Человек, который улыбался - Хеннинг Манкелль

У девушки по имени София были длинные ноги и нечесаные волосы. Она вошла в комнату, равнодушно кивнула Валландеру, села за стол и допила кофе из чашки Стена. Валландер мысленно прикинул, не делит ли она со Стеном и постель – он знал, что через его спальню прошли чуть ли не все его сотрудницы.

– Вообще-то я должен был бы тебя уволить, – сказал Стен. – Ты знаешь, что мне надо экономить. Но тут подвернулась возможность – в замке на Эстерлен нужна девушка для работы в конюшне. Если тебя туда возьмут, может быть, тебе удастся там пересидеть, пока настанут лучшие времена. А тогда я обещаю взять тебя назад.

– А что за лошади?

Стен покосился на Валландера. Тот пожал плечами.

– Откуда я знаю? – сказал Стен. – Уж наверно, не арденнские. Какая тебе, к черту, разница? Это же временно. И потом, надо помочь Рогеру, он мой приятель. Ему надо узнать, что там творится, в этом замке. Ничего особенного, просто быть повнимательнее.

– А сколько платят?

– Не знаю, – сказал Валландер.

– Это же все-таки замок, черт его побери, – сказал Стен Виден. – Кончай упрямиться.

Он вышел и вернулся с номером «Истадской смеси». Валландер нашел объявление.

– Требуется личное посещение, – сказал он. – Надо договориться о встрече по телефону.

– Сделаем, – сказал Стен и повернулся к Софии. – Я тебя отвезу туда вечером.

Вдруг она подняла голову и вперила взгляд в Валландера.

– А что там за лошади?

– Не знаю

– Мне кажется, вы снют.[5]

– Почему ты так думаешь?

– Я не думаю, я чувствую.

Тут вмешался Стен Виден.

– Его зовут Рогер, больше тебе ничего не надо знать. Нечего тут учинять допрос. И приведи себя в порядок. Голову хотя бы вымой. И не забудь, что Зимней Луне надо поменять повязку на левой ноге.

Она, не говоря ни слова, вышла из кухни.

– Сам видел, – сказал Стен. – Ей палец в рот не клади.

– Спасибо за помощь. Надеюсь, все пройдет удачно.

– Я ее туда отвезу, но это, пожалуй, все, что я могу сделать.

– Позвони мне домой, – попросил Валландер. – Мне надо знать, взяли ее или нет.

Стен проводил его к машине.

– Иногда все надоедает до чертиков, – вдруг пожаловался Стен Виден.

– Тебе никогда не хотелось начать все с начала?

– Иногда думаешь: и это вся жизнь? Несколько оперных арий, табуны второсортных лошадей, вечная нехватка денег…

– Ну, не так уж все плохо…

– Докажи. Убеди меня.

– Теперь у нас есть повод видеться почаще. Вот и поговорим.

– Ее еще не взяли на работу.

– Верно. Ее еще не взяли. Позвони мне вечером.

Валландер сел в машину, кивком попрощался со Стеном и уехал. Он посмотрел на часы – было не поздно – и решил нанести еще один визит.

Через полчаса, вновь нарушив правила, он поставил машину на маленькой улочке позади «Континенталя» и пошел к розовому дому фру Дюнер. Огляделся и удивился – ни одной полицейской машины. А как же с охраной? Его немедленно охватило беспокойство, сменившееся раздражением. Мина в ее саду была мало похожа на шутку. Если бы она на нее наступила, погибла бы или, в лучшем случае, осталась без ног. Он позвонил в дверь и решил, что сразу свяжется с Бьорком.

Она осторожно приоткрыла входную дверь.

– Извините, что не позвонил заранее.

– Двери этого дома для вас всегда открыты, комиссар.

Она предложила ему кофе. Он поблагодарил, думая про себя, какая по счету эта чашка за сегодняшний день. Она скрылась в кухне, а Валландер подошел к окну в сад. Испорченный взрывом газон уже зарос. Интересно, помогла ли ей полиция раздобыть новую телефонную книгу?

«Почему-то мне кажется, что все это было давным-давно, – подумал он. – Хотя с того дня, как я швырнул этот справочник и меня чуть не оглушило взрывом, прошло не так много дней».

Фру Дюнер принесла кофе. Он сел на цветастый диван.

– Я не видел машину охраны, – сказал он, принимая чашку из ее рук.

– Иногда стоит, – сказала фру Дюнер. – Иногда уезжает.

– Я выясню, почему так происходит.

– А в этом все еще есть необходимость? – спросила она. – Вы думаете, они по-прежнему хотят от меня избавиться?

– Вы знаете, что произошло с адвокатами. После этого кто-то подложил мину в ваш сад. Не думаю, что существует реальная угроза, но осторожность никогда не помешает.

– Если бы я только понимала, в чем дело.

– Поэтому я и пришел, – сказал Валландер. – У вас было время подумать. Память – как мотор в машине: ей иногда нужно время, чтобы разогреться.

Она медленно наклонила голову:

– Я все время думаю. Ночью и днем.

– Давайте вернемся на несколько лет назад. К тому времени, когда Альфред Хардерберг пригласил Густава Торстенссона к себе на работу. Вы когда-нибудь встречали Хардерберга?

– Ни разу.

– По телефону разговаривали?

– Даже по телефону не разговаривала. От его имени всегда звонила секретарша.

– Должно быть, такой крупный клиент был большим подарком для конторы.

– Еще бы! Денег стало больше, чем когда бы то ни было. Мы даже отремонтировали офис.

– Даже если вы никогда не встречали Альфреда Хардерберга и не говорили с ним, все равно у вас должно было сложиться какое-то впечатление. Я обратил внимание, что у вас превосходная память.

Фру Дюнер задумалась. Внимание Валландера привлекла сорока, беззаботно прыгавшая в саду.

– Всегда была спешка, – сказала она. – Если он вызывал адвоката, все другие дела откладывались в сторону.

– На что-нибудь еще вы обращали внимание?

Она покачала головой. Валландер двинулся дальше:

– Густав Торстенссон, наверное, рассказывал о своем новом клиенте. О своих поездках в замок.

– Все это производило на него огромное впечатление. Но и служило источником беспокойства – он все время боялся совершить ошибку. Вот именно. Это важно. Он как-то сказал, что ошибки запрещены

– Что он при этом имел в виду?

– Что Альфред Хардерберг в случае малейшей ошибки немедленно наймет другого адвоката.

– А что он рассказывал о Хардерберге, о замке? Вам, наверное, было любопытно?

– Естественно, мне было интересно. Но он много не рассказывал. Молчал. Как-то, правда, заметил, что Швеция должна быть очень благодарна за все, что Альфред Хардерберг для нее сделал.