Непоправимый брак - Евгения Горская

Прямо перед ним стоял джип с номером, который называла Инна – два-два-четыре.

Глеб опустил ветки, переместился влево.

Отсюда была видна поляна.

Лера и Инна стояли, прижавшись друг к другу у толстой сосны.

Высокий мужчина, встретивший их на трассе, заботливо кинул им под ноги ветровку и тоном радушного хозяина предложил:

– Садитесь. Ждать придется до вечера.

– Где Боря? – хрипло спросила Инна, а Лера схватила ее за руку.

– Вы увидите его вечером!

Это сказал еще один мужчина, его Глеб сразу не заметил.

Людей на поляне можно было принять за отдыхающих. Если бы девушки не жались друг к другу.

Второй мужчина был немолод. Пожалуй, теткин ровесник.

В висках застучало. «Я не справлюсь, – тоскливо подумал Глеб. – Я не сумею. Я не спецназовец».

Наверное, Глебу не удалось стать индейцем, старик обернулся в его сторону.

Глеб замер.

Убежать?.. Вызвать полицию?..

Мужчина медленно двинулся в его сторону.

Потом Глеб удивлялся, что смог это сделать.

Он схватил старика за горло, когда тот был метрах в полутора от ельника. Сжал левым локтем шею мужчины, а правой рукой приставил к его голове пистолет. Как супермен в кино.

Даже догадался прикрыться стариком.

У того, что моложе, тоже, как в кино, мгновенно появился в руке пистолет.

«Я не справлюсь… И бежать поздно…»

– Брось оружие! – хрипло крикнул Глеб. – Брось!

Ему повезло, старик не сопротивлялся. Он даже как будто обмяк. Глебу приходилось его поддерживать.

– Папа… – глядя на старика, прошептал Петр. – Папа!

– Брось оружие!

Тот, что помоложе, смотрел на отца непонимающими глазами. Он как-то сразу изменился, перестал быть суперменом, сделался растерянным, испуганным и даже вроде бы стал меньше ростом. И опустил руку с пистолетом, как будто держать его ему было тяжело и незачем. Глеб понимал, что растерялся враг только на минуту, и это надо как-то использовать.

Он не сумел. Он не супермен и спецназовец, он всего лишь айтишник.

Моментом воспользовалась Инна.

Бросившись к молодому, она ударила его по руке. Пистолет отскочил, упал в траву.

Петр не кинулся за оружием, он шагнул в сторону отца. И тогда Глеб понял, что враг сдался.

Больше одного шага Петр сделать не успел, Инна подхватила пистолет и ударила им Петра по лицу.

– Где Боря?!

Глеб больше не держал старика, и тот упал. Глеб успел этому удивиться.

– Папа…

– Где Боря?!

– Там, – кивнул в сторону Петр. На Инну он тоже смотрел непонимающими глазами. По лицу у него текла кровь. – Там, за кустами.

Глеб не стал мешать ему склониться над отцом.

Глаза у старика были закрыты. Он умер через несколько минут.

«Петр сдался, потому что один не смог бы скрыться, оставив за собой гору трупов», – отчего-то равнодушно подумал Глеб и подошел к бессильно опустившейся на траву Лере.

– Испугалась? – глядя на нее сверху вниз, спросил Глеб.

– Очень, – кивнула она.

– И я испугался.

Этого не стоило говорить, перед женщинами надо выглядеть суперменом.

* * *

Рядом слышался тихий голос. Держаться за него было хорошо, приятно.

Голос умолк. Борис хотел попросить, чтобы он заговорил снова, но не смог. Еще хотел открыть глаза, но тоже не вышло.

– Все хорошо, Боренька, – снова зазвучал голос. – Все хорошо…

Ему очень хотелось, чтобы Инна взяла его за руку, и он попытался пошевелить пальцами.

Наверное, это удалось, потому что жена сжала его ладонь и принялась гладить пальцы. Он знал, что это Инна. Он ни с кем не мог ее перепутать.

От того, что она говорит и держит его за руку, стало совсем хорошо, и он снова провалился в небытие.

Рядом с женой небытие не казалось страшным.