Вдовы носят траур - Эрл Стенли Гарднер

— Мистер Калверт только что приехал кнам. Его комната 7121…

— Вы можете позвонить ему?

— Боюсь, он еще не успел попасть к себе вномер.

Лифт только что ушел.

— Отлично, — сказал Баффин. —Он ждет нас. Мы поднимемся к нему.

— Я должен сначала позвонить ему, сказалпортье. — Таковы наши правила…

— Конечно, — сказал Баффин. — Позвонитеему через пару минут, когда он доберется до номера. Скажите, что люди, которыхон ждет, уже идут к нему.

Мы на лифте поднялись на седьмой этаж.Мужчина, который приехал в большой машине, стоял теперь у дверей лифта. Яприкинул, что ему около сорока. Это был небольшого роста стройный человек сседыми усиками и синими глазами. Он имел вид процветающего банкира.

Мельком взглянув на Баффина, он началвнимательно изучать меня.

— Я думал, что мы застанем вас вномере, — сказал ему Баффин.

— Я заметил вас на автомобильной стоянкеи ждал вас здесь, — спокойно ответил человек.

— Вы не могли нас видеть, — заспорилс ним Баффин.

Мужчина засмеялся коротким металлическимсмехом:

— Тогда почему же я жду вас здесь?

Не отвечая ему, Баффин сказал мне:

— Это Калверт.

— Вы принесли? — спросил у негоКалверт.

— Он принес, — ответил Баффин.

— Ол-райт. Тогда отправимся ко мне вномер, — предложил Калверт.

Он пошел впереди нас по коридору. Около номера7121 Баффин остановился. Калверт продолжал идти.

— Вот ваш номер, — сказалБаффин, — 7121.

Калверт покачал головой и даже не оглянулся нанас. Мы пошли за ним по коридору дальше. Около номера 7115 Калверт вынул изкармана ключ и отпер дверь.

— Что это значит? — спросил Баффин.

— В таких делах надо бытьпредусмотрительным, — улыбнулся Калверт. — На свое имя я получилномер семьдесят один двадцать один. Другой номер я взял на чужое имя. В делахтакого рода человек должен защищать себя от любых случайностей: частныхдетективов, полиции, спрятанных магнитофонов, тайных свидетелей. — Калвертраспахнул дверь: — Заходите, джентльмены!

Я подождал, пока войдет Баффин, и в это времяоткрыл свой чемоданчик, сунул в него левую руку, чтобы сразу, как только онпонадобится, схватить револьвер.

— Входите, — предложил мне Калверт.

— После вас, — улыбнулся я.

Он колебался какое-то мгновение, потомзасмеялся и сказал:

— Ладно. Исполняйте роль надзирателя,если вам это нравится. Я не стану порицать вас за это.

Он вошел в комнату. Я последовал за ним изакрыл дверь ногой. Потом запер ее на задвижку.

— Значит, так, — сказалКалверт. — У нас общее дело. Мы все заинтересованы, чтобы оно прошлогладко. Если мы будем вести двойную игру, мы далеко не уйдем. Садитесь,джентльмены.

Мы сели.

— Деньги при вас? — второй разспросил Калверт Баффина.

— У него, — снова кивнул на меняБаффин.

Я достал из чемоданчика десять тысяч. Большаяпачка: сто стодолларовых бумажек.

У Калверта загорелись глаза. Он потянулся заденьгами. Но я сказал:

— Кажется, деньги предназначены на обмен?

— Ах, извините, — улыбнулсяКалверт. — Я забыл.

Немножко…

Он пошел к шкафчику, достал из кармана ключ иотпер его. Пока он занимался этим, я незаметно включил спрятанный в моем кейсемагнитофон. Калверт достал из шкафчика большой конверт и повернулся ко мнелицом.

— Здесь три фотографии восемь надесять, — сказал он и протянул их мне.

Я начал изучать снимки. На них был изображен«Рэстебит-мотель». Были отчетливо видны лица Конни и Баффина. У него лицо былоповернуто немного назад. У стоящей рядом с ними машины был открыт багажник. Тамлежал чемодан. Второй чемодан стоял на земле рядом. Номер автомобиля был виденочень отчетливо. На другом снимке Баффин помогал Конни сесть в машину.

— Вот оба негатива, — продолжалКалверт, вынимая из большого конверта конверт поменьше.

Негативы были тридцатипятимиллиметровые.Значит, фотографирование производилось дорогой камерой.

— Фото сделаны с лучшего негатива, —объяснил Калверт. — Другие негативы не использовались.

— Только эти два снимка? — спросиля. — Других не было?

— Еще один снимок ранее был отправленмистеру Баффину для ознакомления.

Я слушал его не перебивая.

— А вот, — продолжал Калверт, —регистрационная карточка мотеля: «Мистер и миссис Николас Баффин».

Обратите внимание, что это оригинал. Дата:пятое число этого месяца. Фотографии делались на следующее утро — шестого.

— У вас имеются фотокопии регистрационнойкарточки?

— Только одна, которую мы показалиБаффину. Негатив здесь, в конверте.

— Как можно убедиться в том, что выговорите правду? — спросил я.

Калверт улыбнулся:

— Очевидно, в этом деле есть вещи,которые вам придется принять на веру.

— Вера — хорошая штука. Но не пришантаже.

— Мне не нравится такой подход кделу, — сказал Калверт. — Я не одобряю вашу позицию. Речь идет не ошантаже.

— О чем же?

— Просто некоторые заинтересованные лицахотят купить определенные фотографии и определенные документы. Им очень легкоэто сделать. Однако при этом имеются другие люди, которые охотно купят данныематериалы за более высокую цену.

— Но вы предпочитаете продать их заменьшую сумму?

— Заинтересованным лицам? Да.

— Почему?

— Потому что мне срочно необходимо иметьименно десять тысяч — не больше и не меньше. Эта сумма определяетсянеобходимостью, а не рыночной стоимостью документов.