Красная хризантема - Лора Джо Роулэнд

Казалось, не осталось ничего, что могло бы убедить Рэйко отказаться от решения принести себя в жертву.

— Ты не сможешь, — проговорила она. — По крайней мере в том, что касается меня.

— Почему это я не смогу оправдать тебя? — Сано озадаченно посмотрел на жену. — Не понимаю.

Рэйко покачала головой и поджала губы. Объяснение было слишком страшным.

Лицо Сано побледнело от злости.

— Что бы ни заставило тебя поступать таким образом, я не собираюсь заявлять сёгуну о твоем признании, — сказал он твердым голосом. — Я не собираюсь бросать тебя, словно лишний груз с тонущей лодки.

Рэйко была в отчаянии от его упрямства.

— Если ты не сделаешь, как я прошу, я совершу сэппуку прямо сейчас, не думая о ребенке. — Она выхватила из рукава кинжал. — Раз я могу спасти двоих из четверых, то я сделаю это!

Она ухватила рукоять двумя руками. Ее тело и даже душа содрогнулись от намерения убить не только себя, но и ребенка, которого она любила со всей материнской страстью — с того самого дня, когда она почувствовала, что беременна. Рэйко направила клинок себе в живот.

Крик ужаса вырвался из груди Сано:

— Нет!

Он схватился за кинжал. Его руки ломали и выкручивали ее в попытке вырвать из них оружие.

— Отдай! — выла Рэйко. — Оставь меня!

— Безумная! — рычал Сано, отчаянно борясь с женой. — Прекрати немедленно!

Вырвав у нее кинжал, он вскочил и спрятал его за спину.

— Зачем ты это делаешь? — крикнул он.

— Я уже сказала! — Рэйко была вне себя, она тяжело дышала, глаза ее лихорадочно горели.

— Плевать мне на твои отговорки! Рассказывай все как есть!

В его глазах сквозь злобу сияла любовь. И она сникла. Слезы потоком хлынули из ее глаз, смывая бремя с ее души.

— Я убила правителя Мори! — прорыдала она. — Я заслуживаю смерти…

Сано остолбенел; открыв рот, он так сильно втянул в себя воздух, что едва не зашелся от кашля. Однако, глядя на плачущую Рэйко, он не столько почувствовал удивление от ее признания, сколько ощутил, что вот-вот произойдет неизбежное. Он понял, что страшился именно вот этого момента. Его сомнения относительно версии Рэйко, все, о чем предупреждало его чутье сыщика, не подвели его. Все его усилия поверить Рэйко, найти объяснения свидетельствам против нее были напрасны. А теперь он знал, что именно она пыталась от него скрыть.

Она убийца.

Сано не чувствовал ни малейшего удовлетворения, какое приходило к нему обычно при раскрытии других преступлений. Скованный ужасом, он прошел к шкафу и положил в него кинжал, чтобы он больше никому не причинил страданий. Затем опустился на колени рядом с Рэйко. Она, закрыв лицо руками, плакала.

Она сделала все этими вот руками, маленькими, нежными…

Однако душа Сано отказывалась принимать то, что подсказывал ему разум и только что услышали уши. Рэйко подняла на него глаза. Лицо ее было мокрым от слез, на лице застыл страх: она ждала, когда он заговорит.

— Нет. Этого не может быть. — Он был столь же тверд в своем возражении, сколь и не уверен в нем.

Она склонилась перед ним, опустив голову и упершись руками в пол.

— Прости! — простонала она. — Прости!

Это был кошмар из кошмаров.

— Зачем ты это сделала? — спросил он, изумляясь тому, что должен был задать ей вопрос, который обычно ставил перед любым другим сознавшимся преступником, словно распутать все до конца было единственным, что пришло ему в голову.

— Я не знаю, — простонала она. — Я не могу вспомнить!

А вот это было уж совсем странно. Невообразимо!

— Как ты могла забыть такое?

Рэйко выпрямилась, сжала руками голову. Платок ее развязался, волосы рассыпались по плечам.

— Что-то случилось с моей головой. Начались какие-то провалы в памяти…

Сано был скорее заинтригован, чем понимал, о чем идет речь. Даже несмотря на то что его не особенно радовала перспектива узнать подробности преступления и его причины, он должен до всего докопаться.

— Полагаю, ты расскажешь мне все!

Она вытерла глаза, поправила волосы и постаралась перестать плакать.

— Я медитировала, восстанавливая в памяти ночь в имении правителя Мори. Я видела два эпизода из того, что произошло. В первом случае я была в его комнате, когда он спал. Он проснулся и посмотрел на меня. Он спросил меня, кто я такая и что там делаю. Потом он полз, размазывая по полу кровь из своих ран. И молил меня о пощаде.

Сано слушал — с ужасом, который нарастал с каждым словом Рэйко. Из них следовало, что она по собственной воле пробралась в спальню и внезапно напала на беспомощного правителя Мори.

Рэйко вздрогнула и продолжила рассказ:

— Второе видение было еще хуже. Я была с ним в постели. Он лежал на мне. Мы занимались… — Она стала царапать себе плечи, словно пытаясь соскоблить плоть, которая касалась правителя Мори, и затрясла головой.

Воображение Сано дорисовало эту сцену. Его объял невероятный ужас: все складывалось так, что его жена соблазнила в ту ночь правителя Мори.

— Потом у меня в руках появился кинжал. Я бросилась на правителя Мори. Я ударила его кинжалом. — Рэйко показала, как она это сделала. — Сано содрогнулся. — А затем… — Ее затошнило, из горла вырвались сдавленные звуки. — А затем я стояла на коленях над лужей крови. В ней плавала белая хризантема. В руках у меня были гениталии правителя Мори. — Рэйко опять изобразила, как это было. Сано показалось, что он действительно видит у нее в руках отрезанный, окровавленный член. — Потом я сказала… я сказала: «Поделом тебе, порочный выродок!».

Она бросилась на пол и зарыдала так, что тело ее забилось в конвульсиях.

— Поэтому, как ты видишь, это правда. От нее не спрятаться. Я его убила! Я заслуживаю наказания!

Сано был так ошарашен происходящим, что утратил дар речи. Еще недавно он сожалел, что не располагает надежными свидетельствами того, как произошло убийство. Теперь они у него были. Собственные воспоминания Рэйко были самыми вескими уликами против нее. И все же его не покидало странное чувство облегчения — Рэйко наконец была с ним искренна. Сейчас, когда между ними не было недосказанности, он, как никогда прежде, был склонен оправдывать ее.

— Быть может, эти видения не означают того, чем кажутся, — сказал он с усилием.

Она села и недоверчиво посмотрела на него красными, распухшими от слез глазами.

— Что еще они могут означать?

— Возможно, ты просто вообразила то, что увидела в них.

— Едва ли. Они были такими яркими. — Рэйко была в отчаянии. — Они происходили в реальности. Я знаю, что все это было, как бы мне ни хотелось поверить, что это одни лишь видения.