Чертовы котята - Леена Лехтолайнен

— Около восьми.

— И оставь, пожалуйста, плохое настроение дома, — шутливо приказал Майк, улыбнувшись той своей особенной улыбкой, которая обычно предназначалась ученику, получившему хорошую оценку.

Я разозлилась на себя, поняв, что весело улыбнулась в ответ.

Оставшуюся часть семинара я благополучно продремала, хотя доклад начальника службы безопасности атомной электростанции заставлял о многом задуматься. Откуда Гезолиан взял свой изотоп? И что сказали бы участники семинара, узнав, что в каких-то пятидесяти километрах спрятано такое количество радиоактивного вещества, которого хватит превратить столицу в безжизненную пустыню?

— Что тебя беспокоит? — спросила Юлия в тренажерном зале.

— Ничего.

— Да ладно, не пытайся притворяться. Ты дергаешь гири, будто собираешься ими кого-то убить.

Я в ее же стиле пожала плечами. Всегда думала, что Юлия не обращает на меня особого внимания, пока я выполняю ее распоряжения. Такой подход меня вполне устраивал, я не собиралась заводить с ней дружбу.

— Наверное, мне просто нужно тренироваться с большей нагрузкой.

Юлия удовлетворилась таким ответом, переключив свое внимание на нового красавца-тренера, обтягивающий костюм которого не скрывал ни единой мышцы накачанного тела. Юлия уставилась на него с голодным видом. Интересно, как бы отнесся Сюрьянен к появлению у Юлии любовника? И кого мне защищать в случае ссоры между ними: того, для кого я нанята, или того, кто платит за это? На вечер я решила нарядиться в женственном стиле: под пиджаком блузка с глубоким вырезом, туфли на высоких каблуках, тени и тушь, губная помада. Юлия, увидев меня, округлила глаза от удивления, но промолчала. С кухни доносился аппетитный запах, однако я не стала ждать и вышла, схватив со стола банан. Его можно прожевать на ходу, а затем в лифте подправить помаду.

Майка в баре не было — он стоял на балконе с бокалом шампанского. Мы поздоровались, он спросил, что я буду пить.

— То же, что и ты. Надеюсь, напиток хорош?

— Да, но в нем есть алкоголь. Ничего?

— Сегодня вечером я больше не на работе.

Майк поставил свой бокал на ближайший к перилам столик и отошел. Интересно, может, таким образом он проверял меня, не подсыплю ли я чего-нибудь, можно ли мне доверять? Я вспомнила, как часто он повторял студентам, что с едой и напитками всегда надо быть предельно внимательным.

С другой стороны, он и сам мог легко отравить мой бокал, ведь я не могла все время видеть его в толпе бара. Но зачем? Через пару минут он принес мне шампанское, взял свой бокал. Мы чокнулись.

— Так вот, значит, в каком городе ты живешь! — произнес он, глядя на Хельсинки. — Много зелени и порт прямо на центральной площади! В страну легко попасть, например, через Россию. Во всяком случае, если бы я был международным террористом, то поступил бы именно так.

Майк внимательно посмотрел на висящие на стенах картины с изображением японских высокопоставленных лиц, словно они представляли главную угрозу международной безопасности.

Солнце еще не зашло. Щурясь от яркого света, я достала из сумочки темные очки. На деревьях уже распустилась листва. Глядя на расстилавшийся внизу город, Майк спрашивал, что за здания перед ним. Я немного рассказала ему историю столицы, посоветовала посмотреть башню стадиона. Мы болтали, по сути, ни о чем.

Освободился угловой столик, Майк проводил меня к нему. Я сидела в тени, где очки не нужны, но с ними мне было гораздо спокойнее.

— Так ты не хочешь попросить у меня прощения? — помолчав, спросил Майк.

— За что? За то, что, по твоему мнению, не состоялась как профессионал, или за то, что тогда ушла, не попрощавшись?

— Разумеется, за то, что убежала, не попрощавшись. — Он рассмеялся. — Что касается карьеры, так ты меня просто не так поняла. Я ни в коем случае не считаю, что ты не состоялась. Я же прекрасно умею читать между строк и понял, что ты просто много мне не рассказала. Я начинаю понимать своих учеников уже через пару лет общения с ними.

— Я окончила академию десять лет назад и за это время успела стать другим человеком.

— Плохо, если ты так мало поняла за эти годы. И все же я считаю, что ты и на самом деле многого не сделала за это время. Например, не создала семью.

— Рождение детей и работа телохранителем плохо сочетаются между собой. Кроме того, я не хочу связывать себя. А партнера для секса найти несложно.

— Да, я тебя понимаю. Пережив такую трагедию с матерью, мало кто решится на создание семьи.

Я вздрогнула, словно на меня вылили ушат холодной воды. Допила шампанское, которое вдруг показалось горьким.

— Думаешь, я не знакомлюсь с биографиями абитуриентов? Ты ведь не круглая сирота. Твой отец находится в тюремном сумасшедшем доме, куда его посадили за убийство твоей матери. Знаешь, я почти решил не брать тебя на учебу. Но мне очень нравится ваша страна и ваш народ. Я всегда восхищался тем, как мужественно и на равных вы сражались с огромной Красной армией. То же упорство я увидел и в тебе. Так куда же оно пропало сейчас?

Майк накрыл мою руку своей. Не помню, чтобы он когда-либо так делал. Другой рукой он снял с меня очки и посмотрел взглядом укротителя тигров. Я замерла, пытаясь выровнять дыхание. Этим взглядом он успокаивал растерянных студентов, заставляя поверить в свои силы. В этом взгляде я прочла, что однажды и в моей жизни наступит гармония и мне воздастся за пережитое в детстве.

— Я хотел бы узнать, где ты сейчас работаешь, но там, на семинаре, где так много посторонних, ты была не готова об этом говорить. Ты ужинала? Может, в гостиничном ресторане неплохо готовят?

— Не уверена. Но я знаю место, где можно спокойно посидеть.

Не так давно Моника перепланировала помещения в «Санс Ном», и теперь там был небольшой кабинет, где можно было поужинать и поговорить, не опасаясь посторонних глаз и ушей. Я позвонила ей и спросила, можем ли мы прийти.

— У тебя новый дружок? — весело спросила она.

— Нет, старый учитель, — в тон ей ответила я, радуясь, что Майк не понимает по-фински.

— Ко мне собирались прийти знакомые, но я посажу их за другой столик. У твоего спутника есть какие-нибудь пищевые предпочтения, может, аллергия на некоторые продукты?

Я всегда считала Майка крепким и здоровым человеком, но откуда мне знать, может, и у него были свои слабые места. В ярком свете заходящего солнца черты его лица казались еще более резкими. Знакомый, очень знакомый мне человек, про которого я, по сути, почти ничего не знала.

— Пойдем поужинаем в «Санс Ном», это тот ресторан, где я работала в прошлом году. Приглашаю тебя, я же дома, а ты здесь гость.

Майк взглянул в бокал, покрутил его в руках, потом поставил на столик.

— Пожалуй, на сегодня достаточно. Возьмем такси?