Беатрис - Лина Бенгтсдоттер

— Лу Луна Мун — вот как меня зовут, — продолжала она. — Такое у меня полное имя. Это потому, что я недоношенная. Я родилась среди ночи, когда светила полная луна, и я была такая маленькая и лохматая — маме показалось, что я похожа на котенка. Лу Луна, понимаешь?

Я снова оглядела комнату. Высокие окна, осеннее небо за ними. На письменном столе и подоконнике теснились груды книг.

— Твои? — спросила я, указывая на книги.

— Да. Любишь читать? — спросила Лу. — Или ты, бедняжка, в жизни ни одной книги не прочла? — продолжала она, поскольку я не ответила сразу.

— Я люблю читать, — соврала я, потому что не хотела с первого дня очутиться в невыгодном положении. Подойдя к книгам, я вытащила одну. На обложке был нарисован какой-то старик.

— «Божественная комедия», — сказала Лу.

— Веселая? — спросила я.

В ответ Лу только рассмеялась.

— Ну ладно, — проговорила она, успокоившись. — А парень-то у тебя есть?

— В смысле?

— Просто хочу знать, будешь ли ты убегать по ночам и все такое.

Я подумала о Юнасе Ланделле. В последние месяцы я практически жила у него, в старом желтом домике его бабушки рядом с пожарной станцией. Наверное, потому, что мне не хотелось быть одной — и к тому же он так вкусно готовил.

— Нет, — ответила я. — Парня у меня нет. А у тебя?

Лу покачала головой и спросила, какие у меня ограничения.

— Ну, то, чего тебе нельзя делать, — пояснила она, увидев мое недоумение.

— А разве они не у всех одинаковые? — спросила я.

Лу ответила, что многое зависит от того, кто в каком состоянии. Некоторым даже не разрешают самим выходить за дверь.

— У тебя точно возникнут проблемы со свободой, — она кивнула на мои руки, украшенные ярко-красными порезами.

— Это не то, что ты думаешь, — ответила я.

— Конечно, — кивнула Лу. — Одно тебе следует запомнить, Сара, — здесь тебе не надо ничего стыдиться. Здесь совершенно нормально все, что там, снаружи, считается безумием. Здесь ты не одна, у кого такие руки.

— Это фанера, — ответила я. — Я подрабатывала на фанерной фабрике.

— Ах вот оно что, — кивнула Лу. — Хорошо, значит, договорились.

Лу спросила, кого из сотрудников я знаю, и когда я ответила, что поздоровалась с Франсом и Эмилией, Лу посоветовала мне держаться подальше от Эмилии, потому что это редкостная стерва, которая добивается, чтобы девочек переводили в места куда хуже, чем «Умопомрачение». Да, «Чудное мгновение» девочки называли между собой «Умопомрачение» — разве не забавно?

— Хочешь, чтобы я провела тебя и все показала? — спросила Лу и продолжала, передразнивая Марианну. — Хочешь увидеть сад и ящики в теплице?

— Не сейчас. Я устала.

Я легла на кровать прямо в одежде, уставившись на днище верхней кровати, расположенное надо мной. Оно слегка прогибалось под тяжестью Лу.

Лу сказала, чтобы я пеняла на себя, если засну и просплю ужин. Потом продолжила меня расспрашивать. Хотела знать, почему меня отправили в «Умопомрачение», первое ли это учреждение, в которое меня засунули, и сколько приемных семей я уже сменила. Потом она спросила, почему я не отвечаю. Она посчитала, что это невежливо — лежать и молчать, как рыба, когда другой человек хочет задать парочку простых вопросов.

— Я устала, — повторила я. — Нет сил разговаривать.

— Тогда у меня не будет сил провести тебя по территории, — ответила Лу. — Не будешь знать, где что.

— Сама найду.

— Ну удачи, — фыркнула Лу. — Только не вини меня потом, если заблудишься.