Смертельные тайны - Кэти Райх

– Антонио Диас. – Хоть очки на нем и не были розовыми, у меня не возникло сомнений. – И теперь он?..

– Чертов окружной прокурор!

– Тот самый, кто конфисковал скелет Патрисии Эдуардо?

– Да.

Райан потянулся к книге. Я отдала ее.

– Диас служил в армии.

– Судя по всему.

– Вместе с Бастосом.

– Одно фото стоит тысячи слов.

– Тем самым Бастосом, которого Нордстерн обвинял в резне в Чупан-Я?

– Ты же слышал запись.

– Кто такой этот Алехандро Бастос?

– Понятия не имею.

Детектив привстал, но тут же снова сел.

– Диас служил вместе с Бастосом. Что это может означать, черт побери?

Тот же вопрос задавала себе и я. Что, собственно, такого в том, что Диас служил в армии, а теперь стал судьей? И что так заботило Нордстерна? В этом не было ничего необычного. Галиано доступно изложил все во время нашего разговора в «Гукуматце». Судебная система Гватемалы кишела мучителями и убийцами, и все это знали. Никакая не новость. Было ли это связано с «Параисо»? Ответов на ум не приходило.

– Возможно, и ничего, – ответила я, сама не веря.

– А может, что-то значит, – сказал Райан.

– Вдруг у Диаса имелись причины не подпускать меня к делу Эдуардо?

– Например?

– Он считал, что в отстойнике в «Параисо» кто-то другой.

– Кто?

– Некто связанный с Чупан-Я.

– Беременная девочка-подросток?

На это мне ответить было нечего.

– Возможно, Диас хотел отвлечь меня от расследования событий в Чупан-Я.

– Зачем?

– Может, боялся, что вскроются некие факты из его прошлого, – размышляла я вслух. – Опасался, что это будет стоить ему должности?

– Разве дело «Параисо» не привело к тому же самому?

– К чему?

– Отвлекло тебя от работы с Матео и его командой? И чем больше ты занималась «Параисо», тем больше отвлекалась. Пожелай он тебя отвлечь, вмешиваться было незачем.

Внезапно мне в голову пришла кошмарная мысль.

– Боже мой!

– Что?

– Возможно, Диас причастен к нападению на Молли и Карлоса!

– Давай не будем гадать, пока не появятся хоть какие-то факты. Знаешь что-нибудь об этом Бастосе?

Я покачала головой.

– Зачем Нордстерн обвел фотографию Диаса?

– Хороший вопрос, Райан.

– В смысле?

Мы обернулись. В дверях стоял Галиано.

– Кто такой Алехандро Бастос?

– Полковник гватемальской армии. Стал министром чего-то там при Риосе Монтте. Умер несколько лет назад.

– В массовых убийствах участвовал?

– В крови – по уши. Превосходное доказательство того, что амнистия – слишком уж паршивая идея.

Райан подал Галиано фотографию:

– Hijo de la puta!

Галиано поднял взгляд:

– Вместе с Диасом!

– Сукин сын! – на этот раз по-английски.

Об окно с жужжанием билась муха. Я смотрела на нее, опять страдая от ощущения, что не могу продвинуться дальше ни на шаг.

– Что насчет Спектера? – спросила я у Галиано.

– У посла стопроцентное алиби на всю неделю до и после исчезновения Патрисии Эдуардо.

– Что, они с Доминикой обновляли обеты в монастыре? – спросил Райан.

– Международная конференция по торговле в Брюсселе. Спектер ежедневно выступал с докладами, посещал вечерние коктейли.

– Аиде Пера это понравилось бы, – проговорил Эндрю.