Кукла-любовь - Галина Владимировна Романова

Валера покосился на дверной проем комнатки, которую занимал Игорек: тот беззаботно похрапывал. Его не донимали тревоги. И он почти забыл о трупе молодой красивой женщины, который случайно обнаружился в месте общинного захоронения наркоманов.

Поначалу – да, Игорек перепугался и собрался даже с ним бежать при удобном случае. Но потом включил заднюю.

– А чего мы там с тобой станем делать, Валера? Снова под мостом с крысами жить?

– Почему сразу с крысами? – неуверенно возразил Валера.

С крысами он, конечно, не хотел, еще помнил свой страх, когда засыпал: так и казалось, что во сне ему объедят нос или уши. Поэтому он прятался на ночь в толстой картонной коробке из-под холодильника.

– А где ты станешь жить, Валера? К родителям подашься?

– Может, и к родителям. – Он чесал затылок, вспоминая мощный удар отцовской руки. – Я у них один. Вдруг примут.

– Ты у них один! А я, на хрен, пятый! И на хрен им не нужен, – неожиданно раскрыл тайну своего происхождения Игорек. – Здесь у меня даже своя комната есть, а там даже койки не было. Спал на ватнике под батареей, чтобы не окочуриться от холода. А они, сука, водку жрали, трахались и плодились как кролики. Ты как хочешь, а я – нет, не пойду отсюда никуда. Тем более среди зимы. Ты дурак, что ли?!

– Не дурак.

– Тогда чего? Что тебе не нравится? Крыша над головой есть. Жрачка халявная, одежда, обувь. Как в санатории!

То, что за этот санаторий приходилось расплачиваться тяжелым трудом, Игорек как-то неожиданно забыл. Это сейчас – зимой, их почти не трогают. Понимают, что ковырять мерзлую землю на два метра вглубь в ночном лесу не сахар. А летом они пашут почти наравне со всеми и в поле, и в садах, и на пасеке. Выходных, заметьте, нет, только после ночных выездов в лес. Но, что странно, летом умирали мало.

– Может, потому что рабочие руки нужны, а, Игорек? – спрашивал Валера.

– Ты на что намекаешь, Валерка? – фыркал беззаботно тот. – Летом отработал чел свой ресурс, а зимой его кормить не выгодно? Они его и того?

– Ну, типа, да.

– Дурак снова. Просто… – Игорек в этом месте делался важным, его словно раздувало от самомнения. – Просто летом этим нарикам некогда ерундой заниматься. Работать надо. Навкалывается, и вкалывать что-то себе уже сил нет. А зимой времени свободного много. Броди по поселку, ищи приключений на вену.

– Ага. Только где они находят эти приключения? Голуби им, что ли, с воли герыч носят?

На этот вопрос у Игоря ответа не было. Он многозначительно молчал, а потом просто разводил руками. И на другие вопросы у Игоря ответов не нашлось. Например, на что вообще существует община, на какие средства? Что проповедует? У них, конечно, бывали собрания каждую пятницу, праздники по субботам, но никакой религией и в помине не пахло.

– А тебе что, на дырку в стене непременно молиться надо? – фыркал друг. – Мне лично это не нужно. Дают кров и стол, много взамен просят. И ладно. А все эти идеи и прочее… Нее, не хочу.

Валера после недолгих споров с Игорем обособился, а ответы на вопросы стал понемногу искать. Сам у себя спросит, сам и ответить пытается. Лезть к кому-то было нельзя – сдадут. Довериться он мог только Игорю, и то не во всем. Не стал он ему рассказывать, какой у него вчера вечером разговор состоялся с одним из вновь прибывших в общину. Он поначалу так и подумал: тот новичок.

Валера как раз шел с ужина, когда нос к носу столкнулся с их доктором.

– Как дела? – притормозил тот, с мягкой улыбкой глянул в лицо. – Ты мне не нравишься. Что-то беспокоит?

«Да, да, еще как беспокоит! Какого хрена вы тут все делаете с людьми?! На что живете? – захотелось заорать Валере. – Похлебка с картошкой, понятно – сами растим. И кур, и свиней, даже коровы есть с лошадями. А вот джипы новенькие откуда? У вас докторов, к примеру, за год два поменялось. На какие средства? Кто зарплату платит?»

Ничего он этого не сказал. Пожал плечами и просто сказал:

– Так, тоска какая-то навалилась.

– Зима. Солнечных дней мало, – покивал доктор.

Протянув руки, он опустил Валере нижние веки, заставил показать язык.

– Все чисто, в норме, – покивал доктор. – Идем со мной, померяем давление и температуру. И витамины тебе пропишу.

«После этих витаминов Игорек меня в яму-то и свезет», – мелькнуло в его голове. Решил, что ни под каким видом пить их не станет.

Давление оказалось пониженным, температура в норме. Доктор сразу обрадовался причине Валериной хандры. Выписал указание для поваров поить его крепким сладким чаем. Насыпал в руку горсть желтых таблеток и велел принимать на ночь.

– Ничего, все пройдет, – пообещал доктор, провожая его до порога медпункта. – Работа у тебя морально тяжелая, вот хандра и накатилась. Скоро весна. Солнышко выглянет…

До весны было еще как до Пекина ползком – первый месяц зимы только набирал обороты, – но Валера не стал напоминать об этом доктору. Тепло пожал руку, поблагодарил и пошел к своей избе. И, не дойдя до нее метров пять, наткнулся на новенького.

Тот стоял возле соседнего сруба и, склонив голову к плечу, внимательно следил за клубами дыма из трубы.

– Это что – крематорий? – спросил человек негромко. – Дым такой…

– Почему крематорий? – перепугался Валера.

И тут же принялся вспоминать, кто живет по соседству.

– Просто я не видел кладбища, – спокойно отреагировал новичок. – Тут все бессмертные или их сжигают? В этом доме?

– Нет. Не сжигает никто никого. И кладбища, правильно, нет.

– Никто не умирает? – тонкогубый рот на бледном лице сложился недоверчивой дугой. – Рай на земле?

– Умирают, почему, – ответил Валера. – Просто предпочитают быть похороненными на родине, рядом со своими родными. Это есть в договоре на проживание.

Он лично такого пункта не видел, но что-то подписывал. Люди говорили, что это там упоминается. Он поверил. Да и не хоронили они с Игорем никого кроме конченых алкашей и наркоманов. А старики, бывало, умирали, да.

– А-аа, понятно. Тогда это все объясняет, – новичок повернулся к нему, осмотрел. – Сам-то давно тут?

– Прилично, – не стал уточнять Валера.

– И как тебе?

– Нормально. Лучше, чем там, за воротами, – ответил он и нисколько не соврал. – Отношение человеческое. Жилье. Еда. Одежда.

– Ну да, ну да, это важно, – рот новичка снова скептически выгнулся. – А что отписал им за эти блага конкретно ты?

– В смысле? – не понял Валера.

– Ну, что у тебя было: квартира, дом, дача, комната в коммуналке? Что ты подарил общине в обмен на безбедное существование?

– Ничего, – неуверенно отозвался Валера. – У меня ничего не было и нет.