Тринадцать гостей. Смерть белее снега - Джозеф Джефферсон Фарджон

– Да ничего конкретного.

– Вы не заглянули в замочную скважину?

– Там с обратной стороны был ключ.

– Значит, все это вы видели в первый свой обход?

– Да. А когда я пришел во второй раз…

– Нет, погодите минуточку, – прервал Дэвида мистер Молтби. – Вы мне все рассказали про первый обход? Как долго находились наверху? Звук повторялся? Надо выяснять все сразу, чтобы потом не возвращаться назад.

– Да, мысль здравая, но в данном случае это нам ничего не даст, потому что я выложил вам все, – возразил Дэвид, в глубине души довольный, что старик проявляет такую дотошность.

– Но, мистер Кэррингтон, вы же не ответили на мои вопросы.

– Виноват. Я провел перед дверью с полминуты, но звуки больше не повторялись. Чтобы быть совсем уж точным, скажу, что последовательность событий была несколько иной. Сначала я постучал, потом послышался какой-то шорох, быстрое движение – и тишина.

– Благодарю вас. А теперь расскажите про ваш второй обход.

– Во второй раз дверь была не заперта. Я вошел в комнату, нечто вроде мансарды, и убедился, что она пуста. Вот это меня и поразило.

– Естественно, – кивнул мистер Молтби. – Какой же вы сделали вывод?

– Только один: тот, кто находился в этой комнате, успел покинуть ее и теперь он где-то в доме.

– Необязательно.

– Почему?

– Вы, случайно, не заметили, окно было закрыто?

– Оно было закрыто, я точно помню.

– Вы проверяли?

– Нет.

– Полагаю, что, подергав его, вы бы обнаружили, что оно закрыто, но не заперто на шпингалет. Возможно, оно было лишь прикрыто и вы могли…

– Послушайте, – перебил старика Дэвид. – Если человек выпрыгивает в окно, зачем ему перед этим отпирать дверь?

– Возможно, сначала он попытался выйти через дверь, а потом почему-то передумал и выбрал окно, – возразил мистер Молтби. – Очевидно, ваш вопрос останется без ответа, пока мы не узнаем, что руководило этим человеком, который предположительно был мужчиной. Мы должны очень тщательно осмотреть весь дом, чтобы убедиться, что он не прячется в одном из помещений. Но я лично склоняюсь к варианту с окном. Кстати, какое впечатление произвел на вас наш друг мистер Смит?

– Смит? Это тот парень, что пришел с вами?

– В вашем голосе прозвучало сомнение, – сухо заметил мистер Молтби. – Но за неимением другого варианта мы не должны сбрасывать Смита со счетов.

– Мне он не понравился, да и вам тоже.

– Сожалею, что не смог скрыть антипатии. Да, я от него не в восторге. Вы ведь знаете, что он ехал на нашем поезде?

– Скорее догадался.

– Да, он имел неосторожность уронить билет. Итак, мистер Смит ехал на нашем поезде, но решительно это отрицает. Как вы думаете, почему?

Дэвид чуть замешкался с ответом, который напрашивался сам собой, но был весьма неприятен. В это время в дверях кухни появился Томсон, закончивший катастрофические манипуляции с посудой.

Он был очень бледен, и только на щеках розовели два небольших пятна, подчеркивающие мертвенную белизну лица. Глаза у него слезились.

– А вот и мы! – воскликнул он.

Постояв несколько секунд, он рухнул на ближайший стул с жестким сиденьем и спинкой. Физические неудобства усугублялись душевным дискомфортом.

– Очень мило с вашей стороны поработать за всех нас, – приветствовал его Дэвид.

Появление Томсона прервало плавное течение беседы, подобно камешку, попавшему в работающий мотор.

– Сущие пустяки, – отозвался он. – Я люблю мыть посуду: то есть раз нужно, значит, нужно.

Щеки его стали чуть ярче. Ему не хотелось произвести впечатление серой личности, для которой мытье посуды своего рода развлечение. Однако выглядеть мучеником тоже не следовало. И почему на ум никогда не приходят нужные слова? Мистеру Томсону не хватало не только слов. Ему сейчас многого недоставало – а имелся лишь камин, да и то слишком близко.

– Кажется, становится жарковато? – робко спросил он.

Не успев услышать ответ, бедняга начал чихать. На этот раз приступ был особенно продолжительным.

– Семь раз, – проскулил он, жалко улыбаясь. – Это рекорд, но не самый выдающийся. Я помню одного парня, который чихнул шестнадцать раз подряд. Сенная лихорадка. Апчхи!

Чихая в восьмой раз, Томсон вдруг заметил синеватое пятно. Это был голубой халат. Он почувствовал странную умиротворенность и одновременно досаду. Господи, как некстати он расчихался. Теперь все пропало!..

Жарко? Кто сказал, что здесь жарко?

Мистер Молтби переглянулся с Дэвидом, потом они оба посмотрели на Лидию, стоявшую на лестнице.

– Этот парень совсем расклеился, надо бы о нем позаботиться, – тихо сказал мистер Молтби.

– Я и его должна уложить в постель? – спросила Лидия.

– А? Что? Со мной все! – просипел Томсон, оглядывая поплывшую перед глазами комнату. – Всего лишь легкая простуда. У меня иногда бывает. Ничего страшного.

– Беру ответственность на себя, – произнес мистер Молтби. – Срочно засуньте его под одеяло!

Через несколько мгновений Томсон почувствовал, что его ведет по лестнице Самая Красивая Девушка в Мире. Держит за руку… идет совсем рядом… о блаженство!..

– Неизбежное – это единственное, чему нельзя противостоять, мистер Кэррингтон. Мы, кажется, беседовали о мистере Смите.

В следующее мгновение входная дверь распахнулась и на пороге возник предмет их разговора.