Сигнал из прошлого - Мила Бачурова

Даша Камицина дождалась своего звездного часа, теперь ей не придется грустить о недостатке популярности в школе.

–Чудовищно,– прокомментировал Тимофей, глядя на Вована, несущего на руках Дашу.– Такое ощущение, как будто они сейчас поцелуются. Весь смысл этой сцены уничтожен…

–Это какой еще смысл?– покосилась на него Вероника.– Про новую жизнь, родившуюся вопреки старой, где Вован – как акушер, а открытая дверь башни – метафора…

–Именно!– воскликнул Тимофей.– Пусть мы не смогли показать документальные факты, но хотя бы художественную-то правду могли бы донести!

–Тиша, уймись,– попросила Вероника.– Тебя кто, по-твоему, смотрит? Ценители Феллини и Бергмана? Расстрою: школота тебя смотрит. Вот эту пургу, которую ты в сценарии на полторы страницы комментариями расписал, ее Вован даже прочитать не сумел. Верный признак: что не дано Вовану – то и школьнику невдомек.

–Но…

–А вот это вот,– ткнула Вероника пальцем в экран,– это и ежу понятно. Красавец-мужчина спасает прекрасную принцессу. Хэппи-энд, свадьба, счастье, все в дрова.

–Думаешь?– поморщился Тимофей.

–Уверена. Видосик – бомба. Считай, утроил свою аудиторию. Можешь мне, кстати, премию выдать и вообще зарплату поднять.

Тимофей замолчал, лишь недовольным видом уведомляя о своем альтернативном мнении.

Вдоволь натаскавшийся Дашу Вован возник в кадре в гордом одиночестве.

–Расследования преступлений – не столько наука, сколько искусство,– сказал он усталым голосом пожилого следователя, раскрывшего не меньше тысячи сложнейших дел. Эффектно отбросил со лба синюю прядь.– Никогда не знаешь, что именно поможет тебе увидеть свет во тьме… Мне помогло знание древних смоленских преданий.– Снова панорамная съемка с дрона, на этот раз – Смоленской крепостной стены. И голос Вована за кадром:– По легенде, восточный участок стены никак не удавалось построить. Он постоянно разваливался, как будто сама земля была против. Тогда строители обратились за советом к ведунье, и она посоветовала заживо замуровать в угловой башне самую красивую девушку города.– Смена кадра, связанная Даша сидит внутри башни и страдальчески смотрит в камеру.– Строители так и сделали. Девушка сошла с ума от ужаса и, вместо того, чтобы плакать, громко хохотала до самой смерти. Говорят, после этого местные жители и дали башне нынешнее название – Веселуха.

–Оборжаться,– подвела итог Вероника.– Позитивный город, и шуточки охрененные.

–На эту легенду и намекнул убийца своими последними словами: «Иногда нужно принести в жертву невинную деву, чтобы заложить крепкий фундамент будущего»,– подытожил Вован.

–Ну и что ты об этом думаешь?– спросил Тимофей, когда по экрану побежали титры.

–Длинновато,– сказала Вероника.– Я б порубила части на три и выкатывала раз в неделю. Чтоб интригу накалить. Ну а в целом… В целом, мы – молодцы!

Тимофей вывалился из гамака, встал. Бутылку, из которой, кажется, ни разу не отпил, поставил на пол.

–Мы, конечно, допустили ошибки и неосторожности,– сказал он,– но мне кажется, ты права. Мы – действительно молодцы.

–Эм… Ура?– нерешительно предположила Вероника.

–Что приводит меня к мысли… Если этот ролик действительно будет иметь хороший успех – а я уверен, что будет,– то… Вероника, я хочу тебе кое-что предложить.

–Ой,– осторожно сказала Вероника.

–Это не тот случай, когда я могу просто поставить перед фактом. Понимаешь, в этом деле… В общем, это касается не только меня, а нас двоих. Если и ты, и я одинаково этого хотим, то…

Он так разволновался, что начал задыхаться и замолчал. Сценическая речь в число умений Тимофея не входила.

Но и Вероника почувствовала, как кровь приливает к лицу. «Господи, это он о чем?– подумала, машинально выпрямляя спину и поправляя волосы.– Если это то, о чем я думаю, то действительно – ой! А похоже. В его стиле. Вернее, я даже не думала никогда, как такое будет выглядеть в его стиле, но…»

–Если ты откажешься – я пойму,– продолжал Тимофей.– Это… Я знаю, это нелегко, трудно, опасно, и вряд ли ты о таком всю жизнь мечтала…

–Я…

–Я мало что могу обещать. Не знаю, как смогу защитить тебя в случае чего… Я ведь… такой… сама знаешь. Но я постараюсь, я научусь вести себя, как нормальный человек, обещаю, я уже скачал несколько книг по социальной адаптации.

Вероника встала. Похоже было, что без ее помощи он этот монолог никогда не закончит. И в самом деле, движение как будто послужило сигналом. Тимофей осекся и посмотрел ей в глаза. Лицо его было бесконечно грустным.

–Ну вот, да, ты все поняла и сейчас просто уйдешь. Я не хочу, чтобы из-за этого все сломалось. Скажи «нет», и все останется, как сейчас, я не буду больше напоминать, честное слово.

–Тиша…– Вероника шагнула к нему.

–Если тебе нужно время подумать – это нормально, я подожду, сколько скажешь.

–Мне не нужно думать.

–Так ты согласна?– Тимофей будто весь засветился изнутри.– Расследовать актуальные преступления, находить преступников, которые живы и даже, возможно, продолжают совершать преступления?

Веронике показалось, что она ослышалась.

–Э… Что?

–Я думал, что нераскрытые старые дела – мое призвание, но теперь понимаю: это была лишь тренировка, подготовка к настоящему,– пояснил Тимофей.– И теперь я готов. Я чувствую, что могу, удовлетворяя свою страсть, приносить реальную пользу миру. Но, разумеется, один я всего этого не потяну. Все думают, что Неон – это актер Вован. Ты думаешь, что Неон – это я. Но на самом деле это – мы. Ты и я. Так ты согласна?

Все мысли и чувства как-то разом закончились. В голове воцарилась очаровательная пустота.

–Ну конечно!– услышала Вероника свой голос, переполненный ненатуральным энтузиазмом.– Почему бы и нет!

Смоленск – Москва, 2021