Прививка от бешенства - Валентина Андреева

Наташка задумалась, но не надолго:

– Тогда у тебя имелся еще лучший вариант: заявиться к ней среди ночи. Помнишь, «Миллион в брачной корзине»? Ну не сам миллион, а великолепный «посмертный» монолог Алессандро.

– Да не мог он заявиться к Ренате среди ночи, – вздохнула я. – Во-первых, она наняла бы другого киллера, не такого умного, как первый. Во-вторых, у него были свои причины покинуть Россию. И они нам неинтересны. Рената невольно ему помогла, только вот благодарности к ней он не испытывает.

Я порадовалась своей выдержке. Причины, заставившие Руслана навсегда похоронить свою личность как господина Хованского, были слишком серьезны. Не удивлюсь, если он делал пластическую операцию. И, кажется, я эти причины разгадала. Если, конечно, не ошиблась. После отдыха на Черном море в Виноградном моя интуиция явно переутомилась.

– Ты действительно жил в Амстердаме? – восхитилась Наташка. – Надо же! Я бы и недели не выдержала, зная, что эта каторга на всю жизнь.

– У меня там свой бизнес, – медленно сказал Руслан. – И партнеры в России. Я здесь частый гость.

– Ну да! И порядочный козел! Интересно… Ир, козел может быть порядочным?

– Смотря в каком обличье.

– Не важно. Ты, Русик, жил с Маринкой и одновременно пудрил мозги Анне. Ясен пень, искал подходы к тайнику. Твоя девушка скоропостижно вылетела из твоего гнезда, не успев прихватить содержимое тайника. Да ты не обижайся! Не ты один за его содержимым охотился…

Наташка неожиданно запнулась и умолкла. Руслан, казалось, обдумывал ее слова. Он задумчиво смотрел вперед на отживший свое сухой ствол березы. Я невольно уставилась туда же. Почему ветер выбрал смертницей именно ее? Маньяк порывистый! Наташка ощутимо ткнула меня кулаком в бок. Я сразу обернулась к ней, решив напомнить, что язык без костей. Им для общения гораздо удобнее пользоваться, чем руками. Он, если надо, и до Киева доведет. Подруга с непроницаемым лицом продемонстрировала мне кулак, указала глазами на дверцу и тут же, мило улыбнувшись, заявила: – До Киева – это точно! Особенно в зимнее время. Где-то читала, что если в мороз лизнуть бампер «Мерседеса» языком, за милую душу доберешься в кратчайший срок. Вперед паровоза… Так! Мне срочно надо выйти и прогуляться по кустам. Ир, составь компанию. Одной страшновато, а Руслана просить неудобно.

При этом подруга на ощупь старательно выгребала из сумки и распихивала по карманам блузона документы, деньги и бумажные носовые платки.

– Вам нечего бояться, я никого не собираюсь убивать, – не отрывая взгляда от березы, заявил Руслан. Наташкины руки замерли, а сумка свалилась с коленей вниз. – Не стоит устраивать побег.

– Ты сказал, что не спал двое суток… – шмыгнула носом Наташка. – Можешь ответить честно, где именно ты их не спал?

Руслан коротко рассмеялся, а до меня, наконец, дошло, что так встревожило Наташку:

– Ты укрыл Анну с Женечкой в надежном месте и тут же рванул вслед за нами в Москву. Тебе нужна была сумка Анны. И совсем не из-за ключей. Они у тебя имелись. Эту ночь ты провел в дороге. Под утро был в квартире Анны. В Бибирево ехать не рискнул – Марина упорно не отвечала на звонки. Кроме того, рассчитывал кое-что забрать из своей бывшей квартиры – то, что не смогло бы уместиться в сумку к Айболитше.

– Это он связал Мариэтту и сунул в шкаф! А где труп настоящего Рогожина?

