Кто в теремочке умрет? - Татьяна Луганцева

Яна всмотрелась в фотографию молодого князя. Она была ребристой, словно змеиная кожа. Присмотревшись, она поняла, что первоначально фотография Карла была разорвана на мелкие кусочки, а затем тщательно склеена на листе ватмана.

– Все, Агнесса, этот раунд мы проиграли. Женщина, которая в порыве ярости рвет фотографию любимого в клочья, а затем с любовью и раскаянием склеивает ее заново, не способна убить объект своего обожания, – сделала вывод Яна, – здесь мы ничего не найдем.

– Тогда я хоть приберусь немного, а то как-то неудобно получилось, – ответила ей напарница.

– Ага! А я пойду приготовлю какой-нибудь кулинарный изыск, прости, господи. А то хозяйка придет голодная в надежде вкусно поесть, а ее обманули, – согласилась Яна и спустилась в кухню.

Сказать, что Яна не умела готовить, это значит ничего не сказать. Она не готовила никогда в жизни. В детстве и юности на кухне орудовали ее мама и бабушка, в зрелом возрасте – домоправительница. Ну, а в тяжелый период жизни, когда не было работы, средств к существованию, она питалась исключительно бутербродами и растворимым кофе. Поэтому вид продуктов, точнее, изобилие еды в холодильнике Анхелики ввергло Яну в шоковое состояние.

«Ну, ничего… сейчас что-нибудь сварганим из русской кухни… блины! Да, блины! Щи да каша – пища наша!»

Приготовление ужина она начала со щей: засунула в кастрюлю огромную замороженную кость, которая не влезла полностью в посуду. «Ничего, мы не привыкли отступать, проварится один конец кости, переверну, и проварится другая часть», – решила она.

Поставив кастрюлю на плиту, она села чистить картофель.

«Какой кошмар! Вот до чего довела меня моя безалаберная жизнь! Работаю стряпухой у бывшей любовницы Карла».

Когда она начистила ведро картошки, оказалось, что ее не так и много, зато весь мусорный бак заняла срезанная толстым слоем кожура.

Она положила целые картофелины в воду, естественно, не подумав снять пену, и принялась остервенело кромсать кочан капусты. Затем вся капуста была утрамбована в кастрюле с торчащей костью и картошкой, половина воды вылилась на плиту, чуть не потушив огонь.

«Для лука и моркови уже нет места… – задумалась «шеф-повар», глядя на капусту, которая бахромой висела по краям кастрюли. – Ну, и не надо!»

Насыпав в чудо-щи соли на глазок и опустошив перечницу, Яна занялась приготовлением второго блюда. Блины! Да, она понимала, что это будет не просто, но что настолько не просто, и предположить не могла. Тесто получалось то слишком густое, то очень жидкое. Она, сдувая волосы со лба, неистово продолжала его замешивать, поочередно добавляя то воду, то муку. Когда огромный таз заполнился тестом целиком, Яну наконец-то устроила его консистенция. Таким количеством блинов можно было бы кормить неделю в масленицу полк солдат, но Яну не смущало, что Анхелика живет одна. Дальше было самое интересное. Новоиспеченная повариха в муке и грязи от картофельных очисток начала лить тесто в сковороду. Но оно почему-то нещадно прилипало к днищу сковороды, горело и обугливалось. Яна мужественно сражалась с тестом, отскабливая от сковороды сгоревшие куски в мусорный бак и наливая новую порцию теста. На запах гари, разнесшийся по всему дому, прибежала Агнесса со шваброй в одной руке и тряпкой в другой.

– Что-то горит?! Что это?! – ошеломленно уставилась она на черную лепешку на столе.

– Блины! Точнее, один блин!

– А это?! – перевела Агнесса свой взгляд на капусту, вылезающую из кастрюли и падающую на плиту и пол.

– Щи! Первое блюдо! – гордо проинформировала Яна.

– Не слишком ли они… густые? – осторожно спросила Агнесса.

– Щи должны быть наваристые! Хочешь попробовать? Правда, я немного пересолила.

– Нет, спасибо. Помнишь, нам не разрешили есть в этом доме? – вовремя и с облегчением вспомнила Агнесса.

Вершиной своего кулинарного мастерства Яна назвала крабовый салат, куда свалила полусырые яйца, оставшиеся после замеса теста, нарубленные прямо с панцирем креветки и непроваренный рис.

– Идем отсюда скорее, – потянула Яну за рукав Агнесса, – а то не ровен час, хозяйка вернется.

– А что? Мы все сделали! Убрались, приготовили настоящий бизнес-ланч!

– Все равно, нам лучше не встречаться, – заверила ее Агнесса.

– Ладно, будем думать, что она останется довольной и не сообщит в полицию, – миролюбиво заключила раскрасневшаяся у плиты стряпуха, – правда, кость я забыла перевернуть, и один конец несколько сыроват. Как ты думаешь, это ничего?

– Ничего, ничего, давай поторопимся, – подгоняла ее Агнесса, запихивая пылесос в отведенное для него место, – ты, по-моему, потратила все запасы продуктов хозяйки на долгие месяцы вперед.

– Пусть радуется. Если хочешь знать, то я могу стать княгиней Штольберг хоть сегодня! Так что она еще будет писать мемуары, как княгиня пекла у нее блины! Я устроила ей настоящий праздник живота! – сказала Яна с пафосом, распуская свой пучок на голове.

– Будет, будет, – успокоила ее Агнесса, с ужасом глядя на груду горелых комков теста.

Они поставили таз с оставшимся тестом на последующие полгода в холодильник и ушли из дома, захлопнув за собой дверь.

Ресторан «Шанс» с русской и европейской кухней, принадлежащий Зинаиде Кочетовой, находился в центре города. Конечно, открывать в Чехии пивной ресторан было бы рискованно, можно и обанкротиться. А вот на экзотику люди клевали, и ресторан русской бизнес-леди был популярен и не пустовал. По внешнему виду он напоминал русскую избу. Столы, стулья, лавки в нем были сделаны исключительно из дерева, на столах лежали льняные скатерти с вышитыми русскими узорами. В углу зала была сложена настоящая русская печь, по стенам развешана начищенная до блеска кухонная утварь. Все помещение освещалось лампами, стилизованными под керосиновые. Сыщицы вошли в ресторан.

– Только не говори, что ты готовишь, – предостерегла свою напарницу Агнесса, – они твоих «русских блинчиков» не выдержат.

– Ладно, я пойду работать официанткой, тем более, опыт работы есть, – хмуро ответила Яна, вспомнив то время, когда она устроилась на работу официанткой в ресторан своего будущего мужа.

К ним подошел распорядитель зала в русской косоворотке и штанах, заправленных в сапоги.

– Что угодно? – спросил он на русском и английском языках.

– Мы по вопросу трудоустройства, – ответила Яна.

– Вам к хозяйке. Настя, проводи женщин к Зинаиде! – крикнул он одной из снующих по залу девушек-официанток в короткой красной юбке, белой вышитой блузке и в черных туфлях на низких, широких каблуках.

«Это нам и надо», – радостно заключила Яна в мыслях.

Кабинет хозяйки был обставлен в деловом стиле. Зинаида поразила Яну жгуче-черными волосами, зализанными назад, огромными, сильно накрашенными карими глазами и красными полными губами.