Предупреждение Эмблера - Роберт Ладлэм

Совещание, однако, на этом не закончилось.

— Предлагаю вернуться к вопросу Председателя, — сказал Ван Цай. — Отмахнуться от него невозможно. Почему?

— Вопрос, конечно, важный. — Тот, кого называли хитрым крестьянином, повернулся к Сяо. — Почему? Почему убийца еще жив? На нашей прошлой встрече вы обещали принять меры.

— Возможно, он просто оказался еще хитрее, чем вы, — негромко ответил товарищ Сяо.

* * *

Четырнадцатый округ, протянувшийся от бульвара Монпарнас, был некогда излюбленным местом жительства парижских американцев. Впрочем, Фентон выбрал его для своей конспиративной квартиры вовсе не по этой причине — Эмблер считал, что их у миллиардера несколько. Поток машин, струящийся по лабиринту улиц с односторонним движением, уходил в сторону Орли и расположенных еще дальше к югу промышленных пригородов. Протестующие — столь же характерная черта для Парижа, как и бездомные для Нью-Йорка — давно облюбовали для своих сборищ Денфар Рошеро, у перекрестка главных транспортных артерий. Но и менее шумные улицы предлагали на выбор бретонские ателье, ночные клубы и кафе. Тихие жилые кварталы располагались в глубине округа. Дом под номером сорок пять по улице Пуленк находился в одном из таких кварталов. Адрес Эмблер получил от Фентона еще в Монреале, и именно сюда он должен был прибыть после выполнения задания. В офис местного отделения Группы стратегических услуг приходить запретили.

Дом номер 45 если и выделялся чем-то на фоне остальных, то лишь своей полной невыразительностью, обшарпанностью и серостью. Здесь мог помещаться кабинет дантиста или офтальмолога. В окнах первого этажа виднелись пыльные жалюзи; за другими висели кашпо с унылым, поникшим паучником — попытка поднять дому настроение определенно провалилась.

Эмблер позвонил и ждал еще целую минуту, в течение которой за ним, несомненно, наблюдали либо через «глазок», либо с помощью скрытой видеокамеры. Наконец что-то тренькнуло, оповещая, что дверь открыта. Он повернул ручку и вошел в прихожую. Никого. Ведущая вверх узкая лестница справа была застелена дорогой на вид дорожкой, которую прижимали к ступенькам латунные стержни. Из интеркома у основания лестницы послышался голос Фентона:

— Я внизу. В конце коридора.

Эмблер прошел через незапертую дверь, спустился по другой лестнице к закрытой двойной двери и постучал.

Ему открыл Пол Фентон. Переступив порог, Эмблер оказался в комнате, напоминающей школьный кабинет. Повсюду стояли книги. Не те книги, которые ставят ради декора, а серьезные, предназначенные для чтения: с потертыми, выцветшими переплетами.

— Садитесь. — Фентон указал на офисный стул на колесиках и сам опустился на металлический складной.

— Мне нравится, как вы тут устроились. — Эмблер ощущал странное спокойствие. Машину «Скорой помощи» они отогнали на закрытую автоматическую стоянку; в отеле «Бобур» по возвращении их никто не ждал. Все было так, как будто ничего и не случилось. Они снова вернулись в «нормальную» жизнь.

— Вы будете смеяться, но это почти точная копия офиса Пьера дю Пре в Коллеж де Франс. Наверху — такая же, то есть почти один-в-один, копия кабинета монпарнасского дантиста. Здесь можно снимать кино. Этим занимались два специалиста. Мне просто захотелось посмотреть, возможно ли такое. Должен сказать, все не так просто.

— Как говорится, одна голова хорошо, а две лучше. — Эмблер медленно повернулся на вращающемся стуле. — Вы, похоже, считаете, что и две пары рук лучше одной.

— То есть?

Эмблер с напускной беззаботностью посмотрел магнату в лицо.

— Меня немного удивило, что вы решили поставить в Люксембургском саду второго стрелка. Без моего ведома. Может быть, считали, что поддержка не помешает, но, на мой взгляд, такие шаги неразумны. Я ведь мог по ошибке подстрелить и вашего парня.

— Не понимаю. — Фентон слегка нахмурился. — О чем вы говорите?

Эмблер не спускал с него глаз.

— О том, что я не работаю с теми, о ком сам ничего не знаю. Я не нуждаюсь в страховке.

— В какой страховке?

Странно — никаких признаков обмана, ни малейшего напряжения. Удивление — да, непонимание — да, недоумение — да, но никакого притворства.

— А что касается того китайского джентльмена...

— Какого еще китайского джентльмена? — мягко перебил его Фентон.

Эмблер помолчал.

— Вы ведь понятия не имеете, о чем я говорю, да? — спросил он.

— Боюсь, что нет. Там был кто-то посторонний? Кто-то, кем мне нужно заняться? Если у вас есть основания подозревать утечку...

— Нет, вам беспокоиться не о чем. Поверьте, если бы я что-то заподозрил, вы узнали бы об этом первым. Понимаю, ваши люди находились там в качестве наблюдателей.

— Разумеется, но это же стандартная процедура, — запротестовал было Фентон.

— Никаких проблем. Просто у нас в ППС я обычно знал всех, кто со мной работает. Извините, немного разнервничался. Поверьте, вам действительно не о чем беспокоиться.

— Хорошо, — бросил Фентон, подведя черту. Своим успехом он был отчасти обязан способности сосредотачиваться на главном и не отвлекаться на второстепенные мелочи. — Я уже немного встревожился. Вы сработали в высшей степени профессионально. Подтвердили репутацию. Я очень доволен. Сделали все, как надо. Быстро и чисто. Проявили изобретательность, четкость, способность мгновенно принимать решения. Думаю, вас ждет большое будущее. Считайте, вы уже в списке. И имейте в виду, в ГСУ никакой бюрократии нет. Тот, кто схватывает все на лету, должен сам быть хищником. Такова моя философия. — Фентон остановился, поднял руку. — Но я не забыл о нашем разговоре возле Дворца Конгрессов. Вы хотели кое-что выяснить. Я думал, что у вас есть влиятельные враги и могущественные друзья, и оказался прав. У меня состоялся разговор с партнером из Госдепа.

— И?

— Что-то у них есть, но что именно, говорить не хотят. В каждом ведомстве свои порядки и свои секреты — я это понимаю. Но есть и хорошая новость. Мой партнер из Госдепа согласился встретиться с вами тет-а-тет. Обещал ответить на все ваши вопросы. Попробуем организовать такую встречу в самое ближайшее время. Может быть, даже здесь.

— А кто он, этот ваш партнер?

— Не могу сказать. Пока. Связан обещанием. Но вы скоро поймете, что имеете дело с человеком, умеющим держать слово.

— И я не позволю вам об этом забыть, — раздраженно бросил Эмблер. — Черт возьми, Фентон — мы же договорились, что вы расплатитесь со мной информацией. А теперь выходит так, что вместо наличных мне предлагают чек в конверте? Со мной такие отговорки не пройдут.

Кровь бросилась Фентону в лицо, но миллиардер умел держать себя в руках.

— Ничего подобного, Таркин, — ровно сказал он. — Мой партнер очень хочет с вами встретиться. Вопрос решится в ближайшие дни. И скучать эти дни вам не придется. Я понимаю, оперативник вашего калибра не должен маяться без работы, тем более что вы наверняка успели соскучиться по большим делам. Я готов доверить вам любое. В нашем мире далеко не каждый продукт соответствует рекламе. Но вы, Таркин, мои ожидания оправдали на все сто процентов.