Дата собственной смерти - Анна и Сергей Литвиновы

До чего же отвратительная рожа! И Ритка еще подливает масла в огонь, преданно кивает:

– Ключи от этой квартиры у меня дома, в Лондоне, в шкатулке лежали. И Пит о них, конечно, знал. А замок здесь уже сколько лет не менялся…

– Я ответил на твой вопрос? – Пит посмотрел на Наташу с видом победителя. – Ты больше не обвиняешь меня в незаконном вторжении?

– Ладно, с этим ясно, – кивнула Наталья. – Но зачем ты явился сюда? Чего тебе в Лондоне не сидится?

– Я прилетел наблюдать за своей женой, – пожал плечами Пит. – Я часто ее контролирую, с ней иначе нельзя. Я специально за этим поехал вслед за ней.

– Постой, – перебила Наташа. – А когда ты прилетел?

– В один день с нею. В день похорон вашего отца. Только вечерним рейсом.

– А как же дети? – вдруг прошептала Маргарита.

– Ничего твоим детям не сделается. Остались с няней, – равнодушно отвечал Пит.

– Какой няней? У нас ведь нет круглосуточной няни! – в голосе Риты зазвучали панические нотки.

– С нашими детьми абсолютно все в порядке, – с металлом в голосе произнес супруг. – Поэтому заткнись.

Маргарита послушно заткнулась. Но, к Наташиной радости, покорности в ней поубавилось. Теперь в ее взоре светились обида и гнев.

– Ну, прилетел, и хорошо, – продолжила разговор с Питом Наталья. – Надо было поздороваться по-человечески. Чаю вместе выпить. А ты как ненормальный на Ритку бросаешься. Зачем? Что она тебе сделала?

Пит улыбнулся:

– Она сама знает.

И грубо ткнул жену в бок:

– Ну, говори!

Маргарита с ужасом посмотрела на мужа и жалобно прохныкала:

– Я не зна-аю…

– Знаешь, – сухо произнес Пит. И ударил жену по щеке – сильно, сразу проступило красное пятно.

– Пит, миленький, но она правда даже не понимает, о чем ты! – взмолилась Наташа.

– Понимает, – сухо молвил англичанин.

Новый удар – и в тот момент, когда изверг на секунду отвлекся, Наталья стремительным жестом дотянулась до журнального столика. Часы, ваза – это слишком объемно, а вот чугунная фигурка Дон-Кихота – вполне подойдет…

Ей повезло: Пит ее движения не заметил, и она засунула свое оружие за спину, под ремень джинсов.

– Пит, я не по-о-нима-аю! – заплакала Маргарита.

– Хорошо, я подскажу тебе. Чуть-чуть, – важно изрек Пит. – Давай вместе вспомним ту ночь, когда убили твою мачеху. Где ты была?

– Откуда ты знаешь, что Тамару убили? – удивленно спросила Наташа.

Пит не ответил, а Рита переводила затравленный взгляд с мужа на Наташу, с Наташи на мужа…

– Я не понимаю тебя, Пит, – твердо сказала Наталья.

Англичанин терпеливо повторил:

– В ту ночь, когда убили ее мачеху… миссис Тамара Конышефф… Маргарита зашторила свои окна и покинула свою спальню. Ходила по дому, спускалась на первый этаж… В спальне она отсутствовала больше часа, когда вернулась – погасила свет. Пусть скажет, куда она ходила. Я пришел сюда затем, чтобы узнать это. Пусть говорит.

– Постой, Пит, – озадаченно сказала Наталья. – А ты-то сам откуда про это знаешь?

– Я знаю все, – англичанин наградил ее высокомерной улыбкой.

А Рита вдруг залепетала:

– Что ты такое говоришь, Пит?! Я никуда не ходила, честно! Я всю ночь в своей комнате была…

Наташа уже вообще ничего не понимала:

– Нет, Пит, так не пойдет. Или ты клевещешь – или недоговариваешь. Пожалуйста, объясни, в чем дело.

– Мне надоело все тебе объяснять, – начал раздражаться Пит. – Ты какая-то бестолковая.

– Я нормальная, – парировала Наталья. – Это ты объяснять не умеешь.

Пит к отпору со стороны женщин явно не привык и взглянул на нее удивленно. Наташа повторила:

– Ты в чем-то обвиняешь Риту. Я хочу знать, в чем и какие у тебя для этого есть основания.

– Основания такие, что я ее муж, – отрезал Пит.

– А помимо?.. – не отставала Наташа.

– Хорошо, хорошо, – сдался англичанин. – Так и быть, я расскажу тебе. Из аэропорта я приехал в гостиницу, оставил там вещи и на двадцать часов заказал такси. До поселка Теляево…

Пит так увлекся рассказом, что жену практически не держал – так, слегка прихватил левой рукой. И Ритка, оставшись почти без контроля, немедленно этим воспользовалась. Резким движением сбросила мужнину хватку – но вместо того, чтобы бежать прочь из комнаты, вдруг залепила Питу пощечину. Выкрикнула:

– Подонок!!!

– Рита-а… – простонала Наташа.

Англичанин опешил только на долю секунды. А потом – не колеблясь и не задумываясь – наградил супругу таким ударом, что та еле удержалась на ногах. Потом снова стиснул ее в объятиях и спокойно спросил:

– Почему ты меня ударила?

Рита посмотрела на него с нескрываемой злобой и прошипела:

– Бросил детей… Ублюдок.

– Брейк, брейк, ребята, – Наталья начала потихоньку успокаиваться. Смертоубийства, кажется, не предвидится – похоже, подобные семейные сцены для Маргариты и Питера – норма. – Пит, ты мне еще не все рассказал…

– О господи! – раздраженно воскликнул англичанин. – Что еще?

– Ты вызвал такси, приехал в Теляево… – подтолкнула Наташа. – Кстати, в котором часу это было, ты помнишь?

– Помню. В десять вечера, – кивнул Пит. – До одиннадцати, пока совсем не стемнело, я просто бродил по поселку. А в начале двенадцатого подошел к дому и проник во двор…

Пит, похоже, смутился.

– И как же ты… туда проник? – усмехнулась Наташа. – Через забор перелез?

– Вскрыл замок на задней калитке, – потупился Пит. – Я пытался его потом починить, но не смог…

– Ага. Значит, это был ты! – в азарте воскликнула Наталья. – И что же было дальше?

– Ничего. Был во дворе. Наблюдал из малинника. Смотрел в окна. И видел, – Пит снова начал распаляться, – что моя жена вела себя неподобающе. Была ночь. В доме были мужчины. Много посторонних мужчин. А она, вместо того чтобы находиться в своей спальне… Говори, Маргарита. Куда ты ходила?

– Я… я никуда не ходила… – промямлила Рита. – Может быть, в туалет…

– Туалеты в доме твоего отца примыкают к спальням. А ты, повторяю, выходила из своей комнаты. Расхаживала по дому. Спускалась в гостиную. Разговаривала с какими-то кобелями…

– Какие кобели?.. – пискнула Рита. – Только с Денисом, он тоже не спал, маялся.

Пит снова ударил Риту. Так неожиданно и так сильно, что из разбитой губы тут же хлынула кровь.