Акция прикрытия - Данил Корецкий

– Какая-то веревка... Может, натяжная мина... Еще три луча взметнулись вверх.

– Это... Это не веревка... – испуганно выдохнул кто-то. – Паутина! – Четыре видавших виды мужика шарахнулись назад, зачарованно глядя на белесые, геометрически правильные узоры, сплетенные неизвестным ткачом. Они спокойно отнеслись к известию о натяжной мине, но зловещая сеть, вполне годящаяся для того, чтобы поймать любого из них, повергла каждого в состояние, близкое к паническому.

– Дайте нож! – Уверенностью в голосе Лечи пытался подавить сосущее чувство страха.

– Не надо... Вдруг паучище прыгнет...

– У тебя же автомат!

– Тут темно... И потом, может, их много... Лучше придем с огнеметом, тогда выжжем всех, как клопов!

– Правильно, с огнеметом надо...

– Да, огнемет возьмем и придем... Лечи понял настроение спутников, тем более что оно не сильно расходилось с его собственным.

– Ну, раз боитесь, пойдем обратно.

Против обыкновения никто даже не возмутился обвинению в трусости. Держа оружие на изготовку и не поворачиваясь спиной к чудовищной паутине, все четверо долго пятились назад, потом развернулись и быстро направились к отправной точке своего путешествия.

– Он небось размером с собаку...

– Может, ядовитый...

– Да и так если присосется, всю кровь выпьет... Разговоры явно не способствовали укреплению боевого духа, поэтому Лечи решил вмешаться.

– Э-э-э, что такое паук! Он мягкий и без зубов. А в газетах писали, что в метро крысы водятся – здоровые, как волкодавы... Боевики ускорили шаг, желтые лучи беспокойно обшаривали все вокруг.

– Я не трус, все знают, но мусульманин не должен под землей ползать, – выразил общее мнение один из боевиков.

Когда они вернулись к месту сбора, Лема уже находился там и рассказывал Тепкоеву о результатах своей экспедиции. Из четверых спутников рядом с ним стояли лишь двое.

– ...Лестница такая же, только подлиннее. И выход прямо в трансформаторную будку. Я ребят выпустил, пусть поверху возвращаются...

– Никого не встретили? – поинтересовался Лечи, когда коллега закончил. – Мы на такую паутину наткнулись, ребята перепугались!

– А ты? – прозорливо спросил Тепкоев. Лечи помолчал.

– А чего мне врать? И я испугался!

– Какие-то норы видели, – нехотя ответил Лема. – В одной вроде глаза чьи-то сверкали. Собачьи или Кошачьи, только красноватые, как угольки...

– Дела-а-а, – вздохнул Лечи. – Не нравится мне все это!

Тепкоев внимательно оглядел поникших соратников. Он был хорошим психологом и знал, как нужно переломить ситуацию.

– Кавказский мужчина ничего не боится, – с расстановкой произнес он. – Здесь нищие живут, бомжи, шпана московская. А вы что, хуже? С непривычки, может, и страшновато... Поэтому перед спуском разрешаю по стакану водки и даю по двести долларов каждому. Нравится?

Боевики приободрились.

– А встретите какую нечисть – можете разносить ее в клочья. Думаю, через две недели мы тут полный контроль установим. Так?

– Так! – воодушевленно согласились «бойцы». В следующие дни несколько бригад тщательно изучали внезапно открытый подземный мир. Идею насчет маленьких автомобилей Тепкоев одобрил и дал команду Хозе, который уже через пару часов прислал грузовик с четырьмя картами. Их пришлось дооборудовать – установить фары и глушители, после чего гоночные микролитражки спустили в туннель. Поначалу члены группировки отнеслись к бескузовным машинкам скептически: низенькая рама с прикрытым обтекателем двигателем и маленькими колесиками не внушала того почтения, что привычные «кадиллаки», «линкольны», «Меркурии», но после испытаний отношение изменилось.

Лема Терлоев, сгорбясь на крохотном металлическом сиденье, дал газ и умчался в угольно-черное пространство, за ним сорвался с места Арсен Татаев. Мощные лучи фар пронизывали темноту на добрую сотню метров, но возможные повороты, препятствия и прочие неожиданности сдерживали водителей, и они не использовали всех ресурсов двигателей, позволяющих разгоняться до ста пятидесяти километров. Даже ослабленный глушителями рев моторов в замкнутом пространстве создавал впечатление стартующей с космодрома Байконур ракеты. Спрессованный ветер бил в лица и заставлял щуриться, глаза наполнялись слезами.

Впереди метнулась тень, Лема резко сбавил скорость, но затормозить не успел: карт ударил мечущегося человека в колени и отбросил в сторону. Когда Терлоев и Битый Нос подошли к пострадавшему, тот был мертв. Сапоги, брезентовый плащ, моток веревки и фонарь показывали, что человек оказался здесь не случайно. Обшарив карманы, Лема обнаружил карандаш, складной нож, два снаряженных картечью охотничьих патрона, пачку дешевых сигарет и плакат «Их разыскивает милиция». За поясом торчал обрез двустволки, заряженный пулевыми патронами.

Арсен развернул плакат и попытался сравнить фотографию совершившего двойное убийство гражданина Замортацкого с лицом погибшего, но то ли из-за качества снимков, то ли из-за плохого освещения не смог установить сходства.

– Не станет же он таскать чужую розысковку! – проворчал Битый Нос и, перевернув плакат, обнаружил на обороте вычерченную карандашом схему туннелей, коридоров и переходов.

– Да здесь у него целая карта!

– Спрячь, потом посмотрим, – настороженно сказал Лема. Он сжимал в руке пистолет и светил фонарем во все стороны. – Сейчас надо выяснить, как он сюда попал и где его дружки...

Неподалеку они обнаружили узкий боковой коридор и осторожно двинулись по неровному каменистому полу, Через несколько минут вдали послышался характерный шум, повеяло ветром, как будто гигантский поршень выталкивал воздух из подземных пустот.

– Поезд? – недоуменно буркнул Битый нос и тут же догадался: – Метро!

Они прошли около двухсот метров, и коридор уперся в широкий туннель. В слабом свете белых и синих путевых огней тускло отблескивали рельсы.

– Точно, метро! Значит, можно под всей Москвой ходить... – Битый Нос радостно захохотал. – Пойдем посмотрим, какая здесь станция!

– Далеко, – засомневался Лема, – Слушай, мы что, два-три километра не пройдем? А там на эскалаторе поднимемся, на такси сядем и вернемся! Машинки наши никто не тронет, пошлем за ними ребят – и все! Зато Магомету скажем, в какой район выйти можно!

Доводы товарища показались Леме убедительными, и они, неловко прыгая со шпалы на шпалу, двинулись к неизвестной станции.

– Это ж какие дела можно делать! – Битый Нос впал в эйфорию. – Поставили на уши банк – и ушли под землю, пусть ищут!

Терлоев не разделял приподнятого настроения напарника. Что-то угнетало и напоминало о смертельной опасности. Внезапно он понял, в чем дело; ширина туннеля не позволяла уклониться от поезда!

– Давай возвращаться: нас здесь раздавит к ебаной матери!