Очищение смертью - Нора Робертс

– Иногда мне нравится сочетать ее с алчностью.

Едва остановив машину, Рорк нажал на замок пристяжного ремня, схватил Еву за рубашку и подтянул к себе.

– Эй!

– Сама виновата. Разбередила мне душу разговорами о юности, о добрых старых временах. – Стремительный и ловкий, он откинул спинку своего сиденья, притянул Еву и посадил ее на себя. – Нахлынули дорогие сердцу воспоминания… Как раздеваешь девушку в машине… в любой машине, какую мне удавалось… э-э-э… позаимствовать в то время.

– И у тебя было время на секс после угона машины?

– Дорогая, время на секс есть всегда.

– Только в твоем расписании. Господи, да сколько у тебя рук? – Ева шлепнула по ним, оттолкнула, но он успел расстегнуть на ней рубашку и взволновать ее. – Слушай, если хочешь потрахаться, в доме есть прекрасная кровать, да и не одна, небось несколько дюжин.

– Дело не в том, что мне хочется потрахаться, во всяком случае, не все сводится к этому. – Рорк провел пальцем по ее шее. – Дело в самом моменте. Хочется вспомнить грехи молодости.

– Говори за себя. У меня не было времени на грехи молодости.

Ева потянулась к ручке двери, собираясь открыть ее и выбраться из машины, но руки Рорка сомкнулись вокруг нее.

– Ты никогда не занималась сексом в машине? – засмеялся он.

– Нет, занималась! Тебе лезут в голову похотливые мысли всякий раз, как мы садимся в один из твоих лимузинов.

– Это совсем не одно и то же. Секс в лимузине – это для взрослых. Это зрелый, изощренный секс. А здесь мы теснимся на переднем сиденье полицейской машины, лейтенант в возбуждении и в легком замешательстве.

– Ничего подобного. Ни того, ни другого. – Но пульс у нее зачастил, дыхание пресеклось, когда его пальцы заскользили по тонкому трикотажу у нее на груди. – Это просто смешно! Мы взрослые люди, мы женаты. Мне руль упирается в спину.

– То, что мы взрослые и женаты, значения не имеет. А вот руль – это часть кайфа. Включить музыку, пятый канал, – скомандовал Рорк. – Опустить крышу.

Ева грозно прищурилась.

– Это не сработает. Это неудобно и… глупо. В этой машине я должна работать.

– Я могу заставить тебя кончить через десять секунд.

Она ухмыльнулась и начала обратный отсчет:

– Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять… о черт!

Ева недооценила его быстрые руки, его ловкие пальцы. Рорк успел расстегнуть ей брюки, и она уже не могла сдерживаться.

– Второй заход, – объявил Рорк, оттягивая вниз безрукавку, и втянул ее грудь в рот.

Он довел ее до оргазма руками и губами. Прохладный ветерок обвевал ее лицо, и крик высвобождения отозвался в ночном воздухе. Ева беспомощно взмахнула руками, стараясь за что-нибудь ухватиться. Раздался треск рвущейся ткани, и тот же прохладный ветерок волнующей щекоткой омыл разгоряченную кожу.

Она перестала сопротивляться. Он это видел, чувствовал. Забыла трудный день, работу, тревоги и даже больше – о, намного больше, и как это было чудесно! – забыла свою неизменно поражавшую и трогавшую его внутреннюю границу между «можно» и «нельзя».

Когда-то у нее не было времени на разные глупости, на грехи молодости. Так стоило ли удивляться, что он счел необходимым подарить ей сейчас это легкомыслие? Его жена, его возлюбленная возилась с ним на переднем сиденье автомобиля под звуки музыки, тихо льющиеся в ночном воздухе.

Рорк случайно наткнулся рукой в темноте на ее оружие и засмеялся. Разве это не часть ее прелести? Его преданный и грозный коп отдается ему, уступает слабости своего тела. Требует и отдает, ждет, чтобы он требовал и отдавал.

Ее губы неистовствовали, сжигали его. И вот уже он потерял голову, как и она. Ничего не осталось, кроме отчаянного желания, кроме одной последней мысли. Слиться воедино.

– Я не могу… Как мы теперь…

Ева задыхалась, все ее тело мучительно болело, она пыталась передвинуться, изогнуться, каким-то образом преодолеть пределы пространства, чтобы Рорк мог наполнить ее.

– Просто подвинься… Дай мне… О черт!

Стараясь передвинуть ее бедра, он уперся коленями о приборный щиток, а она ругнулась, потому что, перемещаясь, стукнулась затылком о край ветрового стекла.

Ладно, это можно пережить.

Ева засмеялась как безумная, когда их усилия наконец завершились успехом.

– Ну слава богу, – прошептал Рорк и крепко обнял Еву, просто обнял, пока ее тело сотрясалось от смеха. – Ладно, когда отсмеешься, давай принимайся за дело. Я тут зажат и не могу начать работу без помощи со стороны.

– Да? – Еве никак не удавалось перевести дух между приступами смеха и… «Черт, почему эта дурацкая ситуация так возбуждает?» – подумала она. – Ты застрял?

– Чертовски неудачный дизайн у твоей полицейской машины.

– Чертовски неудачный для случки. На машину я не жалуюсь. – Не сводя с него глаз, она начала слегка покачиваться. Совсем чуть-чуть. Слегка приподняла бедра. Опустила. – Ну как?

– Ты меня убиваешь.

– Ты первый начал.

Она опять задвигалась, на этот раз энергичнее, мучая и его, и себя. Потом сильнее, еще сильнее… Страсть вела ее, задавала темп. Ева наслаждалась своей властью над Рорком, но недолго. Вскоре ее власть стала иллюзорной.

Она почувствовала, как его тело напряглось, содрогнулось и стремительно развернулось, словно выстрелило в нее. Она приняла его в себя и увидела, как эти невероятные глаза потемнели, ослепли… Сама она пустилась за ним вдогонку и нагнала. Они рухнули одновременно.

Ее прерывистое дыхание с трудом вырывалось изо рта, легкие работали, как мехи, тело все еще трепетало, потом успокоилось. Немного отдышавшись, она улыбнулась.

– Надеюсь, завтра мне не придется раздеваться на публике, – заметила Ева. – Потому что у меня на заднице будут синяки от рулевого колеса.

– В последнее время ты прямо-таки одержима мыслью о раздевании на работе. Может, я чего-то не знаю?

– Просто осторожность никогда не помешает.

– Кстати, об этом, как твоя голова?

– Удар пришелся по касательной. – Ева рассеянно потерла затылок. – Как нам теперь распариться? Или мы тут завязли, пока кто-нибудь не обнаружит нас поутру?

– Дай мне минутку. – Рорк слегка подвинул ее. – Это было в тысячу раз лучше и гораздо труднее, чем весь мой предыдущий опыт с сексом в автомобиле. А чем труднее, тем интереснее.

«Вы только посмотрите на него, – подумала Ева. – Волосы взъерошены, на рубашке половина пуговиц оторвана, глаза полусонные и жутко довольные».

– Ты и вправду угонял машины, чтобы заниматься в них сексом?

– Есть множество причин, чтобы угнать машину. Смеха ради, для дела, ну и чтобы было где трахнуть девушку. – Рорк пристал и шутливо чмокнул ее в щеку. – Если хочешь, я что-нибудь угоню, тогда у тебя тоже будет такой опыт.