Смертельная игра - Фрэнк Толлис

Комиссар сидел за своим рабочим столом, просматривая бумаги, выложенные из четырех ящиков.

— Похоже, вы не особенно продвинулись, Райнхард.

Его голос звучал угрожающе.

Райнхард многозначительно начал:

— Ну…

— И вы пренебрегли кое-какой бумажной работой, — оборвал его комиссар.

— Правда?

— Вы знаете, что это так, Райнхард.

— Этих бланков так много…

— Они все необходимы, думаю, вы понимаете это.

— Конечно, господин комиссар.

Райнхард мысленно застонал от перспективы опять продираться сквозь эту канцелярщину. Он полицейский, а не бухгалтер.

— Так не годится, Райнхард, — сурово сказал Брюгель. — Это совершенно неприемлемо.

Райнхард уже собирался сказать что-то в свое оправдание, но рука Брюгеля тяжело опустилась на стол. Сделано это было негромко, но так, что заставило замолчать загнанного в угол инспектора.

— Еще в самом начале расследования я четко объяснил вам, что считаю чрезвычайно важным, чтобы это дело было раскрыто как можно скорее.

— Да, господин комиссар.

— Я надеялся на вас.

— Да, господин комиссар.

— Но чем дальше, тем больше я убеждаюсь, что ошибся в вас.

Брюгель вытянул шею и замолчал, сознательно играя на нервах Райнхарда. Потом он заговорил снова.

— От результата этого расследования многое зависит, вы даже не представляете себе, насколько много, — пробурчал комиссар и покачал головой. Брюгель сейчас походил на быка, рассерженного надоедливыми мухами. — Плохо, — пробормотал он себе под нос. — Очень плохо.

Райнхард был озадачен. Он хотел уже было спросить, что комиссар имел в виду, но вовремя понял, что в его интересах помолчать. Брюгель всегда был вспыльчивым, но сейчас он казался особенно раздраженным.

— Фройляйн Лёвенштайн! — рявкнул комиссар. — Дверь, пуля — есть какие-то результаты?

— Боюсь, что нет, господин комиссар, — смиренно ответил Райнхард.

— Но вы по-прежнему думаете, что мы имеем дело с одним из наших фокусников, я надеюсь? Отсюда ваш первоначальный интерес к Рохе и Брауну.

— Верно, герр Брюгель. Но не только у них было театральное прошлое. Граф Заборски тоже вращался в этой среде, хотя и только в качестве инвестора. Мы получили анонимное письмо с описанием его темного прошлого.

Райнхард наклонился и стал взволнованно что-то искать на столе.

— Оно должно быть где-то здесь, господин комиссар.

Брюгель порылся в куче бумаг на столе, но так и не нашел письмо.

— Что там было?

— В нем были довольно серьезные обвинения в адрес Заборски — как будто он промотал семенное состояние, оставив мать и сестер в Венгрии на произвол судьбы. Я использовал эту информацию, чтобы вывести его из равновесия на подстроенном сеансе.

— Вы знаете, кто мог послать его?

— Нет… но у Заборски много врагов.

— Насколько я понимаю, у графа есть алиби на ту ночь, когда была убита Шарлотта Лёвенштайн?

— Верно, господин комиссар.

— Но его видели выходящим из мастерской Уберхорста накануне того дня, когда было обнаружено тело слесаря?

— Да, герр Брюгель. Заборски сказал, что заходил к господину Уберхорсту по поводу покупки замка для своей входной двери, что звучит вполне правдиво. На графа недавно напали.

— Кто?

— Один из его партнеров по игре в карты. У графа есть крупные долги.

— Как он отреагировал на известие о том, что Уберхорста убили?

— Я не присутствовал при задержании графа в Пратере. Но, говорят, он настаивал на том, чтобы ему разрешили закончить обед.

— Понятно, — произнес комиссар.

— Господин комиссар, герр Хёльдерлин, банкир… он тоже приходил к господину Уберхорсту в тот день.

— Это господин, который сорвал ваш подстроенный спиритический сеанс?

— Да. Он заходил к нему за книгой и тоже мог видеть, что герр Уберхорст проводит эксперименты.

— Какие эксперименты?

— Мы думаем, что он пытался понять, каким образом был проделан фокус с запертой дверью. Если убийца фройляйн Лёвенштайн знал об этом…

Брюгель забарабанил пальцами по столу: пять ударов между длинными паузами. Райнхарду эти звуки казались похоронным маршем. Наконец решив продолжить стук словами, Брюгель произнес:

— Откуда вы знаете, что эти два убийства связаны?

— Я и не знаю.

— Эти убийства настолько разные, что трудно представить, что их совершил один человек.

— Да, господин комиссар. Возможно, следует искать двух убийц вместо одного. Но…

— Ну же, говорите, Райнхард.

— Я думаю, что это маловероятно.

Брюгель просмотрел еще несколько бумаг и начал читать. Через несколько мгновений он произнес: