Журналист для Брежнева или смертельные игры - Эдуард Тополь

Вопрос: Опишите этого человека.

Ответ: Он среднего роста, упитанный такой, даже почти толстый. Лицо почти круглое, тяжелое, глаза темные, пристальные. Волосы черные. Одевается хорошо, в импортные вещи, на руке золотой перстень с печаткой.

Вопрос: Он русский или азербайджанец?

Ответ: Русский.

Вопрос: Куда поехали с дачи?

Ответ: Они сказали, что ехать надо на Курский вокзал, к бакинскому поезду. Что приедет какой-то старик, привезет чемодан денег – сто тысяч. Мы ему отдадим мой товар, а он нам – деньги. Передачу, как обычно, должен был сделать я сам – из рук в руки.

Вопрос: Что же произошло на Курском вокзале?

Ответ: На Курском вокзале я остался в санитарной машине с товаром, а Герман и доктор пошли встречать бакинский поезд. Там, по их рассказу, случилось следующее. Деньги из Баку в Москву вез не сам Старик, а этот парень по кличке Султан со своей девчонкой, которая ничего не знала про эту операцию. А Старик ехал этим же поездом, но в другом вагоне, потому что везти такие деньги Старику было самому опасно, он числился во всесоюзном розыске. Поэтому тайно от Султана он «вел» его всю дорогу и должен был встретить на перроне. А тогда мы бы обменяли товар на деньги и Султан поехал бы обратно с товаром в Баку, а Старик опять бы за ним следил со стороны. Но когда Старик, доктор и Герман пошли к вагону Султана, они увидели, что его встречает этот Белкин, корреспондент. И Герман подслушал, как этот Белкин уговаривал Султана ехать в редакцию и все рассказать про торговлю наркотиками, про Старика и так далее.

Вопрос: Как Султан, то есть Юрий Рыбаков, реагировал на это?

Ответ: Это я не знаю, и для нас это не имело значения. Если он заложил их этому Белкину, значит мог заложить и еще кому-то другому. Поэтому они оставили Германа возле Султана, Белкина и этой девчонки, а доктор и Старик прибежали к машине и сказали мне, что нужно сейчас же брать всех троих: Султана, его девчонку и корреспондента. Я сказал, что у нас это не выйдет, на глазах у всего народа, что надо подождать удобного момента, но они сказали, что другого момента не будет, потому что корреспондент может сейчас же увезти этого Султана прямо в редакцию и тогда всем деньгам крышка. А кроме того, доктор сказал, что он вообще хочет с этим корреспондентом плотно поговорить. Короче, он надел белый халат и мне велел надеть и сказал, что мы их возьмем как психов, как будто мы из дурдома. И мы подъехали прямо к стоянке такси, к очереди, в которой стояли этот Султан, Белкин и эта девчонка. Тут я и Герман набросились на Белкина, заломили ему руки, а Старик и доктор схватили Султана и девчонку. Белкин и Султан от неожиданности ничего не поняли и не сопротивлялись, а девчонка укусила доктора за руку и убежала. Я хотел ее догнать, но тут появился постовой, и мы спешно уехали. По дороге доктор на всякий случай поменял на машине номера, хотя нас никто не преследовал.

Вопрос: Куда вы увезли похищенных?

Ответ: Прямо на дачу к Сысоеву. Я забыл сказать, что мы захватили вещи этого Султана, там был чемодан с деньгами, и все деньги были целые. Вечером на дачу приехал мой шеф, и они решили, что делать с этим Султаном и корреспондентом. Шеф сказал, что выхода нет – раз мы такие болваны, что привезли их к нему на дачу, то их надо ликвидировать. Но доктор сказал, что это ерунда, что он за двадцать дней сотрет у них из памяти все, что захочет. Шефу это не понравилось, он сказал, что посоветуется и решение примет в субботу, на сабантуе.

Вопрос: Что вы имеете в виду под словом «сабантуй»?