– Его здоровый дух находится в его же здоровом теле. Все не так просто! – огрызнулся Руслан. – А вы слишком хорошо осведомлены, чтобы считаться в этом деле посторонними людьми.

– Фига себе, посторонние! – Наташка от возмущения подпрыгнула на месте. – Исключительно благодаря вам с Анной мы вместе с моей родной машиной числимся в угоне, вынуждены скитаться по родной стране, не зная, в каком ее уголке нас арестуют. Даже фотороботы сфабрикованы так, чтобы показать нашу мерзкую сущность. А ведь мы хорошие, добрые и честные… ду-у-уры-ы! – заголосила подруга.

Хлынувшие слезы помешали ей продолжить обвинительную речь. Прежде чем я с трудом вытащила пачку бумажных носовых платков из ее кармана, она успела обплакать мне все мое дружеское плечо, а конца этому потоку не предвиделось. Наташка умела жалеть себя с необузданной силой. Руслан крякнул с досадой и обернулся: честное слово, в его глазах плескалось море сочувствия.

– Ну что я могу сделать для вас, кроме того, что делаю?! – взревел он.

Я испугалась: с таким напором море сочувствия запросто выйдет из берегов. Или расплескается. Наташку это не волновало. Уловив в голосе Руслана жалостливые нотки, она зарыдала с новой силой.

– Мне кажется, тебе надо поменять главную задачу, – осторожно предложила я. – Сейчас ты бегаешь от преследователей и по пути спасаешь всех, кого считаешь нужным спасать. Давай объединим усилия и перейдем на лучший вариант защиты – нападение. Тебе не обязательно светиться в этом деле. А мы перед законом и совестью чисты. Это только со стороны кажется, что заляпаны грязью. Будем считать, что на нас маскировочные костюмы. Работников санэпидемстанции.

– Брючные… – слабо возвестила о возвращении в реальность Наташка.

– Хорошо. Но одно условие: вы выкладываете абсолютно все, что вам известно. Я скажу только то, что сочту нужным. Потом подумаем о выходе из сложившейся ситуации.

– Тогда начнем сначала, – обрадовалась я. – От печки. Точнее, от вашего с Ренатой домашнего очага. Если буду завираться, поправишь…

По словам Анны, Рената зачастила к ней сама и именно в последнее время. Такое впечатление, что навязывалась в близкие друзья. Разрешила отсрочку последнего долга за квартиру, предложила сделать за свой счет ремонт… Короче, благодетельница. Но не только. Квартира якобы напоминала ей о счастливых днях жизни с обожаемым мужем Русланом. Довольно странная ностальгия, если учесть, что в данной квартире она прожила очень короткое время. И в этот небольшой срок ухитрилась расплеваться со свекровью. Не сошлись, так сказать, характерами. А учитывая тот факт, что ты, Руслан, наставил любимой супружнице рога и устроился с любовницей в малогабаритной двушке матери, оформленной на тебя еще при ее жизни, Рената должна была мысленно сто раз испепелить праведным гневом это гнездышко разврата. Ну какие счастливые воспоминания оно могло рождать в измученной душе женщины? Только одно – когда выкинула из квартиры Марину. Не удивлюсь, что прямо в домашних тапочках.

До поры до времени Рената жила спокойно. Тела погибшего мужа сразу не нашли, зато выудили из реки его машину с характерными признаками аварии. А тут как тут и чужой, изрядно подпорченный труп подвернулся. Зато без огнестрельных ранений. Прямо по спецзаказу! Не все ли ему равно, кем считаться? Так и опознали неизвестного как Руслана Сергеевича Хованского. Рената в установленном порядке оформила наследство. Стала руководителем принадлежавшей мужу туристической компании. Продала ненавистную квартиру, с радостью вручив ключи от нее новой владелице. И стала дожидаться манны небесной – очень больших денег. То, что муж их зарабатывал, она знала точно… Извини, Руслан, я не ошибаюсь, раньше вы купались в деньгах?