Жизнь и смерть Бобби Z - Дон Уинслоу

В общем, Тим радуется за Морено, потому как парень возвращается домой, и за себя он тоже радуется, пусть и не слишком – пока все не кончилось. Но он готов сам себе признаться, что перспектива свободы его приятно волнует.

Он провел две недели, ожидая, пока затянется шрам, читая «Консьюмерз дайджест» и другие полезные журналы, пытаясь сообразить, куда двинуть, когда все кончится. В одном из журналов был рейтинг городов по уровню жизни, при этом высоко оценивались главным образом средних размеров города на Среднем Западе. Хотя там было много всякой хрени – типа система образования и всякая такая ерунда, на которую Тиму было наплевать.

Сейчас он склонялся к городу Юджин, штат Орегон, потому что там часто идет дождь, так что он мысленно сосредоточился на своей мечте, потом представил, как он скажет парням дона Уэртеро: «Vaya con Dios»,[7]и о том, что ему нравится жить в Америке, и о том, какую работу он может найти в Юджине. А они уже близко, и он уже может разглядеть глаза Арта Морено, в них застыло выражение типа «с меня хватит», типа они насмотрелись всякого дерьма и больше на него глядеть не желают.

Эскобар тоже, видно, разглядел, потому что Тим услышал, как он шипит «pendejos», а потом свистнула пуля, мозги Эскобара забрызгали Тиму лицо, и Тим упал на землю.

Опять как в Хафджи, думает Тим, распластавшись по земле этой пустыни и пытаясь сообразить, где бы укрыться. Трассирующие пули полосуют ночное небо, от их воя руки-ноги просто, на хрен, отнимаются, парни орут, слышно, как топочут чьи-то ноги, двое мексиканцев поворачивают обратно к границе, продолжая тащить Морено, а потом один из них получает пулю в спину и вроде как тает, точно злая колдунья из «Волшебника из Страны Оз», которая каждую Пасху до чертиков пугала Тима. Другой парень, похоже, взбесился: толкнул Морено на землю, упал сам, прячась за ним, словно Морено – ковбойский конь в вестерне, и начал палить.

По Тиму.

Тут включаются военные навыки Тима, он ползет в укрытие и добирается до зарослей мескита. На секунду задумывается, не вернуться ли, чтобы попытаться помочь Эскобару, но даже отсюда видно, что у того больше нет лица, а значит, Эскобару уже не нужна помощь. Потом Тим видит, как этот долбаный Гружа несется вниз по склону на своем ревущем джипе, руля одной рукой и паля другой, и соображает, что пора сваливать.

Он выкатывается из кустов и доползает до узкой barranca,[8]которая идет параллельно границе и наверняка служит нелегалам настоящей автострадой, судя по бесчисленным следам теннисных туфель. Тим как раз собирается сделать то же самое – топ-топ – и дернуть отсюда, потому что понимает: когда всю эту заваруху разгребут, Груже понадобится виноватый, и этим виноватым, конечно, окажется Тим Кирни.

Так что Тим припустился бегом.

Вдруг на границе словно зверинец выпустили на свободу: в лунном свете туда-сюда носились десятки людей. Неизвестно откуда появились нелегалы, для них этот хаос стал отличным отвлекающим фактором – ДЕА и головорезы Уэртеро вели яростную перестрелку. Тим вспугнул койота, который, отпрянув, застыл в ужасе: не понимал, куда бежать, потому что шум доносился со всех сторон сразу.

Тим бежал вместе с потоком нелегалов – мужчин, женщин, детей, – но тут появились «форды»-внедорожники иммиграционной службы, выскочили агенты, бросились хватать беглецов, и Тим сообразил: так не пойдет, и нырнул в заросли дымного дерева, чтобы переждать.

Как только иммиграционная служба закончила свое дело, Тим подумал: «Все, теперь надо дернуть отсюда, двинуть на восток – и саенара. Они хотели, чтобы я несколько минут побыл Бобби Зетом, ну я и побыл, а если тут у них все пошло наперекосяк, так это их проблемы, а не мои. Я выхожу из игры».

В этот миг у самого его уха раздается щелчок взводимого курка, и голос с мексиканским акцентом спрашивает:

– Мистер Зет?

Ну конечно…

– Это я, – вздыхает Тим.