Браслет из города ацтеков - Екатерина Лесина

Адам не любит кетчуп. Вкус излишне агрессивен.

Адам отправляет грязные вещи в корзину для белья. Белые рубашки к белым. Цветные – к цветным. Адам не помнит, когда и зачем надевал именно эту рубашку.

И куда исчезли запонки? Их Яна подарила. Платиновые квадраты с выгравированной латиницей буквой.

– А – это не Адам. Это первая буква алфавита, – сказала она. – Ты у нас самый умный. Значит, самый первый. И тебе носить.

Запонки исчезли. Появился скальпель, которому следовало быть внизу, среди других инструментов. Скальпель был чист.

Хорошо. Иначе Адаму пришлось бы гадать – не убил ли он кого-нибудь случайно.

Но все-таки куда подевалась визитка?

Найти. Обязательно. Немедленно. Визитка заткнет море и развеет галлюцинации силой удаленной психотерапии.

Адам снял книгу с полки, перевернул, потряс. Бросил. Достал следующую. И еще одну… пришел в себя в разгромленном кабинете. В руках он держал фотографию Яны. Трещина на стекле перечеркнула и ее лицо, и отражение Адама.

Он выронил снимок, попятился и, отступив за дверь, ее запер.

К счастью, телефон лежал на прежнем месте. И Дарьин номер не вычеркнули из памяти.

– Даша, мне нужно в больницу, – сказал Адам, когда она сняла трубку. – Со мной опять… не в порядке.

Тень за спиной попыталась коснуться волос. Адам отпрянул и, повернувшись на пятках, ударил раскрытой ладонью воздух.

Тень ушла из-под удара. И вновь оказалась за спиной.

– Я привезу лекарства, – ответила Дарья. – Никуда не выходи.

Он и не собирался.

Думать надо. О чем? О ягуаре. О том, кто скрывается в тени и идет по следу. Нужна следующая жертва. Кто ею будет? Адам, ты знаешь. Данное знание не является адекватным.

Плевать. Оно есть. Существует отдельно от умозаключений и выводов, не поддается логическому осмыслению и структуризации. Но оно – факт.

Многие факты алогичны.

Например, смерть. Какой в ней смысл? Никакого. Она данность. Адам принимает данность.

Смерть рядом. Присматривается. Трогает лапой. Хорошо, когти пока втянула. Адам рассмеялся. И смеялся долго, до самого Дарьиного приезда. А потом, уткнувшись ей в плечо – запах карамели и табака, поддельное детство, – всхлипывал. Тоже от смеха.

Он губами собрал таблетки с ее ладони и проглотил. А они застряли в сухом горле, и даже вода не унесла их дальше, по трубам пищеварительной системы.

– Что с тобой, а? – спросила Дарья, зачем-то трогая лоб. – Ты ведь не всерьез, правда? Ты совсем даже не всерьез? Решил подразнить меня? Отвлечь? Не надо, Адам.

Он и сам не хочет.

Привычное медикаментозное отупение на сей раз было сродни счастью. Адам позволил поднять себя, добрел до постели и упал.

– Он придет. Завтра. Обязательно.

– Что? – Дарья села рядом и рукой руку накрыла. Зачем? Все равно.

– Ягуар. Он обязан прийти. Я знаю.

– Откуда?

– И Анне помочь надо. У нее неприятности. Ты ей не веришь. Помоги. Пожалуйста.

– Помогу.

Врет.

– Врешь.

– Вру, – подтвердила Дарья. – Я за тебя отвечаю. А ты поплыл. Все было хорошо, пока она тут не появилась. А теперь все плохо. У тебя галлюцинации начались.

– Обострились.

– То есть тебя и раньше глючило?

Почему ее голос настолько спокоен? Она не сердится на Адама? Это хорошо. У Дарьи таблетки. Таблетки мешают валу моря добраться до Адама. И тени разгоняют. Среди теней одиноко.

– Яна приходила. Она хотела, чтобы я помог. Я помогал. Тогда и теперь. Теперь за ней идет ягуар.

– У него спина располосована. Я тебе не рассказывала? Нет? Я со свидетельницей разговаривала. Ты же прав был. Ты у нас всегда прав, пора бы привыкнуть. Он приходил к мальчишке. И драться заставил. Свидетельница сказала, что у него глаза мертвые. И спина располосована. Как будто кот огромный драл.

– Ягуар.

– Ягуар – тоже кот.

Пусть так. Но ягуар – кот конкретный. Ягуар, или Panthera onca – вид хищных млекопитающих семейства кошачьих, один из четырех представителей рода пантера, который относится к подсемейству больших кошек. Единственный представитель рода на территории Северной и Южной Америки. Ареал вида простирается от Мексики на юге до Парагвая и севера Аргентины. Взрослый самец весит около 90 – 110 кг, высота в холке составляет 68–76 см, редко до 81 см.

– Энциклопедия ты наша, – Дарья смотрела с жалостью и решимостью. Правильно. Ей еще вчера следовало бы позвонить врачу, пока Адам не потерял визитку.

– У ацтеков были воины-ягуары. Элита. Орден. Путь для избранных. Точка сборки, схождения силы воли и разума. Сдвиг. И в результате – превращение человека в Ягуара.

– И что это значит?

Адам не знал. Память выталкивала факты, как вода – пустые пластиковые бутылки. Адам просто подчинялся.

– Символ. Он не станет зверем снаружи. Изменение биологической формы невозможно. Но сдвиг разума и восприятия – реален.

– Ты не нервничай, ладно? Мы его возьмем.

Ложь. Ягуар – хитрый зверь. Уйдет. На него ставят сети и ловчие ямы готовят, а белые люди глупы. Пришли в дом зверя с ружьями и верой, будто сильнее. Смерть – плата за самоуверенность.

– Он вас обманет.

– А тебя?

– Меня нет, – Адам успокаивался. Было ли это результатом действия лекарств или же Дарьино присутствие оказывало благотворное влияние на нервную систему, он не знал.

Но волны улеглись. Разум прояснился.

– Он не будет мешаться с толпой родственников. Он будет ждать рядом. Вряд ли вы его заметите, даже если оцепите все кладбище. Но лучше этого не делать – уйдет. У него чутье звериное.

За больницей следили. Ягуар понял это сразу, как только увидел знакомую серую ограду. Не было никаких внешних признаков чужого присутствия. Ни подозрительных машин, ни подозрительных людей, ничего, отличавшего сегодняшний пейзаж от пейзажа вчерашнего. Однако стоило выйти из маршрутки, как затылок кольнуло.

Ягуар, раскланявшись с нервной дамочкой, скользнул между двумя старухами, увлеченно обсуждавшими лечение скипидаром. На остановке было достаточно народа, чтобы затеряться. Ягуар поднял воротник куртки, сгорбился, словно ему холодно – благо ветер дул изрядный, – и двинулся во дворы. Шел он не быстро и не медленно, как человек, следующий по данному маршруту регулярно. Головой по сторонам не крутил, но вслушивался в себя.

Коричневые брикеты старых домов заслонили комплекс. И Ягуар получил возможность передохнуть. Спрятавшись в арку, достал пачку сигарет, которую носил уже неделю, вытащил одну, закурил.