Невинная - Дэвид Бальдаччи

– Разумная ли это мысль?

– Более разумная, чем оставлять ее там, где была.

– Я же говорил вам, что она не засвечена.

– Я знаю то, что вы мне говорили.

Синий со вздохом сел напротив Джули, с интересом воззрившейся на него.

Почувствовав, что требуется официальное представление, Роби сказал:

– Это Джули Гетти.

– Так я и думал, – Синий кивнул.

– А вас как зовут? – полюбопытствовала Джули.

Пропустив вопрос мимо ушей, Синий повернулся к Роби:

– И чего вы надеетесь этим добиться?

– Надеюсь добиться ее безопасности. Надеюсь добиться правды. Надеюсь добраться до них, прежде чем они доберутся до меня.

– Паранойя усугубляется? – спросил Синий.

– Вы припозднились с диагнозом лет на десять, – отозвался Роби.

– Вы работаете вместе? – встряла Джули.

– Нет, – отрезал Роби.

– Иногда, – поправил Синий.

– Я должна устроиться где-то здесь? – Девочка оглядела комнату. – Это, по ходу, не похоже на жилье или типа того.

Синий воззрился на Роби – тот отвел глаза – и повернулся к Джули:

– Мы можем устроить вас здесь. С комфортом. У нас тут есть жилые комнаты для… э-э… гостей.

– А Уилл тоже здесь останется?

– Это уж пусть он сам выскажется, – ответил Синий.

Проигнорировав реплику, Роби осведомился:

– Есть что-нибудь по моим вопросам? – Его взгляд метнулся к папке, лежащей перед Синим.

– На самом деле довольно много. Хотите выслушать прямо сейчас?

Уилл бросил взгляд на Джули и вопросительно посмотрел на Синего.

Тот покашлял.

– Не вижу причины, почему она не может услышать этого. Это не секретно. – Открыл папку. – Мисс Гетти, у вашего отца весьма выдающийся послужной список в войсках.

– Правда? – Джули села стрункой.

– Да. «Бронзовая звезда» за отвагу, «Пурпурное сердце» и несколько других впечатляющих наград. Демобилизован с почетом, уволившись в звании сержанта.

– Он ни разу об этом не говорил.

– Где же он служил, чтобы заработать медаль за отвагу? – поинтересовался Роби.

– На Первой в Заливе, – ответил Синий.

– Не послужило ли причиной увольнения что-либо еще, кроме того, что он не стал продлевать контракт? – продолжил расспросы Роби.

– Были медицинские показания.

– Типа чего? – встряла Джули.

– ПТСР, – ответил Синий.

– То есть посттравматическое стрессовое расстройство, – расшифровала девочка.

– Да, оно самое.

– Что-нибудь еще? – спросил Роби.

Синий сверился с папкой.

– Когнитивные проблемы.

– У папы мозги были не в порядке? – уточнила Джули.

– Предположительно он подвергся воздействию некоторых материалов, которые могли пагубно на нем сказаться.

– ОУ? – предположил Уилл.

– ОУ? – Джули оглянулась на него. – Это еще что такое?

Синий и Роби переглянулись. Заметив это, она стукнула кулачком о стол.

– Слушайте, не можете же вы изъясняться этой кодированной чепухой и рассчитывать, что я тут буду сидеть и просто хавать это!

– Обедненный уран, – растолковал Уилл. – ОУ означает «обедненный уран». Он использовался в артиллерийских снарядах и танковой броне.

– Уран? Он ведь вредный? В смысле, если подвергнуться воздействию? – спросила Джули.

– Не было проведено никаких убедительных исследований, подтверждающих истинность этого утверждения в боевых условиях, – бесстрастно констатировал Синий.

– Тогда откуда же у папы взялись «когнитивные проблемы»? И почему его уволили, если никаких проблем не было?

– Как я понимаю, он злоупотреблял наркотиками.

– Это вы ему сказали? – Джули обожгла взглядом Роби.

– Незачем было, – Синий приподнял страницы из папки. – Протоколы арестов и приговоры я и сам в состоянии прочесть. Сплошь мелкий, незначительный вздор. Сплошь довольно глупый.

– Вы не знали моего папу, – подскочив на ноги, с вызовом бросила Джули, – и не вам его судить!

– Она всегда такая стеснительная и скромная? – Синий поглядел на Роби.

Тот промолчал.

– И ничего этого не было, пока он был в армии, – добавила девочка. – Иначе его уволили бы только по медицинским соображениям. Его вышвырнули бы или арестовали. Так почему же его уволили?

– Я же сказал, из-за когнитивных проблем.

– Но не связанных с наркотиками. Значит, должно быть что-то еще, – возразила Джули. – Вы зачитывали из личного дела. Там сказано, что он подвергся воздействию этого ОУ и он на него пагубно повлиял. Вот что вы сказали.

– Это его утверждения. И они не были обоснованы. Но я понимаю вашу точку зрения. Полагаю, в войсках считали, что его утверждения могли иметь под собой некие основания.

– А ему проводили какие-нибудь анализы? – поинтересовался Роби. – Чтобы выявить, откуда проистекают эти когнитивные проблемы.

– Нет.

– Наверное, не хотели подтверждения, что мозги ему перебаламутила эта дрянь ОУ, – изрекла Джули, убивая Синего взглядом.

– Почему бы вам по окончании колледжа не подать заявление на должность в сфере разведки? – заметил тот. – Насколько вижу, у вас есть все качества, необходимые, чтобы стать первоклассным полевым агентом.

– Пожалуй, пропущу. Предпочитаю употребить свою жизнь более полезным образом.

Роби извлек глянцевое фото с татуировкой.

– Это с вскрытия Рика Уинда. Джули подтвердила, что у ее отца была точно такая же наколка.

– Они были знакомы? – Синий поглядел на нее.

– Ни разу не слыхала о Рике Уинде и уверена, что ни разу его не видела, – заявила девочка.

– Мы можем установить, служили ли они вместе? – спросил Роби.

Встав, Синий подошел к телефону на тумбе и сделал звонок, пока Джули смотрела на татуировку, а Уилл смотрел на нее.

– Ты в порядке? – вполголоса поинтересовался он.

– А я должна быть в порядке? – огрызнулась она.

Тут вернулся Синий.

– Ответ мы скоро получим.

– Есть что-нибудь на эту свидетельницу? – справился Роби.

– Мишель Коэн? Пока нет. Проверяем. На данный момент она определенно под опекой ФБР.

– А если она опознает меня и Джули?