Убийства в Солтмарше. Убийство в опере - Глэйдис Митчелл

— Вам удалось хотя бы чуть-чуть продвинуться? — спросил директор, восседая за своим массивным столом.

Миссис Брэдли усмехнулась.

— Пока я продолжаю выявлять тех, у кого был мотив, а также возможность для убийства Келмы Феррис. У некоторых есть алиби, но это нужно проверить. Мне предстоит еще поговорить, — она вытащила программку спектакля, — с мисс Фрили, мистером Пулом, мистером Кембеллом, мистером Браунингом, а также гримершей, электриком и школьным смотрителем.

— Вот этого последнего я бы советовал оставить под конец, — заметил директор. — Для него послеполуденный отдых — святое дело.

— И поговорить я хочу с каждым из них наедине, если вы не возражаете, — добавила миссис Брэдли. — Я чувствую, что ваше присутствие их смущает.

Директор улыбнулся.

— Это одна из издержек моей должности. Никто из учителей и прочего персонала не может по-настоящему расслабиться в моем присутствии. С этим ничего не поделаешь. Я понимаю, без меня вы сможете достигнуть большего. — Он помолчал. — Ладно. Когда потребуется, попросите секретаршу, и она вызовет любого. Если я вам понадоблюсь, она меня найдет. А пока позвольте откланяться.

Миссис Брэдли послала секретаршу за Пулом.

Он явился, весело улыбаясь.

— Позвольте спросить, — начала миссис Брэдли, — чем вы занимались до первого выхода на сцену?

Пул задумался.

— Постараюсь вспомнить. Я гримировался в числе последних. Кроме меня были еще мисс Феррис и мистер Смит. Помню, занавес уже подняли, а эта достойная дама все еще занималась моим лицом. Удивительная женщина. Жаль, что для нее не нашлось роли. Думаю, она была бы хороша в роли Волумнии в шекспировской «Трагедии о Кориолане».

— А мисс Феррис к тому времени уже была загримирована?

— Да.

Миссис Брэдли вызвала секретаршу.

— Мне нужен адрес этой бывшей актрисы, которая гримировала исполнителей. — Секретарша исчезла и тотчас вернулась с визитной карточкой миссис Беротти. — И вызовите, пожалуйста, мистера Смита, — добавила миссис Брэдли.

— Означает ли это, что вы со мной закончили? — осведомился Пул.

— Не совсем. Вы не рассказали, чем занимались перед выходом на сцену.

— Да ничем я, собственно, не занимался. Стоял за кулисами, наблюдал за действием. Рядом околачивался мальчик-подручный, который носил за мной топор. Ведь я Великий лорд-палач, управляющий Титипу от имени Микадо. Мы так и стояли в кулисе, пока не пришло время выходить.

Миссис Брэдли улыбнулась.

— Спасибо. Я вас больше не задерживаю.

Учитель математики вышел, чуть не столкнувшись в дверях со Смитом.

Миссис Брэдли пригласила пришедшего сесть.

— У меня к вам вот какой вопрос. Когда вы столкнулись с мисс Феррис и у нее разбились очки, вы уже были загримированы?

— Нет, — ответил Смит. — Миссис Беротти приглашала меня в кресло, но я хотел как можно дольше обойтись без этого безобразия на лице, чтобы не пугать людей. Вас когда-нибудь гримировали под Микадо?

— Никогда, — ответила миссис Брэдли, и это была чистая правда.

— Мой нос она удлиняла с помощью этой самой глины, — возмущенно продолжил Смит. — Кому понравится тонна липкой дряни на лице? В общем, я сказал, что приду во второй половине первого акта.

— Вы так спешили, что столкнулись с мисс Феррис?

— Никуда я не спешил. Просто в коридоре было темно. Разве вы не слышали, что там лампочка перегорела?

— Выходит, вы не знали, что мисс Феррис порезалась?

— Нет. А как я мог знать? Спичек я с собой не захватил, а там было темно, хоть глаз выколи. Я просто извинился и пошел своим путем, а она сказала, что все в порядке. Что у нее есть еще очки в учительской. И пошла дальше.

— Понимаю, — мягко промолвила миссис Брэдли. — Спасибо. Если вас не затруднит, когда будете возвращаться в свой класс, пожалуйста, вызовите ко мне Харствуда. Чтобы не посылать секретаршу.

— Хорошо, — сказал Смит и вышел.

Через некоторое время появился Харствуд.

Миссис Брэдли приветствовала его как старого знакомого.

— Садись, мой мальчик, и скажи, с какой стороны сцены ты находился, когда встретил мисс Феррис и дал ей свой носовой платок?

— С той же, что и мужская гримерная, — ответил Харствуд.

— А как по-твоему, зачем мистеру Смиту нужно было идти на другую сторону сцены?

Харствуд улыбнулся.

— Думаю, он шел в свой любимый кабинет рисования. Он как раз с той стороны. — Юноша вдруг побледнел, как будто что-то осознав. — Да-да, раковина в ванной была залеплена глиной.

— Была, — спокойно подтвердила миссис Брэдли. — Это не новость. А теперь объясни, что на тебя тогда нашло и зачем ты сломал в ванной комнате выключатель, когда вошел туда после окончания своего эпизода на сцене?

Харствуд помрачнел.

— Не понимаю, о чем вы говорите?

Но на миссис Брэдли такие трюки не действовали.

— Ты знаешь, о чем я говорю, — ласково произнесла она. — И перестань дурачиться, детка.

— Мне просто понадобился платок, и я зашел в ванную, где надеялся найти мисс Феррис. Но я это уже говорил вам раньше, так что не стоит повторять.

— Я думаю, — спокойно проговорила миссис Брэдли, — что ты включил свет и, увидев мертвую мисс Феррис, сломал выключатель, чтобы какое-то время больше никто не смог это увидеть. Верно? И ты тогда, наверное, думал, что знаешь имя убийцы.

Юноша густо покраснел.

— Как я мог сломать этот чертов выключатель? Без инструментов.

— Действительно. — Миссис Брэдли вздохнула. — Ладно, дорогой мой. На этом пока все. Попроси, пожалуйста, зайти ко мне мистера Кембелла.

Учитель истории был явно не в духе.

— Я вам нужен, директор? — хрипло спросил он.

— Входите, мистер Кембелл, — глубоким бархатным контральто произнесла миссис Брэдли.

Кембелл растерянно замолчал. Это был худой мрачноватый джентльмен, немного похожий на методистского проповедника. Одет скромно, как и положено мужчине среднего возраста, чье жалованье не соответствует потребностям семьи.

— Садитесь, — произнесла миссис Брэдли как можно приветливее, — и уделите мне немного времени. Вы исполняли роль японского вельможи в недавней постановке «Микадо». Роль небольшая, но, я думаю, важная. Скажите, подолгу вам приходилось ждать за кулисами выхода?

— Да, — ответил учитель истории. Миссис Брэдли заметила, что он начал оттаивать. — Что было, то было.