Алмазный маршрут - Фридрих Незнанский

Да потому что на самом деле в мире очень мало настоящей любви. А любить хочется. И тогда человек создает себе химеры под названием «любовь», «страсть», «желание», и они порой навсегда берут его душу в плен. Татьяна, сама не понимая этого, уничтожала химеру любви к Борису. Потому что к ней пришла настоящая любовь.

Через неделю, ночью, позвонил Кантор. Он был почти на грани истерики.

— Таня, Зайцева убили!

Татьяна почувствовала незнакомое ранее чувство: она была раздражена звонком Бориса.

— Как убили? Подожди, успокойся.

— Он умер в СИЗО. Такова официальная версия. Но этого не может быть, наверняка убийство. Мне не дают никакой информации, я… я не знаю, что делать.

— Подожди, Борис, успокойся.

— Таня, прошу тебя, вылетай первым же рейсом. Ситуация выходит из-под контроля. Я все тебе расскажу на месте.

Татьяна посмотрела на Андрея. Он проснулся, открыл глаза.

Перед Татьяной промелькнули кадры: она вскакивает с кровати, собирает сумку, как бешеная мчится в аэропорт, томится в зале ожидания, перелет, посадка, встреча с Кантором. СТОП. Где место Андрея в этом фильме?

— Может, не стоит вскакивать среди ночи и мчаться в аэропорт? Разузнай все получше, я прилечу потом. — Татьяна не узнавала себя. Она не откликнулась на зов Бориса?

В трубке на несколько секунд воцарилось молчание.

— Татьяна, но ты нужна мне. Мне плохо, я дезориентирован, мне нужен твой совет.

— Давай поговорим по телефону. Утром. Я хочу спать.

— Таня, но мне нужна помощь!

Она вспылила:

— Борис, дорогой, разве я не просила тебя не ехать в Москву? Разве я не предупреждала тебя, что сейчас разумнее все бросить? Раз поехал — расхлебывай все сам. Ты взрослый мальчик. Пока.

И добавила про себя, отключив телефон: «Спрашивай совета у своих шлюх!»

Татьяна положила телефон на тумбочку. Сердце бешено колотилось. Раньше она никогда не поступала так. По крайней мере, с ним. Несколько мгновений она ждала: не появится ли настойчивое желание включить телефон, позвонить ему и повиниться. Сердце стучало на всю спальню: «Бух, бух, бух». Она чувствовала себя, словно раб, который давно ушел от скверного хозяина, но, случайно встретив его, почувствовал необходимость ему подчиниться.

Андрей, полусонный, приподнялся, обнял ее. И она приникла к нему, расслабилась и через две минуты напрочь забыла о Борисе.

Но Кантор не отпускал ее. Он начал звонить на мобильный Андрея. Охранник вопросительно посмотрел на Татьяну. «Отключи телефон», — прошептала она одними губами. Андрей нажал кнопку «отбой».

Татьяна хотела включить телефон утром, но так и не вспомнила про него. Все утро они продурачились с Андреем, потом они полезли в бассейн, устроив и там небольшое «китовое побоище». Потом Андрей сбегал в дом за фотоаппаратом, и они стали фотографировать друг друга с дурацкими рожами. Потом немедленно, просто немедленно нужно было напечатать фотографии, и они поехали в город.

Вернулись они под вечер с несколькими бутылками портвейна (почему-то этот город «пробивал» Татьяну на ностальгию) и парной свиной вырезкой. Решили делать шашлыки. Татьяна принялась мариновать мясо. Хотя считается, что хороший шашлык может приготовить только мужчина, она думала об этом иначе.

Пока мясо мариновалось, они с Андреем занялись любовью — не успели даже подняться в спальню: все произошло здесь же, на кухне.

Когда Андрей ушел разжигать угли, Татьяна вспомнила о том, что она так и не включила мобильный телефон. Удобно усевшись, она решила прослушать голосовую почту.

Первое сообщение: 04.30 — «Татьяна, позвони мне!» Требовательный голос. Кантор. Сообщение записано через несколько минут после того, как он ей позвонил.

Второе сообщение: 04.42 — «Черт возьми, что у вас там происходит? Позвони мне!» Это сообщение Борис записал после того, как Андрей отключил свой мобильный. Потом долгое затишье, вероятно, Кантор размышлял.

05.53 — «Татьяна, пожалуйста, перезвони мне. Мне нужно кое о чем тебе сообщить. Если не хочешь приезжать — не надо. Только перезвони мне».

08.29 — «Я знаю, у тебя есть причины на меня обижаться. Прости меня. Давай поговорим спокойно — мы же взрослые люди. Прошу тебя, позвони мне прямо сейчас, заяц. Мне плохо без тебя».

Татьяна усмехнулась — он уверен, что она не спит и ждет его сообщений. Ну что же. Возможно, еще неделю назад все так и было бы.

И последнее сообщение от него.

10.40 — «Тань, я сейчас выезжаю. Если что — звони на второй мобильный. Пока. Целую».

А потом, неожиданно, сообщение от Тренина.

11.10 — «Танюш, ты чего отключилась? Как услышишь, сразу набери меня». Голос растерянный.

12.20 — «Срочно со мной свяжись». Коротко и отчетливо. Слышно, что Яков находится в таком месте, где говорить неудобно.

Потом до самого вечера — тишина.

Обеспокоенная Татьяна набрала мобильный Тренина.

«Абонент недоступен». Дома его тоже не оказалось. Она набрала екатеринбургский офис. Секретарша сообщила, что последний раз разговаривала с Яковом Севастьяновичем вчера вечером.

Мобильный Кантора тоже не отвечал. Тогда она набрала второй, «личный» номер Кантора, который он использовал для связи с близкими, и никогда не отключал.

— Слушаю, — сказал хриплый мужской голос, не принадлежащий Борису.

— Простите, не туда попала! — Татьяна отключилась и вновь набрала тот же номер.

Ей снова ответил чужой голос.

— Простите, а можно услышать Бориса Кантора? — спросила Татьяна, замирая от волнения.

— А кто его спрашивает?

Татьяна вспомнила, что высвечивалась на дисплее канторовского телефона под ником «Заяц».

— Простите, а вы кто такой?

— Майор Станислав Брилин. Управление по борьбе с организованной преступностью, — представился мужчина. — Можно узнать ваше имя?

У Татьяны в душе все моментально оборвалось.

— Кокушкина. Татьяна Кокушкина. А что случилось?

— Здравствуйте, Татьяна Леонидовна. Вы, пожалуйста, не волнуйтесь…

— Что случилось? — закричала она.

— Дело в том, что Борис Кантор обнаружен сегодня утром во дворе своего дома. Он убит выстрелом в голову.

— Как убит?

— Он скончался на месте до прибытия «скорой помощи». Выстрел произошел приблизительно в десять пятьдесят утра.

— Не может этого быть. Он говорил со мной за десять минут…

— О чем шел разговор?

— Это сообщение в голосовой почте. Он сказал, что выходит из дома.

— Да. Именно после того, как он вышел из подъезда и направился к своей машине, и был произведен выстрел.