но возжелал сделать это лично.

Все-таки его увели, а я едва успела схватить букет, который, не удерживаемый более рукой мужа, уже падал вниз.

Угодило меня родить аккурат на майские праздники. Наверное, в связи с праздником внимание дежурных врачей было ослаблено, и мой неистовый супруг прорвался к окну.

Я сунула нос в букет сирени — мои любимые цветы. И засмеялась. Самое большое счастье, оказывается, быть счастливым не только самому, но и подарить счастье близкому человеку.