Тайны виртуальной жизни - Алла Полянская

– Жаль только, что моя бабушка не встретилась с сестрой. Она ее даже не помнила. Интересно, почему Тамила не искала сестру? Она-то должна была помнить!

– Кто знает, что у нее в голове крутилось? – Норд вздохнул: – Это подумать только, как ее жизнь ломала! Не нам их судить, Паола, да и никому, если на то пошло.

– Да кто судит-то…

Тамила Афанасьевна всегда очень приветливо со мной разговаривала, а в ту нашу последнюю встречу я даже не выслушала ее толком, посчитав ее страхи бредом выжившей из ума старухи. И вся ее жизнь поместилась в паре альбомов с фотографиями и в двух шкафах с одеждой, которую она не носила, а просто держала на память. И эти ботинки в коробках – ботинки того, кого она не ждала уже, но все равно хранила его обувь. Какая печальная судьба…

– Норд, иди, там Жека вкусностей привез. – Фьяметта заглянула в палату. – А то ведь съедят без тебя.

Норд коснулся моей руки и вышел, а Фьяметта уселась на его стул и с улыбкой уставилась на меня.

– Ну, что?

Я знаю, что это звучит грубо и что эльф, запрограммированный в ней, сейчас содрогнулся от ужаса, но деваться некуда, слово не воробей, а даже если бы воробей, ловить я его не побежала бы ни за что.

– Ничего. – Фьяметта поджала ноги, оседлав стул. – Лялька, все закончилось, а Билли-Рей еще здесь. Не хочешь ничего мне сказать?

– Я не помню ничего, Яна. Просто все очень быстро случилось, и я почти ничего не поняла в этой путанице, понимаешь? Какие-то конторы с секретными агентами, какие-то предатели, и под конец – моя соседка, милейшая старушка Эмилия Марковна, которая оказалась мозгом всей этой секретной галиматьи и которая выстрелила в меня. Ей восемьдесят четыре года, а она…

– Возраст – это просто возраст, Лялька, а человек остается тем, чем и был всю жизнь.

Это правда, я знаю. Мало кто в старости осознает и переосмысливает – скорее, случается наоборот: собственный опыт возводится в ранг Скрижалей и мышление просто останавливается, потому что человек перестает искать и сомневаться. И старость не отменяет то, что человек делал ранее, и последствий его поступков тоже не отменяет. Старость – это просто совсем рядом с небытием, и я в толк взять не могу, зачем Эмилии Марковне было все это нужно, в том числе и те жуткие деньги, которые были спрятаны на счетах. Ну вот что бы она на них купила? Молодость? Нет. Ну и зачем?

– От жадности – к власти, прежде всего. – Фьяметта смотрит в окно, за которым сгущаются сумерки. – Ты же много лет наблюдала на Форуме Папашу. Ему важна была власть, ощущение, что он в своих руках держит чью-то судьбу, чаще виртуальную, но бывало, что и реальную, и в последний год он многим принес вред именно в реале. И кто бы его ни убил, он сделал благое дело, потому что Папаша сам не остановился бы, заигрался очень.

Папашу убил Ирвин, Билли-Рей совершенно прав, и если бы я сразу подумала, то пришла бы к такому же выводу, но я тогда не выспалась, у меня было новое колечко, и я хотела домой. А потому я не думала, хотя и слышала разговор Ирвина и Гейши, но не стала анализировать и увязывать. Узнав, что труп – это Папаша, я просто плюнула на поиски его убийцы.

– Ладно, я пойду. – Фьяметта улыбнулась: – Я приду еще, потом. Кстати, ты в курсе, что Динальта арестовали?

– Нет, откуда?

– На Форуме тема висит, арестовали за мошенничество. – Фьяметта фыркнула: – Думаю, он сядет надолго. Народ ржет с него, не любили у нас этого вечно кривляющегося гада. Все, я ушла, будь хорошей девочкой.

Ну да, будь хорошей девочкой, как же! Когда внутри что-то зверски болит и единственное, что во всем этом мне нравится, так это моя новая фигура, которую я сохраню во что бы то ни стало.

– Зажечь свет?

– Не надо.

Я не хочу, чтоб он видел меня вот так.

– Букер говорит, что через неделю выпишет тебя. – Билли-Рей садится на освободившийся стул. – Все закончилось, Паола.

– Все злодеи пойманы?

– Я передал флешку ребятам из сводного отряда Чистильщиков. – Билли-Рей улыбнулся, и совсем недобрая у него улыбка. – Могу себе представить размер чисток. Ну, поделом.

– Бункер твой рассекретили окончательно…

– У меня еще два в запасе остались. Соседка твоя знала только об этом. Кстати, она вчера выпала из окна – видимо, мыла окна, а ногу где-то повредила, ну и не удержалась.

– Билли…

– Ты что? Я ни при чем, я же здесь был, с тобой. Когда ты в бункере сознание потеряла и я понял, что ты ранена, то думал, не дождусь подмоги, а они тут как тут – и сюда тебя, на стол. Мы с Нордом поделились с тобой кровью, ты в курсе?

– И что теперь будет?

– Ничего. – Билли-Рей вздохнул: – Кузен твой, кстати, жив-здоров, но не помнит ничего, как я и думал. Не понравился он мне, в гости звать его не будем. Я завтра елку разберу и вынесу, хорошо? Мне ребята помогут. Там у тебя разгром учинили, искали флешку, видимо, – мы все приведем в порядок, наших еще подтянем, я в разделе «Строительство» тему создал, строители помочь обещали. В общем, Форум своих не бросает. Я займу тот шкаф, что слева от двери, ладно? Потом купим другой, попросторнее.

– А как же эта? Ну, та твоя девица?

Билли-Рей уставился на меня сквозь сумерки с немым изумлением:

– Какая девица?

– Ну, та… Помнишь, ты сказал, что и личная жизнь у тебя «более-менее сложилась»? Ты это говорил, я отлично помню.

Билли-Рей засмеялся, и от его смеха мне вдруг сделалось горячо и вообще ужасно. Не люблю выглядеть глупо.

– Паола, иногда ты так тупишь, что я просто диву даюсь.

Все иногда тупят, чем я лучше?

Но чтоб настолько – это да, представить невозможно.