Букет прекрасных дам - Дарья Донцова

— Ну, герла, — икнул Николай, — прямо мастер!Пили на равных, у меня мозги в узел завязались, а она свежа, словно не ханку, агазировку жрала. Уж поверь, Ванька, баба меня первый раз перепила.

Так что сто граммов беленькой для Риточки не доза.

— И все у вас было нормально? — продолжал я.

— Естественно, — пожала плечами Настя, —посидели спокойно, потом разошлись.

— Кто первый ушел?

— Рита, Толян с Наташкой позже.

— Значит, ничего сверхъестественного?

— Не-а.

— Не ругались?

— Зачем? Просто потусовались.

Понимая, что к Насте сходил абсолютно зря, я спросил:

— Дай мне адрес Толи и Наташи.

— Толян тут живет, — показала Настя пальцем вниз.

— Где? — не понял я.

— А подо мной квартира. Только зачем он вам?

Проигнорировав ее вопрос, я задал свой:

— Теперь подскажи координаты Наташи.

— Чего?

— Ну адрес девушки дай.

— Не знаю.

— Как же так, дружишь с ней, и не в курсе.

— Оно мне надо, — фыркнула Настя, — да никтос ней не дружит.

— Но ведь Наташа пришла к тебе в гости.

— Ну и что?

Я слегка растерялся:

— Ты ведь не всех пускаешь в квартиру, или я ошибаюсь?

Настя встала, схватилась за голову и, не говоря ни слова,вышла в коридор. Через секунду послышался шум воды, и девушка вновь возникла вкомнате с огромной, почти литровой, кружкой в руках. Сделав несколько жадныхглотков, она утерла кулачком хорошенькие пухлые губки и пробормотала:

— Сушняк замучил.

Да уж, в пьянстве замечен не был, но по утрам жадно пилсырую воду. Но вслух я, естественно, этой фразы не произнес. Настя опятьприпала к кружке. Я терпеливо ждал.

— Наташка везде с Толяном шляется, — поясниланаконец девушка, — если ее адрес нужно, то у него и интересуйтесь.

— Дай мне телефон.

— Чей?

— Анатолия.

— Так я не знаю.

Честно говоря, ситуация стала меня слегка раздражать.

— Как это?

— Просто, на фига он мне?

— Но, предположим, ты хочешь позвать его в гости…

— Ну и что? Спускаюсь вниз.

— Каждый раз? А вдруг его нет? Не жаль ноги-то?

— Ой, е-мое, — тяжело вздохнула Настя. Потом онасхватила ложку и с силой постучала ею по батарее. Через какое-то время раздалсяответный стук.

— Слыхали? — спросила Анастасия. — ДомаТолян, ну за каким фигом мне его телефон?

Анатолий выглядел не лучше Насти. Щеки его покрывала редкаящетина, очевидно, парень не брился несколько дней кряду да и спал, скорейвсего, прямо в одежде. Во всяком случае, майка, обтягивающая его накачанныйторс, выглядела отвратительно. Грязно-серая, в желтых и оранжевых пятнах,мятая. Не лучше были и брюки, их словно корова жевала, а потом выплюнула,решив, что дешевые спортивные штаны ей не по вкусу.

— Вам кого? — поинтересовался парень.

— Я от Насти.

— Входите, — радушно пригласил меня хозяин.

Несмотря на жуткий вид парня, в комнате было относительноприбрано.

— Садитесь, — предложил Анатолий.

Я устроился в кресле и почувствовал запах кошачьей мочи.Толя сел на тахту, прикрытую ковром, и спросил:

— Что случилось?

— Скажите, мой друг, вы хорошо знали Риту, подругуАнастасии?

— Ту, что под машину угодила?

— Да.

— Ну, встречались.

— В тот день, когда она погибла, вы вместе выпивали.

— Это кто сказал? — удивился Анатолий.

— Мне так кажется, или я ошибаюсь?

— Нет, не было ее, — ответил парень.

— Как? — удивился я. — Совсем?

— Совсем, — подтвердил Толик. — Она неприходила.

— Хорошо помните?

Анатолий поскреб щетину.

— Вообще-то я бухой был. Я к Настьке уже хорошийпришел, под газами. Мы с Наташкой сначала у Сашки на дне рождения накушались,потом, правда, его мать явилась, разоралась, развопилась, всех вон повыгоняла.Ну, мы пошли на проспект, купили по баночке джин-тоника, на большее пиастров нехватило, а потом к Настене дернули. Честно говоря, я как к ней вошел, так в креслорухнул и часа два продрых, но, когда проснулся, Ритки не было, совершенно точноэто помню. Небось она уже ушла, ей бабка не разрешает по ночам шляться.

— А который час был, когда вы проснулись?

— Хрен его знает, на улице темень стояла.

Я тяжело вздохнул. Сейчас декабрь, солнце, если оно ипоявляется, заходит рано. Сумерки опускаются на город после обеда, в семнадцатьчасов уже совсем темно…

— Зачем вам знать про Ритку? — поинтересовалсяТоля.

Мне всегда трудно врать, но говорить правду в данной ситуациибыло не с руки, поэтому я быстро задал вопрос:

— А ваша девушка, Наташа, тоже много тогда выпила?

— Ну-у, — протянул Толя, — нет, она меня всевремя тащила, значит, соображала.

— Не подскажете ее телефон?

Анатолий напрягся:

— Сто пятьдесят один ноль четыре двадцать… Черт… Непомню!

— Посмотрите, пожалуйста, в записной книжке.

— Да зачем?

— Элеонора, бабушка Риты, хочет знать, как внучкапровела последний день своей жизни.

— А-а-а, — протянул парень, — это я понимаю,жаль, конечно, что так вышло, Ритка хорошая девка была, не жадная. И водкикупит, и закуски, и сигарет… Только вот я ничего сказать не могу, плохой был. АНаташка наболтает, она ничего, нормальной казалась. Ща погляжу.

Минут пятнадцать он искал книжку, потом выудил потрепанныйблокнотик и забормотал: