Смертельная игра - Нора Робертс

Дальше они разделились. Ева отослала Пибоди назад в квартиру Силлы помогать с обыском, а сама решила заняться оставшимися двумя квартирами.

То, что они надеялись найти, наверняка зарыто где-то в недрах компьютеров: именно в этом, с точки зрения Евы, была вся проблема. Это ставило ее в невыгодное положение.

— Если что-то есть, — пообещал ей Фини, — мы это рано или поздно найдем.

— Вот это «поздно»-то мне и не нравится.

— Что-то ты не больно мне и моим ребятам доверяешь.

— Фини, я только на вас с ребятами и рассчитываю. — Подбоченившись, Ева сделала круг по рабочему кабинету Бенни. — Для этих троих компьютеры — еда и воздух. Даже все их увлечения только с компьютерами и связаны. И Рорк утверждает, что они в своем деле чрезвычайно хороши.

— Но они не хакеры.

Она наставила на Фини палец.

— А почему нет? Это ведь заманчиво, не так ли? Когда ты так круто сечешь в компах, почти невозможно устоять перед искушением что-нибудь взломать. Это ведь тоже игра. Только не говори мне, что сам в жизни никогда этого не пробовал.

Фини улыбнулся.

— Я офицер Департамента полиции и безопасности Нью-Йорка. Взлом компьютеров — преступление. Гипотетически, теоретически — и если ты это хоть кому-нибудь еще сболтнешь, скажу, что ты лживая сволочь, — я допускаю, что иногда взлом в качестве эксперимента может быть полезен, чтобы сохранять форму.

— И кучке чрезвычайно талантливых парней, днями и ночами напролет играющих в дебильные игры, наверняка захочется поэкспериментировать. Если бы им или одному из них захотелось зайти чуть дальше, к примеру, покопаться в компьютерах у конкурентов, им бы в этом наверняка пригодилось незарегистрированное оборудование. Да оно им, черт возьми, было бы позарез необходимо.

— Неплохая подстраховка на случай неприятных сюрпризов, — согласился Фини. — Денег бы стоило немало, но они могли себе это позволить. Черт, да они, наверно, могли сами себе что хочешь собрать из запчастей. Но и здесь, и в штаб-квартире «Играй» все легально и зарегистрировано.

— Да, и их квартиры я уже дважды осмотрела. Если они и спрятали где-то потайную комнату, то разве что в другом измерении. Может, она не в квартире, а где-то рядом? — Уперев руки в бока, Ева сделала еще один круг по комнате. — Им нравится, чтобы все было под рукой.

— Если у них есть тайник для незарегистрованного железа, они наверняка там взломом и занимаются. Это логично.

— И план убийства составлять наверняка удобнее там же. Комната для игр по-крупному.

«Придется проверять еще одну гипотезу, — подумала Ева, — тянуть еще за одну ниточку. Но сначала — назад в «Играй» на панихиду Барта».

«А у них тут аншлаг», — заключила Ева, войдя в помещение, и стала разглядывать экраны, где показывали нарезку из фотографий Барта. Поверх голосов пришедших выразить соболезнования и оплакать его гибель звучал записанный голос самого Барта. Интервью прессе, семинары с конвентов, видео с вечеринок, туристических поездок.

«Осколки прошлого, — подумала Ева, — большие и маленькие, монтаж из кусочков жизни».

Цветы и закуски — такие же неотъемлемые элементы поминок, как и сами покойники, — были расставлены по периметру зала.

«Незамысловатые цветы, незамысловатая еда, — отметила Ева, — и мини-бары с шипучкой».

В толпе, сквозь которую она пробиралась, чтобы выразить родителям Барта свои соболезнования, смеха было примерно столько же, сколько и слез.

— Мистер и миссис Миннок, я лейтенант Даллас. Искренне соболезную вашей утрате.

— Лейтенант Даллас. — Женщина с глазами и формой губ, как у Барта, пожала ей руку. — Спасибо, что пришли. Вы… не знаю, удобно ли спрашивать, но, может быть, вы…

— Я посвящаю расследованию убийства вашего сына все свое время. Департамент полиции и безопасности Нью-Йорка твердо намерен привести его убийцу к ответу.

— Его жизнь ведь только начиналась, — сказал отец Барта.

— Я много узнала о нем за последние несколько дней. Я считаю, что он прожил свою жизнь достойно.

— Спасибо вам за добрые слова. Спасибо, лейтенант.

Ева отошла от них, направилась назад в толпу, изучая лица, прислушиваясь к обрывкам разговоров. И высматривая его партнеров по бизнесу.

Она заметила Сингов. Очаровательные дети в черных костюмах выглядели неестественно похожими на взрослых, только уменьшенных в размерах. Сьюзен Синг обнимала за плечи Си-Си, так что они впятером стояли маленьким тесным кружком. «Жизнь и смерть Барта их объединила», — подумала Ева.

Силла заметила Еву, когда та направилась с ними поздороваться. Лицо Силлы полыхало таким бешенством, что она, казалось, готова была заорать. Предвосхищая это, Ева направилась в сторону от основной массы приглашенных, так что и Силле пришлось отойти вслед за ней.

— Вам здесь не место. Решили, что можете прийти сюда сейчас, когда мы вспоминаем Барта? Решили, поедите тут пиццы на халяву, выпьете шипучки, пошпионите за нами?

— Силла, не стоит устраивать скандал. Только не здесь.

— Это наше место. Это было место Барта, а вы…

— Силл. — Рорк положил руку ей на плечо. — Ты злишься не на того человека.

— Не нужно мне указывать, на кого мне злиться. — Силла отдернула плечо. — Барт умер. Он умер, а она пытается представить дело так, будто это мы его убили. Да что она за человек? Может, она вообще решила воспользоваться ситуацией и слить тебе наши разработки?

— Осторожно, — мягко предупредила Ева. — Думайте, о чем говорите.

Силла выставила подбородок и вызывающе сверкнула глазами.

— А то что? Арестуете меня?

— Пошли подышим воздухом, — сказал ей Рорк. — Только мы с тобой, сможешь высказать мне все, что хочешь. Только не здесь. Будешь продолжать в том же духе, еще больше расстроишь родителей Барта.

— Отлично! Я много чего могу сказать.

Рорк увел ее, и Ева перевела дух. В этот самый момент к ней протолкался Бенни:

— Что тут происходит? Что вы ей сказали?

— Практически ничего. Ей нужно выпустить пар. Лучше его выпустить снаружи, где никто ее не услышит.

— Боже. — Он потер виски и принялся вслед за Евой наблюдать, как за стеклом ходит взад-вперед, жестикулируя и показывая рукой в ее сторону, Силла, а Рорк стоит и молча и слушает. — Когда она бесится, ей становится легче, — произнес Бенни. — Лучше уж пусть она злится на вас, на кого угодно, чем так убиваться.