Время-убийца - Мишель Бюсси

«Он мне за это заплатит! – пообещала себе Клотильда. – Обязательно заплатит. Когда-нибудь…»

Франк схватил жену за руку и с силой потянул за собой. Она упиралась, оглядывалась на зыбкий силуэт хижины. Орсю исчез, растворился во тьме.

Так просто она не сдастся.

– Ты не мог проследить меня сегодня вечером, Франк. Никто бы не смог, я обязательно заметила бы свет. Тебе было известно, куда я собиралась, поэтому ответь: ты написал письмо, чтобы завлечь меня сюда? Если да, то… – Клотильда чувствовала, что вот-вот сорвется. Кто-то хочет свести ее с ума. И ему это удается. – Я должна знать, ты автор письма или моя мать!

Франк был ошеломлен, он почти испугался. В сумраке ночи они напоминали актеров старого черно-белого кино.

– Прекрати немедленно, Клотильда! Опомнись! Я собираюсь бросить тебя, потому что стоит мне отвернуться, и ты кидаешься в объятия чужого мужика, а ночью прыгаешь к нему в койку. Валу, слава богу, ничего не знает и спокойно спит дома. Проклятье, ты все разрушаешь! Ладно – мы все разрушаем, здесь и сейчас, а тебя интересует только твоя мать. Хуже – ее призрак! – Он попытался рассмеяться. – Я знаю, некоторые мужчины разводятся с женами, потому что у их тещ ужасный характер… Но не из-за призрака тещи, будь он неладен!

Франк снова дернул Клотильду за руку, вынуждая ее двигаться, и домика пастуха как не бывало.

– Ты больше ничего не хочешь сказать, Кло? Забудь о мертвых! Вспомни о дочери, раз уж я тебя больше не интересую.

И тут Клотильду осенило.

Мужчина, который сейчас сурово отчитывает ее, ругается, орет, – чужой человек. В тот вечер, когда они познакомились, Франк был в костюме Дракулы. Это он ее клеил, он захотел на ней жениться. Он захотел остаться. Она много лет просто соглашалась на его присутствие рядом с собой.

Принимать, улыбаться, молчать.

– Мне не плевать на семью, Франк, я растеряна. Понимаешь? Рас-те-ря-на! И сейчас все тебе выскажу. Да, я думаю, что моя мать жива. Хотя знаю, что этого не может быть… Я не осмеливалась поделиться с тобой, Франк… Я знаю, кто убил родителей, кто испортил «фуэго», кто…

– Да мне насрать, Клотильда! – заорал Франк. – На аварию, на твоих родителей – они мертвы уже двадцать семь лет, – на твоего брата, которого я никогда не видел. Я готов взорваться от мысли, что ты целовалась с другим мужиком, что он тебя лапал, а в этой хибаре вы собирались… собирались… завалиться в койку! Я не смирюсь, не прощу. Просто не могу, Кло. Ты все испортила, когда решила сюда вернуться. Ты все вокруг себя разрушаешь!

Остальной путь они проделали молча.

Осунувшийся Франк и Валу сидели за столом. Перед отцом стояла чашка кофе, свежая как роза дочь поглощала кукурузные хлопья с шоколадным молоком, посматривая на яичницу-глазунью и апельсиновый сок.

Клотильда стояла у раковины. Франк сделал глоток кофе и заговорил:

– Хочешь хорошую новость, Валу? Мы можем плавать на 470-й, той яхте, что я зафрахтовал, два-три дня, а не один. Даже неделю.

Валу расковыряла вилкой желтки и спросила:

– Неделя втроем на яхте?

– Вдвоем. Мама останется на берегу. Мы будем делать остановки в Аяччо, Портиччо, Проприано… И в бухтах, доступных только с моря.

Девочка вытерла тарелку хлебом и, не попросив уточнений, достала телефон: точь-в-точь генеральный директор, которому потребовалось срочно отменить все дела, назначенные на ближайшие дни.

Клотильда ходила по бунгало, складывала в рюкзак Валу теплые вещи, лекарства, зубные щетки, крем от загара, любимое печенье дочери, любимые бисквиты Франка – в количестве, достаточном для двоих. Она играла роль идеальной жены, предупредительной и заботливой, но поможет ли это все исправить?

Кретинка!

С чего она решила, будто сегодня «играет роль»? Много лет те же действия были привычными и естественными.

Франк встал.

– Идите, я сама все уберу.

08:57

Их ждал принадлежащий кемпингу минивэн. Франк с Клотильдой несли к стоянке тяжелые рюкзаки. Валентина шла следом, глядя на экран мобильного, как будто загрузила в него GPS-приложение, которое не давало ей потеряться на территории.

Франк бежал.

Смывался, драпал, уплывал с тонущего корабля в открытое море на шлюпке. «Что я делаю? – подумала Клотильда. – Притворяюсь, что не изменяла ему? Не сама заварила кашу?» Она не чувствовала себя виноватой. Казалось, все случившееся было запрограммировано много лет назад, а она – игрушка в чьих-то руках. Франк за ней шпионил, скрыл часть правды и мог легко все подстроить – и документы из сейфа забрать, и накрыть тот проклятый завтрак. Франк хотел свести ее с ума. Вчера не дал встретиться с матерью, сегодня крадет у нее дочь. Корит ее за то, что сбежала на несколько часов ради встречи с Наталем, а теперь собрался исчезнуть на несколько дней в неизвестном направлении.

Франк сказал: «Нужна пауза, чтобы все обдумать. Чтобы защитить Валу…» – и Клотильда не стала спорить. Именно этого она сейчас хотела, ей нужно время на расследование.

Шофер по имени Марко уже стоял рядом с минивэном.

– Надо идти…

Клотильда расцеловала Валентину, подошла к мужу и спросила, сделав лицо жалкой идиотки:

– Вы мне позвоните? Обещаете?

– Если в Бермудском треугольнике будет сигнал, – откликнулась Валентина, не отрываясь от экрана.

Машина исчезла в конце дороги. Франк договорился с Червоне Спинелло, что их отвезут в порт Кальви, к 470-й, а «пассат» оставил Клотильде. Единственные слова, которые он утром сказал жене, касались машины: документы в ящике для перчаток, уровень масла нормальный, шины подкачаны, ключ от бензобака там-то. Клотильда слушала вполуха – она прекрасно знала устройство двигателя, а Франк играл роль мужа, оскорбленного в лучших чувствах, но ведущего себя с достоинством.

Ее альтер эго мужского пола.

Такой же глупый. Ну поциничней, раз напоследок показал, как откидываются спинки сидений.

По дороге на Кальви ехали семьи в легковых машинах и кемпинг-карах, и у Клотильды комок стоял в горле, хотя она не впервые расставалась с мужем и дочерью. Каждую субботу Франк водил Валу на баскетбол. Их не было несколько часов (не дней!), а она «сбегала» – не с любовником, с книгой.

Клотильда стояла и думала об отце: за несколько дней до аварии у скал Петра Кода он тоже ушел в море на паруснике – во всяком случае, так ей рассказывали – и вернулся в День святой Розы, 23 августа.

Послезавтра…

Кто-то тронул Клотильду за руку, она обернулась и увидела Червоне Спинелло. Он дал указание Марку и согласился оказать услугу Франку.

– Не грусти, Клотильда, тебе повезло. Франк взял Валу с собой, а другой мужик смылся бы, оставив ребенка на жену.