Обманутые иллюзии - Нора Робертс

Она взяла стакан с какой-то ярко-розовой жидкостью, который стоял на подносе у официанта и, потягивая приторный ромовый напиток, стала примеряться к своим спутникам.

Роксана тут же определила их средний возраст: 65 лет. Было, правда, несколько семей с детьми и горстка молодоженов. В целом же, преобладали пожилые пары, одинокие старики и старухи, а также изрядное количество стареющих наемных партнеров для танцев.

– По-моему, все это можно назвать «Кораблем стариков», – прошептал Люк ей на ухо, так неожиданно, что она чуть не пролила коктейль с ромом.

– А по-моему все это очень мило.

– Я не говорю, что это плохо, – несмотря на ее резкий тон, он дружелюбно обнял ее за плечи. Он решил, если уж им суждено на протяжении нескольких недель находиться рядом друг с другом, они должны постараться быть вежливыми. – Видишь этого пижона?

Он предпочел рому бутылку виски, с помощью которой указывал сейчас на импозантного седовласого мужчину в синем двубортном пиджаке и идеально отутюженных белых брюках. Вокруг него уже щебетал целый рой восхищенных пожилых гражданок. – Джо Миляга.

– Миляга из Палм-Бич, – сказала она весело. – Спорим, что он классно выделывает ча-ча-ча?

– Вполне вероятно, еще и румбу-другую может изобразить. А вон там, – он вновь сделал указующий жест, на сей раз лишь поведя бровью и тем самым направив взгляд Роксаны в нужную сторону. Рядом с поручнем левого борта стояла крупная растрепанная блондинка в пронзительно-розовом спортивном костюме. На шее у нее висели фотоаппарат и бинокль, и она периодически поднимала то один, то другой к глазам между глотками коктейля «сювириз», – Салли Туристка.

– Выскочка.

Он лишь ухмыльнулся.

– Выбери ты теперь кого-нибудь.

Она оглядела палубу, затем провела языком по верхней губе.

– М-м-м, вот того возьму. Том Шикарный. Люк внимательно псмотрел на члена экипажа, загорелого блондина, одетого в роскошную белую униформу.

И у него тут же ухудшилось настроение.

– Ну, если тебе такие нравятся.

– Нравятся, – будучи не в состоянии возразить, она преувеличенно вздохнула. – Ох, как нравятся. Смотри, вон Мышка. Роксана стала махать рукой, подзывая его.

– Ну, как тебе?

– Блеск, – его крупное, обычно бледное лицо покраснело от удовольствия. Здоровенные мускулы виднелись из-под цветастой рубашки, которую подобрала ему Лили . – Они мне разрешили спуститься в машинное отделение. Я загнул, что мне надо проверить оборудование перед представлением и все такое; а потом они сказали, я смогу и на капитанский мостик сходить.

– Ну и как, женщины у них там есть? – спросил Люк.

– В машинном отделении? – Мышка улыбнулся и покачал головой. – Не-а, только в виде картинок на стене.

– Держись рядом со мной, приятель, и я найду тебе настоящих.

– Оставь его в покое, ходячий член, – пытаясь уберечь Мышку, она взяла его под руку. – Слышишь? Она вздрогнула, услышав два долгих гудка. – Отплываем.

– Палубой выше, – прошептал Люк.

Роксана подняла голову и увидела их: радостная Лили в открытом голубом платье и сногсшибательный Макс в пиджаке цвета слоновой кости и темно-синих брюках и Леклерк, тенью возвышающийся над ними.

– С ним все будет нормально, – Люк взял ее за пальцы.

– Да, конечно, – она отбросила всякие сомнения в этом. – Пошли наверх. Я хочу пофотографировать.

* * *

Это было не увеселительное путешествие. Первое собрание обслуживающего персонала развеяло всякие надежды на то, что ближайшие шесть недель станут для Нувелей бесплатной прогулкой.

Вместе с другими артистами, которым предстояло этим же вечером выступать с короткими номерами, труппа до-гжна была дать мини-представление с целью поприветствовать пассажиров на борту судна. В программе была французская певица, актер-комик, сопровождавший свои выступления жонглированием, и ансамбль песни и танца из шести человек под названием «Лунная дорожка».

Помимо представлений их попросили участвовать в разных мероприятиях, начиная с бинго и кончая экскурсиями в пунктах стоянки.

Когда выяснилось, что Роксана в совершенстве владеет французским, ее тут же призвали на подмогу двум переводчикам.

Были также розданы правила поведения на борту судна. Быть дружелюбным и общительным с пассажирами было обязательным. Вступать с ними в интимные отношения запрещалось. Запрещалось также брать чаевые и пьянствовать. Принимать пищу разрешалось только после того, как поедят пассажиры. А в случае кораблекрушения все члены экипажа и обслуживающий персонал были обязаны садиться в спасательные шлюпки только после того, как будет обеспечена безопасность всех пассажиров.

Кое-кто из более опытных членов персонала заворчал, когда раздали распоряжения на неделю. Директор круиза по имени Джек, моложавый ветеран увеселительного флота с десятилетним стажем с ходу отмел всякое недовольство.

– Если вам что-то нужно, попросите. И не слушайте этих крохоборов. Внеурочная работа с пассажирами – это ведь одно удовольствие.

– Это он так говорит, – высокая изящная блондинка по имени Дори приятно улыбнулась Люку. – Обращайтесь ко мне, если потребуется помощь, – она улыбнулась Роксане, давая понять, что это предложение распространяется и на нее. – У нас очень напряженная репетиция в три тридцать в кинозале. Это на прогулочной палубе, в кормовой части.

– А первое представление в восемь, – добавил Люк. – Нужно будет еще выкроить время для того, чтобы выяснить, где здесь что.

* * *

Роксане выдали футболку цвета фуксин с надписью «Принцесса Янки», карточку с именем в виде значка и шлепнули на счастье по заднице. Она обошла судно, порепетировала, потом еще раз обошла судно, отвечая на вопросы, улыбаясь, желая пассажирам счастливого плавания.

Полдень плавно перетекал в вечер. За все это время Роксане удалось стянуть яблоко и несколько ломтиков сыра из опустошенного пассажирами буфета. Свою добычу она отнесла в кладовку при уборной, где они с Лили должны были переодеваться к представлению.

– Их так много, – сказала Роксана, откусывая сыр. – И все хотят знать.

– Все такие приятные, дружелюбные, – Лили чуть было не наткнулась на картонный ящик, который должен был изображать темницу на сцене и влезла в сценический костюм. – Слушай, здесь люди со всей страны собрались. Все так, как будто мы опять на гастролях.

– Максу ведь это нравится, разве нет?

– Он такое обожает. Он уже доволен. Для Роксаны еды было достаточно, она уже хваталась руками за живот, когда судно начало качаться на волнах.

– Как ты думаешь, это долго будет продолжаться?

– Что, моя милая?

– Качка, – она сделала выдох, отложилав сторону яблоко и потянулась за костюмом.