Точка Боркманна - Хокан Нессер

А награда всего лишь в том, чтобы не впасть в оцепенение.

Всего лишь?

Разве этого мало?

Но – три человеческие жизни?

– Что скажете, господин интендент? – прервал его мысли комиссар. – Какое наказание ты назначил бы ему, если бы это зависело от тебя?

– Если бы мир был устроен, как нам хочется?

– Да, именно.

– Даже не знаю, – проговорил Мюнстер. – А вы сами что предложили бы?

Ван Вейтерен задумался.

– Это трудно, – проговорил он. – Запереть его в подвале, как он поступил с Мёрк. Хотя, конечно, на более гуманных условиях – с лампой, книгами… и штопором в придачу.

Они снова замолчали. Продолжали идти бок о бок у линии воды, мысленно подводя итог. Ветер усилился. Тучи казались такими плотными, словно к ним можно было прислониться. Подбежал Барт, неся еще несколько находок для своей коллекции камней. Положил их в карман отцу и снова унесся вперед. Когда показался низенький белый дом, Ван Вейтерен откашлялся.

– Как бы там ни было, – проговорил он, – это один из самых симпатичных убийц, с которыми мне доводилось встречаться. Да и не часто случается, что успеваешь так близко познакомиться… прежде чем засадить их за решетку.

Мюнстер поднял глаза. В голосе комиссара прозвучал новый, совершенно несвойственный ему оттенок самоиронии, которого он никогда раньше не слышал… и даже не представлял, что такой может быть. Мюнстер не смог сдержать улыбку.

– Кстати, чем закончился ваш шахматный поединок? – спросил он.

– Само собой, я выиграл, – ответил Ван Вейтерен. – А ты как думаешь? Просто у меня ушло на это некоторое время.

Пару часов спустя он в последний раз пришел к морю. Закурил последнюю сигарету и долго стоял в одиночестве, докуривая и глядя на яростную водную массу, бившуюся о берег.

Все снова ожило. И небо, и море… все тот же угрожающий серо-фиолетовый аккорд, вся та же необоримая сила. Почувствовав на руке первую каплю дождя, он повернулся ко всему этому спиной и пошел к машине.

«Пора уезжать, – подумал он. – Занавес упал. Драма закончена.

Эдип уходит. Уходит Ван Вейтерен».

Он завел машину. Зажег фары навстречу стремительно сгущающейся тьме и поехал в глубь страны.

И все же. Все же, возможно, он покидает это место не навсегда. Может быть, он еще посетит Кальбринген…

Ведь даже палачей на пенсии должны иногда отпускать на побывку? И самые запыленные шахматные фигуры снова могут ринуться в бой.

И чего не сделаешь за бокальчик хорошего вина?

Подумав так, комиссар Ван Вейтерен стал рыться в бардачке в поисках диска Пендерецкого[6].