Вычислить и обезвредить - Светлана Бестужева-Лада

Через полгода после визита в Москву Рональд Рейган оставил пост президента Соединенных Штатов Америки. Его эпоха закончилась: первый президент среди актеров и первый актер среди президентов ушел с политической сцены в историческое закулисье. Его роль была сыграна, а на сцене умирают только самые талантливые… Или — самые живучие лицедеи.

Советский Союз быстро забыл об очередном «судьбоносном» визите. Тем более что судьба страны решалась уже совсем другими людьми и совсем в другом направлении. Через год страна жила совсем другим: новыми выборами, принципиально новым Верховным Советом, невероятным размахом того, что все ещё деликатно, по старой памяти, называли «гласностью». Как выяснилось позже, государство просто — если это вообще может быть просто — сорвалось с многолетних тормозов и стремительно катилось в будущее по тоннелю, в конце которого, по исторической традиции, брезжил какой-то свет. Обязан был брезжить.

То, что этот пока ещё слабый свет был заревом грядущих пожаров, понимали немногие. Но и те, кто понимал, не могли себе представить масштабов этого почти стихийного бедствия. А те, кто волею случая или судьбы провел несколько лет за границей, возвращались совсем в другую страну. В другое общество.

«Страшно жить, когда падают царства…»

Спустя три с небольшим года после описанных событий прохладной августовской ночью в одном из тихих переулков, чуть-чуть не доехав до Садового кольца, остановилась черная машина с радиомаяком. Из неё вышли двое мужчин и двинулись в сторону Калининского проспекта. В эту секунду из темноты возникла хрупкая женская фигурка. Мужчины невольно остановились.

— Не ходите туда, — задыхаясь, сказала женщина. — Там стреляют…

Один из мужчин чуть заметно пожал плечами и решительно двинулся вперед. Второй не тронулся с места, только снял затемненные очки — абсолютно неуместные в это время суток — и попытался рассмотреть незнакомку.

— Там стреляют, — повторила она. — Уже есть убитые… Я видела…

— Майя? — со странной интонацией спросил мужчина. — Это ты? Ты в Москве?…

Но это — уже совсем другая история. Потому что начиналась Эра Водолея…