Мадемуазель Синяя Борода - Лариса Соболева

Утром Архип Лукич помчался в музей. Предполагая, что Лада не придет в восторг от его предложения, захватил ребят для наглядной агитации. Увидит двух парней – молодых, здоровых, обученных – и поймет, что она с ними, как за каменной стеной… нет, за железобетонной! Вытащат они ее из самого пекла, если что, в чем он лично не сомневается.

Музей находился в полнейшем покое. Впрочем, здесь всегда покой. Лада выглядела утомленной, наверное, на «президиумном» ложе неудобно спать, но ей к лицу была и утомленность. Бледное и слегка похудевшее лицо, на котором отчетливо выделялись глаза и губы, беспомощные жесты… – все это просто зачаровывало Щукина. Сам от себя не ожидал, но еще чуть-чуть, и он, кажется, примется отбивать эту нимфу у коварного злодея Орлова. Когда она убедится, кто на самом деле ей истинный друг. Вообще-то мечты имеют свойство не сбываться, поэтому мудрее будет романтические настроения отставить… Пока Щукин так рассуждал, Лада заговорила:

– Что с Димой? Архип Лукич, я всю ночь не спала! Думаю, это недоразумение, кто-то водит нас всех за нос…

– Кто же? – полюбопытствовал Щукин с оттенком иронии.

– Не знаю, – судорожно вздохнула она. – Я проанализировала… Дима не мог… я его знаю, чувствую… Он совсем другой.

Щукин приподнял брови и усмехнулся: господи, зачем этому очаровательному созданию что-то там анализировать? Не женское это дело, ум и красота несовместимы… Она заметила его реакцию, нахмурилась:

– Почему вы так смотрите? Думаете, я взбалмошная, меняю свою точку зрения в зависимости от настроения? (Кстати, именно так он и думал.) Вы просто не попадали в мое положение! Вам не понять, что чувствует человек, когда вокруг него все-все рушится…

– Лада, я вас понимаю, – сказал наконец Щукин. – Поймите и вы нас. В «дипломате» Димы мы нашли браслет вашего мужа. Дать объяснения по этому поводу Орлов отказывается. Скажу более: ведет он себя вызывающе. Это дает нам право предполагать, что он причастен к смерти вашего мужа, а также к похищению картины.

– Не может быть…. – И снова из ее глаз полились слезы. Кажется, Лада очень слезливая дама, подумалось Архипу Лукичу, но она так мило плачет… – Я виновата. Если б не сказала вам…

– То, возможно, вас уже не было бы на свете, – закончил за нее Щукин.

– Глупости! – пыхнула она. – Ему подбросили браслет, я уверена! Мне только ночью пришло это в голову. А Дима… Дима не такой.

– У меня другое мнение на этот счет. – Видя, что Лада собралась активно защищать своего Диму, он повысил голос: – Дайте мне возможность убедиться, что я не прав. Помогите выявить еще одного преступника.

Лада выслушала предложение Щукина, в ее зрачках затрепетал ужас. После длинной паузы, которую Архип Лукич дал ей на размышление, она сглотнула и выдавила из себя:

– А если меня убьют?

– Зато вы убедитесь, что убийца не Дима, – грубо пошутил Вадик, чем окончательно расстроил ее, а от Щукина в его адрес последовало несколько устрашающих гримас.

– Если следовать вашей логике («Ох, далась ей эта логика!» – нахмурился Щукин), Дима мог убить меня давно… Не он, так его помощник, или как его там, в общем, убийца. Нет, нет… вы ошибаетесь… Я ошиблась!

– Нам нелегко пойти на этот вариант, – гнул свою линию Щукин, – но, к сожалению, другого выхода не видится. Вы не должны поддаваться своим впечатлениям и эмоциям. Браслет лежал в «дипломате», нам нужно установить, как он туда попал. Если его кто-то подбросил, следует найти этого человека. Одни мы, кажется, не справимся, поэтому и просим вашей помощи.