Прятки со смертью - Бекки Мастерман

Несколько мгновений я смотрела на него, затем вернулась к теме:

— Флойд, а теперь скажите мне правду.

И этот парень, который чувствовал себя виноватым за то, что ему не хватало духу убивать людей, заговорил. Причем как пьяный, который увидел во мне нового друга.

— Я познакомился с ним, «Шестьдесят шестым», на одном из интернет-чатов. Потом мы вышли из чата и начали переписываться. Я отправлял ему послания с компьютеров в интернет-кафе на паркингах грузовиков. Он писал чисто мне. Просто мне. Это было как… настоящее дело, то, что надо. Сначала я не поверил ему, мол, не может быть, чтобы он был киллером с Шоссе-66. Он взбесился. Он хотел доказать, что был им. Рассказывал мне всякие подробности, которые не попадали в новости, и тогда я убедился. Я прикинулся, что тоже убиваю женщин, но на самом деле не убивал. Я делал мумий. Мне было стыдно рассказывать ему, что был просто… просто… Ох, что-то худо мне…

Будто ставшая слишком тяжелой для шеи, голова Линча вдруг откинулась на подушку. Веки задрожали. Когда он почувствовал, что я вынула из его руки кнопку морфийного дозатора, он вернулся ко мне:

— Я никого не убивал, но то тело, что я нашел… Сделать из него мумию было моей идеей. По Интернету я заказал химию: натрий там, всякое такое. Никто до этого не додумался, я дошел до всего сам.

— Так что насчет «Шестьдесят шестого», что вы еще о нем знаете?

— Нчво… — невнятно промямлил он. Я надеялась, никто из персонала не зайдет сюда подстроить подачу обезболивающего и даст нам договорить. — Мне просто надо было… еще немного… времени… чтобы сделать это.

— Флойд, да ладно, он же возил вас на свалку показать тела.

Линч вновь покачал головой и проговорил устало:

— Нет. Только сказал, что спрятал их в старом брошенном «додже» на горной дороге. О той машине я знал и съездил посмотреть… она это или нет.

— Значит, вы никогда не видели его лица?

Флойд покачал головой, на этот раз решительно.

— Я видел тела и… пользовался ими. Но я устал мотаться каждый раз на эту гору. — Он показал пальцами на своей груди, как ходил пешком, и слабо улыбнулся.

— Взяли б да перенесли одно из тел в свой грузовик. Что мешало?

— Да я пытался. Но когда я взялся за тело, оно развалилось. В таком виде оно мне не нравилось.

Неужто некрофилы тоже обладают чувством прекрасного?

— Вы пользовали оба тела? И то самое, которое называли «плечевой»?

— Угу, — нараспев протянул он.

— Не говорил ли он вам, как или когда убил ее?

— Не-а, — так же напевно ответил он и сделал рукой детский жест, как бы застегивая рот на молнию. — На эту тему он особо не распространялся. Просто сказал, она была другая.

Я насторожилась. Убийца выбалтывал едва ли не каждую деталь всех злодеяний, но об этом говорить не хотел. И если не хотел, то, может, потому, что с этой жертвой все пошло не так, как всегда. Возможно, он знал, что совершил какие-то ошибки, сделал что-то, что могло связать его с ней.

— Другая? Это как?

— Ну, просто, друг… — не договорив, Линч умолк.

Жаль, я не знала, какие комбинации нужно было набрать на клавиатуре, чтобы отключить ему подачу лекарств, а кроме того, чтобы выдернуть эпидуральный ввод у него из спины, что наверняка вызовет вонь, мне ничего в голову не шло.

— Флойд, что значит другая? Физически? Умственно? Скажите что помните!

Линч не обращал на меня никакого внимания и просто продолжал выкладывать правду. Может, он испытывал от этого удовольствие.

— А потом, когда я научился делать мумию, я собрался убить кого-нибудь, честное слово, но времени придумать, как это сделать, у меня не было. Я распечатал его сообщения и притворился, будто я и есть тот, кто убивал. Отправил несколько открыток отцу агента ФБР, как делал он. Даже сделал надрез на теле, которое нашел, — якобы это была одна из его жертв. А потом меня взяли. В тюрьме я получил от него сообщение. Он написал, что, если я откажусь от показаний, он меня убьет.

— «Шестьдесят шестой».

Линч приложил палец к губам:

— Ш-ш-ш! Не надо вслух. — Флойд хихикнул.

Господи, времени у меня совсем не оставалось.

— Я уверена, агента Коулмен похитил он. Флойд, а ведь она была добра к вам. Она пыталась добиться честной сделки с вами. Неужели не поможете мне найти ее?

Линч вновь облизал полость рта, словно хотел говорить, а язык цеплялся за зубы.

— Больше я ничего не знаю… Очень хочется спать… Можно я… — Глаза его закрылись, нижняя челюсть отпала — слышно стало дыхание.

Я поразилась, что оно было поверхностным и очень, очень медленным. Внезапно забеспокоившись, я легонько шлепнула его по лицу.

Словно в ответ на мое прикосновение к его лицу, громкий импульсный сигнал от одного из мониторов у койки заставил меня подпрыгнуть. Как будто некий таймер дал мне знать, что интервью окончено.

Через пару секунд в палату вошел врач в сопровождении двух сестер. Одна из них быстро глянула в мою сторону, но тут же, как и остальные, сосредоточилась на состоянии Флойда.

Врач посветил в глаза Линчу:

— Флойд, вы меня слышите? Реакции нет. Дыхание?

— Поверхностное, шесть в минуту, пульс частый, нитевидный.

— Так, похоже на передозировку. — Доктор пробежался пальцами по панелям как морфинового дозатора, так и эпидурального, отключая подачу. — Сестра, проверьте внутривенное. Вы — за реанимационной бригадой.

Одна из женщин выскочила из палаты, другая осталась, проверила капельницу.

— Я сама повесила пакет, но полностью не открывала его. А сейчас он весь раскрыт. Может, закупорка? — предположила сестра.

Вертела пакет в руках, стараясь быть полезной, пока не прибудет реанимационная бригада.

— Он жаловался, что ему жгло руку, — вмешалась я, но никто не обратил на меня внимания.

В палату влетели три парня, вкатив металлическую тележку, обвешанную реанимационной аппаратурой. Не спрашивая указаний, один из них схватил доску, двое других тем временем приподняли пациента так, чтобы третий мог подсунуть доску под него. В то самое время, как Линча опускали на доску, парень, который положил ее на кровать, схватил с тележки шприц и воткнул его в грудь преступника. Очевидно, адреналин. Никакого эффекта.

Они начали снимать с тележки дефибриллятор, когда в дверь просунул голову охранник с мобильным телефоном в руке. И он был явно растерян. Его, по-видимому, не снабдили инструкцией на такой вариант развития событий. У стены он заметил меня.

— Вы кто? — спросил охранник.

— Его мать.

Я наблюдала за героическими усилиями бригады медиков, хотя что-то подсказывало мне: будучи последней живой душой, которая видела Флойда Линча в стабильном состоянии, я должна со всех ног удирать из больницы.