Лебединая песня. Любовь покоится в крови - Эдмунд Криспин

— Плохо, — произнес он и запыхтел трубкой.

Фен не возражал против неторопливости провинциальной жизни, но грядущий день обещал быть трудным, и он решил немного ускорить дело.

— Мне нужна самая общая информация, — небрежно заметил он. — Друзья, родственники, привычки.

— Да, да, — промолвил мистер Бересфорд. — Разумеется, я расскажу вам все, что мне известно.

Но при этом он продолжал кивать и дымить трубкой, словно желая собраться с мыслями. Наконец глотнул пива и произнес:

— Она не местная. Появилась здесь лет пятнадцать назад.

Фен наклонил голову, показывая, что прекрасно понимает значение это факта.

— Да и с нашими жителями не особо ладила. Некоторые, — сурово продолжил мистер Бересфорд, — даже считали ее ведьмой. Не могу сказать, что разделяю данную точку зрения. Возможно, в прежние времена здесь и были ведьмы — не отрицаю. Но наука с ними давно покончила, правда, сэр?

Фен подтвердил — не без сомнений, — что дело обстоит именно так.

— Значит, у нее не было друзей? — уточнил он.

— Ни единого. Я скажу вам больше, сэр. — Хозяин внушительно наклонился вперед и постучал пальцем по столу. — Она пила! — Он откинулся на стул, чтобы посмотреть, какой эффект произвели его слова. — Пила! — со значением повторил он. — Нет, само собой, я тоже пью, но вы же понимаете: пить можно по-разному. Не знаю, как вы, сэр, а я не доверяю людям, которые пьют дома в одиночку. По-моему, это неестественно.

Фен пробурчал что-то в знак согласия.

— А родственники у нее есть? — спросил он. — Или муж?

— Что касается мужа, то я его никогда не видел, — ответил мистер Бересфорд. — Говорят, он бросил ее, когда она стала пить, но это слухи. Я бы им не доверял. Твердо могу сказать только одно: я его никогда не видел. — Хозяин паба отхлебнул пива, жестом показав, что еще не закончил. — Что касается родственников, то, насколько мне известно, у нее есть сын. Он женат. Время от времени она его навещает, хотя невестка ее терпеть не может.

Он покачал головой, представив, какими тяжелыми должны быть отношения в такой семье.

— А где живет ее сын? По соседству? — поинтересовался Фен.

— По крайней мере, не близко, думаю, в каком-то большом городе. Забавно, что вы меня об этом спрашиваете.

— Почему?

— Был еще один джентльмен. Сегодня суббота? Значит, это случилось в четверг. Он тоже расспрашивал меня про матушку Блай: что она, да как, — а я ему ответил, что она поехала проведать сына, и тогда он начал выяснять, где живет сын. — Мистер Бересфорд помолчал. — Очень любознательный был джентльмен, только от меня он мало что узнал. Представьте, даже полпинты не заказал… Видимо, трезвенник.

В голове Фена мелькнула идея.

— Он, случайно, был не из школы?

— Наверное, сэр. Учителя иногда сюда заглядывают — благо тут недалеко — пропустить пинту-другую. Но раньше я его здесь не видел.

— Можете его описать?

— Мужчина в возрасте, худой, жилистый, с седыми волосами.

Описание было расплывчатым, но походило на Лава. А раз так, подумал Фен, у них появился намек на связь между смертью миссис Блай и убийствами в школе. Связь, которая до сих пор была основана лишь на его догадках.

— Что еще интересно, — продолжил мистер Бересфорд, — то, как он отреагировал, когда я сказал, что ничего не знаю о ее сыне. Он с досадой щелкнул языком и вообще вел себя так, словно это его огорчило. Потом спросил, не знаю ли я, когда вернется матушка Блай, и я ответил, что в субботу. Это его немного успокоило, и он ушел, даже не пожелав мне доброго утра. Вот так.

Он сделал большой глоток пива, словно заливая давнюю обиду, а Фен спросил:

— Значит, миссис Блай находилась в отъезде?

— А я вам что говорю? — Мистер Бересфорд посмотрел на профессора со скорбным удивлением, точно усомнился в его умственных способностях. — Она поехала навестить своего сына — дайте-ка припомнить, — ну, да, в среду. Точно в среду. В среду утром она ждала автобуса в Кэстривенфорд. «Снова уезжаете, матушка Блай?» — спросил я. «Только до субботы. В субботу вернусь». И она вернулась — сегодня утром.

Из чего следует, заключил Фен, что сын живет где-то недалеко. Он поинтересовался, на какие средства жила миссис Блай.

— На пенсию, — ответил мистер Бересфорд. — Ну, и сын ей иногда помогал. Иначе откуда она брала деньги на выпивку?

— Вы не знаете, у нее было в доме что-нибудь ценное? Какие-нибудь дорогие вещи, которые могли привлечь воров?

— Сомневаюсь, сэр. Все, что ее интересовало, — это выпивка. Она продала бы душу за бутылку джина.

— Но я заметил, что у нее в кухне стоит новая плита.

Хозяина, видимо, тоже смущало это явное противоречие.

— Вы правы, — пробормотал он. — Странно. — Последнее слово он произнес с суровым осуждением, словно подводя итог всей истории человеческих причуд. — Мистер Тавернер, — добавил он, — вот кто должен быть в курсе.

— Мистер Тавернер?

— Это он ставил ей плиту.

— Мистер Тавернер — здешний слесарь и плотник, — объяснила Дафна.

— Скоро он здесь появится, так что вы сможете сами с ним поговорить. Кстати… — Мистер Бересфорд помолчал. — Пожалуй, это интересно.

Фен подавил желание спросить, что он имел в виду, и терпеливо ждал, когда хозяин соблаговолит объясниться. Тот еще долго посасывал свою трубку, пока в конце концов не произнес:

— Вы тут спрашивали, сэр, не было ли у матушки Блай каких-нибудь ценных вещей… Так вот, я вспомнил, что когда мистер Тавернер устанавливал новую плиту, он нашел несколько старинных вещиц. Они были спрятаны в кухонном очаге. Насколько я помню, там находилась какая-то старая картина и что-то еще. Правда, я не знаю, кому может понадобиться красть старую картину, тем более что она была совсем маленькой, но раз уж вы завели об этом речь, думаю, вам надо знать.

Старая картина, подумал Фен; возможно, та самая миниатюра, которую они нашли в кармане миссис Блай, а если так, логично предположить…

— Надеюсь, мистер Тавернер расскажет мне об этом больше, — заметил он.

— Несомненно, сэр. Возможно, мне не следовало об этом упоминать, но…

— Я очень рад, что вы об этом упомянули, мистер Бересфорд.

У Фена появилось странное томящее предчувствие, будто он стоит на пороге какого-то невероятного открытия. Позднее, вспоминая этот момент, он всегда удивлялся, что ему уже тогда не пришло в голову, о чем идет речь. Мистер Бересфорд сообщил новые факты, они могли быть полезны для расследования дела. А именно: миссис Блай со среды находилась в отъезде и вернулась только сегодня утром. Лав — если это был Лав — расспрашивал о ней. Обычно в ее доме не было ничего пригодного для кражи, но недавно в старом очаге нашли несколько старинных вещей. Да, ему необходимо поговорить с мистером Тавернером. Но была еще одна ниточка, за которую он мог потянуть прямо сейчас.