Корабль приговоренных - Нина Дитинич

Даже Марьяна празднует победу над ним. Пусть празднует — смеется тот, кто смеется последним.

Взглянув на небо, обложенное беспросветными свинцовыми тяжелыми тучами, Родион вздохнул. Холодно. Его мысли опять вернулись к Марьяне.

— Лишь бы не промотала деньги, — пробормотал он и тут же добавил: — Не посмеет! Да и не сможет, кишка тонка.

Дождь усилился, к нему добавился сильный порывистый ветер. Запахнувшись плотнее в промокший плащ, озябший Родион вернулся в дом.

— Галина! — крикнул он домработнице. — Поставь чай.

В глубине особняка откликнулся женский голос. Со второго этажа торопливо спустилась улыбчивая женщина средних лет.

— А все уже готово, — сказала она.

— Хорошо, — кивнул Проглядов. — Сейчас приду.

Галина отправилась на кухню.

Стряхнув капли дождя с плаща, Родион повесил его на вешалку и не спеша направился в столовую.

Стол уже был накрыт, распространяя чудесный аромат мяты, дымилась чашка с золотисто-янтарным чаем.

С сурово-непроницаемым выражением лица Проглядов уселся во главе длинного стола.

Уютная столовая была оформлена в викторианском стиле.

Домработница принесла розетку с медом.

— Вы сегодня ночью так сильно кашляли, попейте чайку с медом.

Проворчав что-то невразумительное, Родион тем не менее запустил чайную ложку в розетку.

Пока хозяин пил чай, Галина скороговоркой рассказывала последние новости.

— Завтра в город за коньяком и припасами съезди, — проговорил Проглядов. — Георгия с тобой отправлю. А то небось забыли, что у меня скоро день рождения?

— Обижаете, Родион Алексеевич, мы с Жорой уже и подарки вам приготовили.

— Ну, ну, — сухо хмыкнул он. — Посмотрю на ваши подарки…

Позавтракав, он пошел бродить по огромному, словно вымершему дому. От нечего делать зашел в спальню Марьяны.

Высокое, белое, резное, чуть ли не во всю стену трюмо зияло пустотой. На овальной кровати желтел забытый Марьяной пеньюар.

Родион взял его в руки и поднес к лицу. Едва уловимый запах духов явственно напомнил о бывшей жене, и он с сожалением бросил пеньюар на кровать.

Аромат духов пробудил в нем желание, и он облизнул внезапно пересохшие губы.

«Надо сказать Георгию, чтобы завтра привез девицу, которая была последний раз».

Вспомнив юное беспечное создание, он улыбнулся. Славная девчонка.

Комнаты семьи сына были аккуратно прибраны. Проведя пальцем по семейной фотографии, Родион задумался, а правильно ли он сделал? И сотый раз, прокрутив все в голове, вслух произнес:

— Все верно. — И сам испугался своего хриплого, чужого голоса.

Побродив по дому, он зашел в библиотеку и, взяв том Шопенгауэра, устроился в кресле. Включил лампу и открыл книгу наугад.

«Глупец гоняется за наслаждениями и находит разочарование; мудрец же только избегает горя».

Родион с сарказмом хмыкнул.

— Какое, однако, совпадение. Оказывается, я уже мудрец.

У входа послышался шорох, и на пороге появился водитель Георгий. Высокий, черноглазый, чернобровый, спортивного телосложения, он производил впечатление физически крепкого и необыкновенно сильного человека.

— Вот вы где спрятались, — сощурился он, улыбаясь. — А я вас ищу, ищу.

Проглядов нахмурился.

— Чего ищешь?

Георгий опустился в свободное кресло.

— Галина сказала, завтра в город нужно ехать.

— И что? — уставился Родион на него тяжелым взглядом.

— Как что? — растерялся водитель. — Купить продукты надо.

— И коньяк, — добавил Родион.

Телохранитель вытащил из кармана блокнот и ручку.

— Давайте запишу, что купить.

Хозяин продиктовал список и добавил:

— На завтра девчонку мне пригласи, ту, что в последний раз была.

— Яну?

— Да, Яну.

Шутливо погрозив пальцем, Георгий хохотнул:

— Смотрите не влюбитесь.

Проглядову не понравилась фамильярная шутка, и он нахмурился:

— В мои дела не лезь, я этого не люблю. Девушка чтобы в десять утра была у меня.

Мгновенно изменив выражение лица на подобострастное, Георгий почтительно вытянулся.

— Хорошо, завтра в десять Яна будет у вас.

— Надеюсь, вы с Галиной к этому времени уже уедете, — сказал Проглядов.

Слегка удивившись, Георгий отрапортовал:

— Так точно, выедем в девять утра.