Алекс Кросс. Территория смерти - Джеймс Паттерсон

Джентльмен, которого все ждали, сказал, что его зовут Стивен Миллард и что он работает в отделе секретных операций, однако свой ранг и должность не назвал. Тут я вспомнил, что Аль Танней упоминал о нем перед моим отъездом в Африку. Миллард занимал должность начальника оперативной группы и с самого начала был вовлечен в дело Тигра.

— Доктор Кросс, — только и промолвил Флаэрти, кивнув мне.

— Какая-нибудь информация о вашей семье поступила? — спросил у меня Миллард.

В разговор вмешался Снайдер:

— Похитители пока молчат и на контакт с ним не выходили.

— В доме дежурят копы из полицейского управления, — сказал я. — Если кто-нибудь позвонит, они переключат звонок на меня.

— Хорошо… Кажется, вы сделали все возможное при подобных обстоятельствах, — заметил Миллард.

Я никак не мог понять, что это за тип и чего добивается. Но был уверен, что он не мог не знать о моей встрече с Эриком Даной до моего отъезда в Африку. Но что он знает помимо этого — вот в чем вопрос?

— Я готов принять любую помощь, какую вы в состоянии мне оказать, — осторожно произнес я. — Поверьте, мне действительно необходимо ваше содействие. Иначе я не пришел бы к вам.

— Можете положиться на нас, — ответил Миллард. — Но сначала мы зададим несколько вопросов, которые, весьма вероятно, помогут прояснить ситуацию. Итак, детектив Кросс, прежде всего скажите нам, зачем вы отправились в Африку?

— Убили мою университетскую подругу и всю ее семью. По своим каналам я узнал, что убийца вернулся в Лагос, и решил продолжить расследование там. Иными словами, я летал в Африку по работе.

Миллард понимающе кивнул. Казалось, он принял мои слова на веру.

— Коли так, поведайте нам, что узнали в Африке. Позволю себе предположить, что вы не зря потратили там время. Вряд ли в противном случае профессиональный убийца вернулся бы в Штаты, чтобы организовать нападение на вас и вашу семью.

— А я надеялся, что вы сообщите мне кое-что важное. К примеру, что происходит в Нигерии и у нас, в Вашингтоне? Мне бы это тоже очень помогло…

Миллард несколько раз свел и развел ладони, после чего, проигнорировав мои слова, снова задал мне вопрос, продолжая гнуть свою линию:

— Скажите, вы видели в Нигерии нечто странное или из ряда вон выходящее? Должны же мы понять, почему преступник проникся к вам такой ненавистью, что решил лично разобраться с вами и вашими близкими. Вы отличный полицейский и даже в своем роде знаменитость, кроме того, оперируете на своей территории. Так какого же черта этому Тигру — или как его там зовут — рисковать своей шкурой и ехать сюда, чтобы заткнуть вам рот, если у него нет для этого крайней необходимости?

— Так вы, значит, не сомневаетесь, что нападение на меня и похищение моей семьи — дело его рук?

— Ничего не могу сказать с полной уверенностью, но мне помогает логика, которая говорит, что смысл кроется в подобном предположении. Так что же вам удалось узнать в Африке, доктор Кросс?

Я посмотрел на Флаэрти, потом снова перевел взгляд на Милларда.

— А ведь вы не собираетесь помогать мне в поисках семьи… Просто хотите выкачать из меня нужную вам информацию и выставить за дверь — так, да?

Миллард тяжело вздохнул, словно соглашаясь с моим упреком, потом сказал:

— Честно говоря, доктор Кросс, все мы, хотя признавать это очень печально, полагаем, что членов вашей семьи нет в живых как минимум восемь или девять часов.

Я вскочил с места так быстро и резко, что едва не опрокинул свой стул.

— Как вы можете так говорить? Откуда у вас такие сведения? Опять логические выкладки — или вы действительно что-то знаете, но не хотите делиться со мной информацией? Объясните в таком случае, зачем преступники звонили мне всю ночь, если мои близкие, по вашим словам, давно мертвы?

Миллард некоторое время смотрел на меня в упор, после чего тоже поднялся с места, правда, не столь резво.

— Вам неоднократно советовали не лезть в это дело, но вы не прислушались к этому. Так что нам остается лишь выразить свое глубочайшее сочувствие в связи с произошедшей в вашей семье драмой. Но помните: мы поможем вам, если для этого представится хотя бы малейшая возможность.

Потом, с минуту помолчав, добавил:

— Здесь, детектив, собрались хорошие, а не плохие парни, как вы, может быть, думаете. И никакого заговора в высших кругах не существует, хотя вы предполагаете именно это.

«Если это правда, тогда какого черта все вы в один голос только об этом и твердите?» — подумал я.