Дело любящей сестры - Эрл Стенли Гарднер

– Задержите присяжных на несколько минут, пожалуйста. Япрошу представителей сторон присоединиться ко мне в моем кабинете.

Судья покинул зал, отправился в кабинет и опустился наскрипящий стул. Когда Мейсон и заместитель окружного прокурора вошли, судьязаявил:

– Имело место удивительное развитие событий, господа.Полиция задержала мужчину, пытающегося ограбить магазин. Среди имевшихся принем денег полиция обнаружила стодолларовую купюру, украденную из ломбарда, окотором идет речь в данном случае. Если помните, господа, хозяин ломбардапереписал номера стодолларовых купюр. Задержанный признался, что ограблениеломбарда – тоже его рук дело. Обвиняемый по слушаемому делу оказываетсяневиновным.

– Что?! – закричал заместитель окружного прокурора.

Судья кивнул.

– Но присяжные уже пришли к общему мнению! – продолжалзаместитель окружного прокурора. – Вынесен вердикт о виновности.

– Мы не имеем права принять подобный вердикт в суде, –заметил судья. – Мы сталкиваемся еще с одним юридическим аспектом. Присяжныевынесли вердикт. Прямо сейчас я не могу с уверенностью утверждать, каковюридический статус дела. Конечно, я могу пригласить присяжных в зал суда,объяснить им ситуацию и приказать вынести вердикт о невиновности. Однако ясчитаю, что лучшим в настоящем случае будет роспуск присяжных в связи сосложившейся ситуацией, перед официальным объявлением вердикта.

– Несомненно, вы должны объяснить им обстоятельства,потребовавшие подобного решения, – заметил Мейсон.

– Конечно, нет! – возразил заместитель окружного прокурора.

– Почему нет? – спросил судья.

– Потому что подобное ослабит идентификацию преступника.

– В противном случае двенадцать человек присяжных стануткритиковать судью и отправление правосудия, – сказал Мейсон. – Лучше, если онипотеряют веру в идентификацию слишком уверенными в себе свидетелями, чем веру вотправление правосудия.

– Я согласен с вами, господин адвокат, – кивнул судья,вставая. – Мы возвращаемся в зал суда, джентльмены. Я также приглашу присяжных,однако перед тем, как спросить их, пришли ли они к единому мнению, сделаюкороткое заявление и сообщу им о последнем развитии событий, после чего распущуприсяжных. Затем вы, господин заместитель окружного прокурора, можете выступитьс просьбой прекратить дело. Она будет удовлетворена.

Заместитель окружного прокурора принял решение судьи снедовольным видом. Они вернулись в зал суда, и судья объяснил присяжнымсложившуюся ситуацию.

Мейсон с наслаждением наблюдал за удивленными лицамидвенадцати человек, когда те наконец поняли значение слов судьи.

Затем адвокат пожал руки присяжным. Немного поколебавшись,присяжные пожали руку обвиняемому.

– Возвращайтесь домой, сбрейте усы и никогда их больше неотпускайте, – посоветовал Мейсон своему клиенту. – Также никогда больше неносите бумажных пакетов.

Обвиняемый рассмеялся в ответ:

– Высокий молодой негр с усами. Высокий молодой негр сбумажным пакетом. Сейчас же иду домой и сбрею эти усы, как только доберусь добритвы. И никогда ничего не буду носить в бумажных пакетах!

Уставший после долгого судебного процесса, Мейсон тем неменее решил заехать к себе в контору по пути домой.

Делла Стрит оставила для него записку:

«Без четверти девять вечера. Больше не могу ждать. Взглянитена объявление в вечерней газете. Она лежит у вас на письменном столе».

Мейсон взял в руки сложенную газету и прочитал обведенноеручкой объявление, которое гласило:

«Тридцать шесть, двадцать четыре, тридцать шесть. Хочуизбежать ловушек. Буду ждать у входа в гостиницу в такси ровно в девять сегоднявечером. Встреча мне необходима. Пожалуйста, никаких свидетелей. Сами знаетекто».

Мейсон несколько минут стоял в задумчивости, изучаяобъявление, потом набрал номер Детективного агентства Дрейка.

– Говорит Перри Мейсон, – представился он. – Пол Дрейк наместе?

– Нет. Он работает по делу. Сказал, что не знает, когдавернется.

– Кто-нибудь у вас в конторе в курсе, по какому именно делуон работает?

– Боюсь, что нет, – ответила секретарша. – Мистер Дрейкупоминал, что оно конфиденциально.

– Спасибо, – поблагодарил Мейсон и повесил трубку.

Он запер контору, отправился к себе домой, лег в постель ипогрузился в глубокий сон.