Столик в стиле бидермейер - Мария Баганова

«Из-за этих фотографий Варю и убили», – подумала я, а вслух произнесла:

– Все правильно. Посмотрите, в энциклопедии сказано: православным дозволялись браки с протестантами, католиками, мусульманами и иудеями. С буддистами – нет, так как последние считались язычниками. Для признания брака законным было необходимо обязательное венчание в православной церкви. А ваша прабабушка со своим мужем до церкви не дошли, они обвенчались в протестантской кирхе. Вот свидетельство о браке. А вот выписка из метрической книги о рождении их сына.

– Ну и что все это значит?

– А то, что хотя их брак не был законным в России и в глазах старообрядца Анастасия была блудницей, этот брак вполне был бы признан в Швейцарии. То есть ваш дед, ваш отец, вы и ваша дочь – вы все являетесь теми самыми «законными» наследниками, которым Степан Павлович завещал свои деньги.

– Именно так, – величественно подтвердил Артем Сергеевич.

– Теперь вы богаты. Вы – законная наследница состояния своего прадеда. Ваша бабушка была рождена в законном браке. По крайней мере в Швейцарии он будет признан законным. Собирайте все свидетельства о рождении – ваше, мамино – и вперед.

– Мне сказали, что из-за этих документов кого-то убили? – спросила Наталья Анатольевна. – Артем Сергеевич говорил про прежнюю библиотекаршу. Нам с Настей очень жаль. У нее остались родственники?

– Дочка. Но она вполне взрослая и обеспеченная.

– Это ужасно! – покраснела Наталья Анатольевна. – Как подумаю, что убийца ухаживал за моей Настенькой… Я как узнала, всю ночь проплакала.

– Маме даже плохо было, – кивнула Настя.

«Маме было плохо! А тебе-то каково: узнать, что твой жених – преступник?»

– Настя, а вы как все это перенесли? – спросила я.

Девушка опустила глаза:

– Перенесла. Знаете, я ведь думала, что он меня на самом деле любит.

– Наверное, мне тоже следует повиниться, – вступил Артем Сергеевич. – Я ведь сначала ухаживал за Настей по расчету. Да, не стоит теперь это скрывать. Это было только первое время. Собственно, по расчету я Настю нашел. Прежде чем отдать документы, я снял для себя копию. В бюро переводов мне быстро помогли во всем разобраться.

– Я заходила туда, – подтвердила я. – Мне сказали, что заказчиком был пожилой мужчина. Только тогда я искала переводчика с голландского, Андрей мне голову заморочил…

Лофицкий кивнул:

– Я даже не думал скрываться. Также не скрываясь, я решил детальнее изучить вопрос. Приехал в вашу деревню и записался в библиотеку. Милая библиотекарша с радостью показала мне все… Я выписал для себя адрес Настеньки и решил с ней познакомиться.

– А я-то радовалась, – поджала губы Наталья Анатольевна. – Не было ни гроша, да вдруг алтын: сразу два жениха.

– Да, сначала я ухаживал за Настей по расчету, – с вызовом повторил антиквар, – но это не преступление. Это было только вначале. Я не слишком ценю в женщинах так называемую новомодную «сексуальность». А Анастасия – очень милый и образованный человек. Не начни Карина свои грязные игры, мы бы уже поженились и, я уверяю, – жили бы неплохо.

– Скорее всего она сделала это спонтанно, из-за скандала, который Андрей устроил дома, – вставила я. – Карина никогда не любила Надю, всегда ей завидовала и хотела расстроить ее семейную жизнь. Но одновременно она хотела получить много денег. Карина любила рисковать, решила устроить аукцион и просчиталась: Андрей вышел из себя и убил ее.

– Тогда я еще не знал, кто убийца! – подчеркнул Артем Сергеевич. – Я мог только догадываться, только подозревать. Настя стеснялась мне рассказывать, что у нее появился еще кто-то, а Анна Федоровна, в свою очередь, не афишировала семейные проблемы дочери.

Меня вдруг осенило.

– Скажите, это вы наплели ментам, что письмо Жоржа – подлинник?

Артем Сергеевич смутился.

– Настал момент, когда мы с Андреем пересеклись, – признался Лофицкий. – Увидев его около дома Насти, я сразу понял, что к чему. Он стоял у меня на пути. Андрей моложе… Тогда ведь я еще не знал, что он – убийца. Все думали на первого мужа Карины.

– И вы сделали ответный ход.

– Да. Им стало письмо в милицию. Про подлинные документы мне говорить не хотелось, и поэтому я признал подделку Майи подлинником.

– А чтобы та случайно не вмешалась, – сообразила я, – вы решили отправить ее отдыхать!

– Не только из-за этого! – возмутился антиквар. – Я понимал, что ей грозит опасность. Но она просто лезла на рожон. Вот и пострадала, бедная.

– И тогда вы скрылись. Решили подлечиться.

Артем Сергеевич взглянул на часы. Было ясно, что мой допрос его крайне раздражает.

– Думаю, нам пора. – Он обратился к дамам: – Дел еще много. Вы когда-нибудь имели дело с банкирами, Наталья Анатольевна?

– Нет, никогда.

– С этими ребятами непросто разговаривать, особенно если вы хотите получить у них деньги. Сами вы не справитесь. Но у меня есть хороший юрист.

Они попрощались и вышли. Я смотрела им вслед и не могла не признать, что Настя Поршнева и Лофицкий действительно неплохо смотрятся вместе.

С тех пор Галя меня избегает. Я ее не осуждаю. Надя добилась-таки удочерения Верочки. Мне показалось, что это ее сильно утешило. Но мы тоже не часто видимся.

Антон… Он утешился после расставания с Ольгой. Женился… На ком? Будете смеяться: на Юле Кривиной. Да, именно на ней. У тети Нюры во дворе столы ставили, гуляли несколько дней.

Настя Поршнева получила наследство и часть денег пожертвовала на библиотеку. Только поэтому ее еще не закрыли. Артем Сергеевич все время крутится вокруг нее. Они пока не поженились, но антиквар не теряет надежды.

Вера Бобрыкина не так давно вышла замуж. В серовато-жемчужном платье она была чудо как хороша. Я подарила ей обещанного дракона. Мы с Пашей, да, с тем самым, из милиции, были на ее свадьбе. Оказывается, я ему на самом деле понравилась! Даже представить себе не могла…

А еще я купила себе ноутбук. Научилась обращаться с Интернетом. Никогда, ни за что на свете я не скажу Паше, чем я там занимаюсь. Он точно не поймет. Но вам, по секрету… Меня зовут Эктобан. У меня длинные волосы серебристого оттенка, словно седые, а глаза – цвета мокрого асфальта. Я прекрасно владею самурайским мечом и умею левитировать. А еще я непревзойденный любовник. Вы уже поняли, где можете меня найти?