Купание голышом - Карл Хайасен

ПРОПАЛА СОБАКА!!!

Пинчот, шпиц, 11 лет, мальчик (кастрированный).

Катаракта, дивертикулит, подагра.

Если найдете, пожалуйста, не пытайтесь подойти к нему или взять на руки!

Пожалуйста, сообщите Эдди или Берту Миллеру, «Сограсс-Гроув» 9-Л.

Вознаграждение в 250 долларов гарантируется!!!

Ролвааг пал духом. Хотя совет кондоминиума предупреждал Миллеров, чтоб они не спускали стареющего пса с поводка, детектив ощущал свою личную ответственность за кончину маленького Пинчота – хромого, полуслепого, легкой добычи для рыщущего питона. Ролвааг решил провести остаток субботы в поисках сбежавших питомцев, один из которых, несомненно, будет ползать медленно из-за предательского вздутия размером со шпица. Конечно, Ролвааг утешит Миллеров и компенсирует им потерю.

Но сперва тем не менее Ролвааг должен закончить кое-какую полицейскую работу.

Он порылся в бумажках в портфеле и выудил номер Кор-бетта Уилера в Новой Зеландии. Детектив как раз надиктовывал долгое послание на автоответчике, когда брат Джои поднял трубку:

– Начните сначала, пожалуйста. Я спал как убитый.

Ролвааг извинился и спросил:

– Ваша сестра оставила завещание?

– Оставила. Стойте, сейчас угадаю. Всплыло новое?

– Похоже на то. Согласно ему все достанется ее мужу. Корбетт Уилер засмеялся:

– Я же говорил вам, что он тупая скотина. Он правда думает, что ему это сойдет с рук?

– В том-то и дело, мистер Уилер. Я не думаю, что это Чарльз Перроне подделал завещание, если оно вообще подделано.

– Да Джои не оставила бы этому потаскуну денег даже на проезддо…

Треск помех скрыл краткий комментарий Корбетта Уилера.

– Я надеялся, что у вас есть копия подлинного завещания, – прервал его Ролвааг.

– Разумеется, есть. Так все-таки, почему вы считаете, что это не Чаз подделал?

– Потому что новое завещание автоматически делает его главным подозреваемым в исчезновении вашей сестры. Оно дает ему веский повод ее убить, чего, собственно, и не хватает нашему делу. – Хотя нашему делу многого не хватает, мог бы добавить детектив. – Если честно, – продолжал он, – я не думаю, что Чаз настолько глуп – или даже настолько жаден, – чтобы так рисковать.

Корбетт Уилер хмыкнул:

– А я думаю, что он как раз и хотел, чтобы вы так думали. Слушайте, ну кто станет морочиться и его подставлять?

– Это я и пытаюсь выяснить. – Ролвааг не сказал Кор-бетту, что, возможно, кто-то на борту «Герцогини солнца» наблюдал за убийством Джои. Детектив всегда старался не возбуждать ложных надежд в родственниках жертв. – Хорошо бы посмотреть на вашу копию завещания, – сказал он.

– Нет проблем… – опять помехи на линии. – Оно лежит в сейфе в Окленде.

– Вы не могли бы прислать его «ФедЭксом»?

– А что, если я его лично привезу?

Детектив постарался не выдать свою радость:

– Это даже лучше. Но вы же вроде собирались больше никогда не возвращаться в Штаты.

– Я-то не собирался, Карл. Жизнь заставила.

На другом конце провода Ролвааг, кажется, услышал слабый хлопок открываемой бутылки. Внезапно детективу отчаянно захотелось холодного «Фостерз».

Корбетт Уилер сказал:

– Похоже, моей покойной сестренке нужен кто-нибудь, кто присмотрит за ее делами. Да, кстати, по настоящему завещанию я тоже не получаю ни цента – на случай, если вас интересует мой мотив.

Детектив уверил его, что нет, не интересует.

– Когда вас ждать? – спросил Ролвааг.

– Послезавтра. Служба состоится в четверг.

Ролвааг снова был пойман врасплох:

– Какая служба?

– Которую я устраиваю в память о Джои, – ответил Корбетт Уилер и подавил отрыжку. – Не посоветуете хорошую церковь, Карл? Католическую, лютеранскую, методистскую – не важно, главное, чтобы место для хора было.

Ред Хаммернат слушал рассказ Чаза Перроне и думал о том, что на его долю выпало немало благ, но и немало трудов. Крупные сельскохозяйственные предприятия, наподобие его собственного, невероятно сложны, в основе их лежали серьезное загрязнение окружающей среды и каторжный труд наемной иммигрантской силы. Реду было отнюдь не просто откупаться от федералов и в то же время высасывать из налогоплательщиков выгодные сельскохозяйственные субсидии и дешевые займы, которые будут или не будут возвращены в этом столетии. Он раздумывал о сотнях тысяч долларов, которые он пожертвовал на избирательные кампании, о многих сотнях тысяч, которые ушли на прямые взятки, проституток, аренду яхт, азартные игры и другие не менее благоразумные услуги, и, наконец, о бессчетных часах лизания задниц тем самым болванам-политикам, чью верность он уже купил.

Развлечение не из простых. Ред Хаммернат злился каждый раз, слыша, как какой-нибудь вшивый либерал называет федеральный фермерский закон благотворительностью. Термин подразумевал праздность, но никто не работал больше Реда, дабы не иссяк денежный поток и не обрушились на голову неприятности. А теперь все его клятое заведение грозит развалиться на куски из-за одного-единственного человека.

– Заплати ему. Вот мой совет, – самоуверенно подвел черту Чаз Перроне. – Я знаю, это чертова прорва денег, но что нам остается?

Они сидели в офисе Реда Хаммерната, окнами на ядовитый, хоть и безмятежный с виду пруд. Чаз и Тул приехали в Лабелль в четыре утра прямо из Фламинго и вырубились, как нарки, на парковке. У Чаза в ноздрях запеклась кровь, а лицо щедро усыпали алые укусы насекомых. Ред Хаммернат глаз не мог отвести. Парень – вылитая картинка из медицинского руководства по экзотическим болезням.

– Он держит нас за яйца, – говорил Чаз о шантажисте. – Я не вижу другого выхода, кроме как ему заплатить.

Ред Хаммернат ответил, что, какова ни есть проблема, Другой выход есть всегда.

– Давай убедимся, что я все правильно понял, а то ты больно шустрый. Что там с копом? На которого ты грешил, что он вломился к тебе в дом и голосом Моисея разговаривал с тобой по телефону.

– Я был не прав. Это не он, – коротко ответил Чаз. – Он в этом не замешан.

– Что уже само по себе довольно неплохая новость, так?

– Только он узнал в агентстве, что ты купил для меня «хаммер».

– Вот черт, – произнес Ред Хаммернат.

– Поэтому я соврал, что ты дружил с Джои и оказал ей услугу – купил мне «хаммер» на день рожденья. А она потом вернула тебе деньги.

– Получше ничего придумать не мог? Господи Исусе. – Ред Хаммернат повернулся и посмотрел на Тула, который клевал носом: – Ты в порядке?