Татуированная кожа - Данил Корецкий

Крылков засуетился.

– Брось, Волк, ничего я не интересуюсь... Машинально спросил, и все. Ты не подумай чего...

– Да я ничего не думаю. Просто ты спрашиваешь об этом в шестой раз.

– Без всякого умысла, честно. Так получилось. Ты не говори никому, а то возьмут на карандаш... Ладно?

– Ладно, – Волк усмехнулся.

Первой парой было практическое занятие. Компьютерный класс мерцал экранами многочисленных дисплеев.

– Знаете, что это такое? Самые умные приборы двадцатого века. Куплены у буржуев за золото, – с гордостью сказал подполковник Острогов. – Могу спорить – никто из вас таких и не видел!

– Я видел, – вырвалось у Волка.

– Интересно, где? – насмешливо спросил преподаватель. – Их даже у МВД нет. Только у нас и в Совмине!

Волк видел такой компьютер во дворце в Борсхане. Серж вдребезги разнес его автоматной очередью.

– Да, наверное, я с чем-то перепутал...

– С телевизором, – хохотнул какой-то остряк.

– Ладно, шутки в сторону, – Острогов сел за клавиатуру. – Сегодня отрабатываем пользование адресной службой и оперативными учетами. Все очень просто. Набираем код программы и интересующую нас фамилию, нажимаем «ввод» и ждем, пока высветится результат. Ясно? Тогда занимайте места и работайте самостоятельно.

Возле каждого компьютера лежал листок с учебным заданием: за сорок минут требовалось отработать десять человек с неполными установочными данными. Но Волк отклонился от задания и набрал фамилию Серегина. Он давно собирался отыскать товарища, а сейчас случай сам шел в руки: можно узнать его адрес всего за минуту.

«Серегин Павел Сергеевич, 1930 года рождения, до ареста проживал по ул. Гарибальди, 10, кв. 18, – почти сразу выдала машина. – Особо крупные хищения и взяточничество в системе Моспищеторга. Оперативная разработка Московского УКГБ, следствие проведено Прокуратурой РСФСР, осужден Верховным судом РСФСР к расстрелу».

Что за черт? А, вот в чем дело... Вместо адресной он задействовал программу «оперативные учеты», и компьютер выдал однофамильца. Однофамильца? Сержа зовут Николай Павлович, и вряд ли это простое совпадение... Неужели он сын матерого расхитителя?

Волк переключился на адресную службу и повторил запрос.

«Серегин Николай Павлович, ул. Гарибальди, 10, кв. 18», – появилось на экране. Точно, сын. Однофамильцы не живут в одной квартире!

Он снова прошелся по клавишам.

«Чучканова Софья Васильевна». Экран остался пустым. «Чучканов Николай Павлович». В центре появился прямоугольник с надписью: «Введите пароль доступа».

Подполковник ходил за спинами курсантов, его шаги приближались. Волк поспешно свернул окно, потом снова развернул. Опасная надпись исчезла. Хватит экспериментов, пора вернуться к заданию – он придвинул листок с учебными фамилиями...

Волк сумел отработать все фамилии в срок и получил «отлично». Но после занятия специальная контрольная программа высветила на экране его монитора три несанкционированных запроса, в том числе один, касающийся секретоносителя первой категории. И Острогов, как положено, написал рапорт начальнику отдела внутренней безопасности.

* * *

– Реферат? Ну что ж, попробуйте. – Обычно брюзгливое лицо полковника Ламова на миг приняло нормальное человеческое выражение, он заинтересованно потер острый кончик носа. – Могу предложить перспективную тему: «Тактика вербовки». Недавно мы с коллегой издали основательное учебное пособие, оно вам поможет. Если получится хороший реферат – можно разворачивать его в научную работу, а потом и в диплом...

Педагог сел на своего конька. Волк почтительно смотрел в холодные блекло-голубые глаза, изображал внимание и старательно кивал. Реферат позволяет получить автоматический зачет в конце семестра, конкурсная работа гарантирует «пятерку» на экзамене. Игра стоит свеч! В коридоре Волка остановил Любавин.

– Познакомился с классной девочкой, у нее есть две подружки, договорились на субботу. Пойдешь?

У четвертого соседа по комнате круглое лицо, веселая улыбка и холодные глаза. Через много лет они выцветут и станут такими же, как у Ламова.

– Спрашиваешь!

– Кого третьим возьмем?

– Давай Федира.

– Я тоже так подумал. Деньги есть?

– Наскребем, раз такое дело.

После обеда Волк засел в спецбиблиотеке и обложился книгами с устрашающими грифами «сов. секретно». Постепенно эти надписи стали неотъемлемым элементом жизни, он привык к ним, к прошитым пронумерованным тетрадям, которые строго запрещалось выносить за пределы специальной комнаты. Но вся охраняемая информация неминуемо накапливалась в голове, которую нельзя прошить или опечатать и невозможно отстегнуть при выходе из служебного помещения. Поэтому в Школе и действует режим высокой бдительности, взаимного контроля, постоянного анализа слов, действий, поступков каждого курсанта. Ведь смысл деятельности противостоящих спецслужб сводится к попыткам вербовки противника, и побеждает та, которая делает это более эффективно.

В литературе, которую изучал Волк, подробно рассказывалось о вербовочных успехах органов КГБ. Рассказывалось со знанием дела – доходчиво и увлекательно. Ему нравились хитроумные комбинации оперативных работников, которые умело играли на потаенных струнах человеческих душ, заставляя людей делать то, что нужно контрразведке. Зачастую вопреки своей воле.

«...Поиск подходов к одному из лидеров националистического движения затруднялся тем, что его близкий знакомый, являющийся доверенным лицом органов контрразведки, отказывался освещать деятельность своего друга. Тогда ведущий разработку сотрудник организовал оперативную комбинацию, в результате которой несовершеннолетний сын доверенного лица принес домой самодельный пистолет, якобы случайно обнаруженный впоследствии работниками милиции. Под угрозой уголовной ответственности сына доверенное лицо изменило свою позицию и принялось активно освещать националистического лидера, что дало возможность осудить последнего к длительному сроку лишения свободы...»

Волка словно кипятком обдало. Все другие примеры воспринимались интересными иллюстрациями, книжной абстракцией, не более... А сейчас из глубин подсознания всплыло ощущение безысходности и страха, страницы жизни перелистнулись назад, и вновь горько плакал в коммунальном, пахнущем мочой туалете глупый маленький мышонок, попавший в скверную историю. Как оказалось – хорошо продуманную и умело расставленную западню, причем расставленную для другого...

Волк повертел в руках учебное пособие. Авторы – С. Ламов, А. Петрунов. Каким же образом они дергали за ниточки, уходящие в далекий Тиходонск? Или обобщили чужие отчеты?

Два дня курсант Волков, показывая чудеса прилежания, сидел в библиотеке до закрытия, а на третий сдал законченную работу Ламову.

Реферат полковнику не понравился.