Ответ: Шеф всегда устраивает сабантуй перед заграничной командировкой. 28-го мая, в понедельник ему надо было ехать в Женеву во главе делегации, поэтому на субботу был назначен сабантуй, ну, типа загула. Доктор привез из своей больницы медсестричек…

Вопрос: Из какой больницы?

Ответ: Я этого не знаю, честное слово чемпиона!

Вопрос: Хорошо, продолжайте. Кто был на этом «сабантуе»?

Ответ: Мой шеф Сысоев, этот доктор Борис, Старик и пять человек гостей моего шефа, которых я не знаю.

Вопрос: Опишите их.

Ответ: Я их не видел, я сидел в гараже, караулил Султана и Белкина. А на этой пьянке был Старик. Сего слов я знаю, что двое из гостей были из Баку, они приехали за своим кушем – бриллиантами, которые им полагались в уплату за то, что они замазали историю гроба с наркотиками. Поэтому в начале пьянки мой шеф и доктор приходили в гараж, вытащили из тайника бриллианты и уложили их в «дипломат», приготовили передать бакинцам. При этом шеф очень ругал доктора, а тот просил шефа не спешить отдавать бриллианты, что он уговорит бакинцев вместо бриллиантов взять наличные деньги. И они с «дипломатом» ушли, но взяли с собой еще чемодан с деньгами – на всякий случай, двести тысяч. Потом Старик мне рассказывал, что пьянка вышла на славу, что там было очень весело. Доктор привез с собой не только медсестричек, но еще какой-то веселящий газ, который дают иногда больным на операциях или при родах. И они там налились коньяком и надышались этим газом и устроили этим бакинцам такой сеанс групповой любви, какой те никогда не видели. И где-то в десять, приблизительно, часов бакинцы уехали не с бриллиантами, а с деньгами. Они спешили на аэродром к самолету в Баку.

А шеф еще пил на радостях с двумя медсестричками, и доктор устроил им сеанс гипноза по угадыванию мыслей и игру в откровенность, когда все говорили о себе все, чего бы ни в жизнь не сказали в нормальном состоянии. Это я уже видел, потому что Старик пришел сменить меня в гараже, и я застал, когда эти медички абсолютно голые курили гашиш и говорили такое, чего я в жизни не слышал. Потом мой шеф, совершенно пьяный, тоже захотел излить душу, но доктор увел его в отдельную комнату, на всякий случай, чтобы он при медичках чего-нибудь не ляпнул лишнее. Шеф очень благодарил доктора за то, что удалось спасти бриллианты и всучить бакинцам «бумагу», то есть бумажные деньги. В одиннадцать, примерно, часов доктор с тремя медичками уехал, оставив моему шефу двух медсестричек на ночь. Они втроем совершенно голые ушли пить в беседку, а я убирал дачу. Через окно я слышал, как они в беседке пели «Распрягайте, хлопцы, коней, та лягайте почивать». Потом они снова крутили любовь втроем, а потом шеф показывал девочкам свои бриллианты и решил покатать этих медсестричек на машине. Нужно сказать, что медсестрички были очень молоденькие, лет по восемнадцать, а мой шеф таких очень любит, ему уже пятьдесят семь. И вот он пьяный с этими девочками и с «дипломатом» пришел в гараж и хотел ехать катать девочек. Но Старик его отговаривал и не давал выехать из гаража. Тогда шеф дал Старику по морде и сам открыл гараж, а «дипломат» лежал на капоте «Волги». И как случилось, что этот Султан развязался и выскочил из ямы…

Вопрос: Значит, Белкина и Рыбакова вы держали в яме?

Ответ: Это ремонтная яма, для ремонта машин. Они там лежали связанные, с кляпами во рту, чтоб не кричали. Но вообще они вели себя тихо, потому что доктор их сразу посадил на иглу.

Вопрос: Что значит «посадил на иглу»?

Ответ: Это значит, что он колол их сильными наркотиками. Поэтому я не понимаю, как этот Султан развязался и выскочил из ямы. Может быть, потому, что в этот вечер доктор не сделал им укол. Или забыл, или был занят на этой пьянке. Вообще к концу вечера он был очень злой, хмурый…