Поцелованный богом - Лариса Соболева

Наблюдая из-за кустов за действиями нескольких человек во дворе, Ренат высунул голову, тогда как Сергей, сидя на корточках, снял с предохранителя пистолет, затем потянул его вниз.

– Обливают дом, – шепотом сообщил Ренат другу.

– Поджигать собираются, – догадался Сергей. – Значит, мы не успели.

– В каком смысле?

– Перебили их, а теперь следы убирают. Ну, сволочи... Держи гранату.

– Зачем?

– Мочить будем гадов...

Только он приподнялся, как послышался голос со двора:

– Эй ты! Супермен одноногий! Слышишь? (В ответ ни слова). Выходи сам, а то сейчас жарить тебя будем.

Сергей толкнул друга:

– Отдай гранату, замочка отменяется. По моей команде стреляй выше голов, потом пауза, и снова стреляй... – И заорал, не предупредив Рената, который едва не выронил пистолет от испуга: – Всем стоять! Милиция! Руки за голову! – И шепотом Ренату: – Огонь!

Они начали стрелять по очереди, Ренат крикнул:

– Окружай их! Цель на поражение!

Естественно, шутка сработала, так как встречаться с милицией группе нападающих не хотелось, на нары попасть никто не мечтает. Четыре фигуры, бросив все, кинулись наутек, парочка пуль полетела им вдогонку, что только подстегнуло убегавших. Вскоре рев моторов вдалеке дал понять, что опасаться нечего Сергей побежал к дому.

– Федька! Это мы... Федька, ты где?

– Здесь я, – отозвался тот, показавшись в дверном проеме.

– А Маргарита Назаровна? – Сергей включил свет. – Маргарита Назаровна! Вы где?

Она высунулась из-под кровати.

– Со мной все хорошо, Сережа... – Он помог ей встать на ноги, старушка заметила тело на полу и приложила ладонь к груди. – Мальчики, тут человек...

Сергей кинулся к телу, перевернул его и выпрямился:

– Наповал.

– У порога еще один, – сказал вошедший Ренат, который успел сбегать к джипу и выпустить Майю.

– Он жив? – спросил Сергей, друг отрицательно качнул головой.

– Ба! – Майя кинулась к старушке и обняла ее. – Ба, что тут было? Какой разгром кругом...

– Ну ты силен, – проворчал Сергей недовольно. – Два трупа.

– Я думал, три, – не раскаялся Федор. – Видел своими глазами, как первый упал во дворе.

– Во дворе только убитая собака, – сказал Ренат. – Видимо, ты его ранил.

– Куда нам их девать? – в раздумье спросил Сергей.

– А что мне было делать? – вяло проговорил Федор. – Полезли сюда, как крысы. Если б я сидел и ждал, когда они проникнут, вы бы нашли наши трупы.

– Да нет, все закономерно, – вымолвил Сергей, остановившись у трупа. – Ренат, подгони джип, будем грузить. И нам теперь здесь оставаться нельзя.

– Сергей, – приблизился, опираясь на костыли, Федор. – Здесь были Шея и Писарь, я узнал их по голосам. Писаря убил бы, себя б не пожалел...

– Шея и Писарь? – оживился Сергей. – Значит, все-таки Амбарцум... Ладно, потом поговорим, а сейчас... Уважаемые женщины, соберите все, что пригодится для походной жизни, не забудьте продукты и постарайтесь сделать это быстро. Для полного счастья нам не хватает ментов. Думаю, их уже вызвали.

– Наши менты этот район не любят, днем предпочитают приезжать, – сказала Майя по дороге на кухню. – Где же мы ночевать будем?

– На травке, – вздохнул Сергей.

Трупы погрузили в джип, кое-как разместились сами и поехали к реке. А куда еще девать два тела? Сергей и Ренат сбросили трупы в реку, оттолкнули их деревянной рейкой, которую прихватили с собой для этой цели. Течение было небольшое, но тела понесло.

– Мирное время, а стреляют, – вздохнул Ренат. – Чего людям не хватает?

– Славы и денег, – скептически высказался Сергей.

Остаток ночи они провели на противоположном берегу в роще. Женщинам и Федору предоставили машину, разложив сиденья, а Сергей и Ренат прилегли у костра на одеяле. Утром их разбудили муравьи...

– Откуда их столько? – стряхивая с себя насекомых, пробубнил Ренат.

Он умывался, зачерпывая пригоршнями воду. Подошел сонный Сергей, присел рядом, поморщился:

– В этой воде, наверное, одни отходы.

– С каких пор ты такой нежный стал? – фыркая, поддел его Ренат. – Скажи лучше, куда деть женщин и Федьку?

– С собой будем пока возить.

– Маргарита Назаровна одета в пижаму и домашние тапочки, ей даже в туалет не зайти в таком виде, а ты говоришь – возить будем.

– Купим одежду. Все это мелочи, Зяблик, у меня план – закачаешься.

Позавтракали всухомятку, сели в автомобиль и поехали в город.

Амбарцум был вне себя, но выдать свое состояние – значит показать подчиненным свое слабое место. Шеф должен оставаться невозмутимым, хладнокровным и держаться на недосягаемой высоте. Заложив руки в карманы брюк, он мерил шагами кабинет, однако полностью скрыть с возмущение он не смог, хотя говорил ровным тоном:

– Вас было семь человек, и вы не взяли калеку без ноги?

– Да он, сволочь, в темноте видел, и как зверь отстреливался. Уложил двоих, одного ранил, четвертому нос сломал, – лениво доложил Шея.

– Объясни мне, тупому, как инвалид сломал ему нос? Ну как, как?