Брачный договор - Мишель Ричмонд

Я жду, но она все не едет. Спать я ложусь после часа ночи. В третьем часу Элис тихонько ложится рядом со мной. В тонкой футболке и трусиках она такая теплая и красивая. Когда я поворачиваюсь и обнимаю ее, она напрягается. Утром я просыпаюсь в шесть. Элис уже нет дома.

Призна́юсь честно: я ужасно боюсь, что теряю свою жену.

Придя в офис, стараюсь настроиться на длинный рабочий день. Утром у меня три супружеские пары, днем – подростки, которые приходят каждый четверг. С подростками не расслабишься, они как звери в африканской саванне: чувствуют слабину и без малейших колебаний нападают.

Консультация с Ридами – Юджином и Джуди – проходит на удивление хорошо. В одиннадцать являются Брайан и Нора Фьорина – мои самые молодые клиенты-супруги, им тридцать один и двадцать девять. Брайан и Нора женаты всего девятнадцать месяцев, а в их отношениях уже наметился разлад. Мой номер телефона Брайану дал его клиент, с которым он играет в теннис. Нора сначала не хотела идти, но согласилась ради мужа. На первой консультации они рассказали мне, что познакомились в интернете и быстро поженились. Нора из Сингапура, у нее были проблемы с визой, и если бы они не поженились, ей бы пришлось вернуться. Оба работают в сфере технологий, но когда они пришли ко мне в первый раз, Нора находилась в поисках работы, так как рабочая виза у нее закончилась. Проблемы с работой пошатнули ее самооценку, что, в свою очередь, негативным образом сказалось на браке.

Нора сегодня настроена воинственно. Похоже, они поссорились по дороге. У Брайана усталый вид.

– Не знаю, зачем мы вообще пришли, – начинает Нора, опускаясь в кресло.

Брайан расположился в углу дивана, руки его скрещены на груди – он явно не настроен на сотрудничество. Нора сидит неестественно прямо, волосы ее стянуты в тугой узел на затылке.

– А лично вы почему пришли? – спокойно спрашиваю я.

– Наверное, потому, что нам назначено, – растерянно отвечает Нора.

– Только поэтому?

– Да.

Брайан закатывает глаза.

Они оба молчат с минуту. Иногда это именно то, что нужно. Как и пробежка по пляжу, минута тишины помогает выпустить пар – напряжение потихоньку уходит, беспокойство улетучивается.

– Вы цените брак? – спрашиваю я. – Он вам нужен?

Нора смотрит на мужа. Брайан оживляется. Судя по выражению лица, мой вопрос его удивил, возможно, неприятно.

– Я думаю, – начинает Нора, тщательно взвешивая слова и глядя только на меня, – что одному быть легче. Отвечаешь только за себя, можешь делать что хочешь, есть что хочешь, ходить куда вздумается, ни перед кем не надо отчитываться. Все просто.

– Да, просто, – соглашаюсь я. – Но всегда ли «проще» означает «лучше»?

– Конечно, – говорит Нора не думая.

Потом смотрит на меня с победным видом, будто мы играем в шашки, и она только что пробилась в дамки.

– У группы Mariachi El Bronx^[28] есть песня, которая мне очень нравится. Я слушал ее сегодня утром. В ней поется о том, что человек радуется тому, что он один, пока не поймет, что он одинок.

Я включаю песню на плейере; мягкая приятная мелодия сразу же меняет общую атмосферу в кабинете.

Нора внимательно вслушивается в слова песни.

– Да, чем проще, тем лучше, – говорю я. – Согласен. Никаких проблем. Никаких сложностей. Но человек – существо сложное. Да, нам нравится, когда все просто, мы не хотим проблем. Проще жить одному без сложных отношений. Меня самого порой тянет посидеть спокойно дома перед телевизором с попкорном.

Брайан подается вперед.

– Но знаете, что? – говорю я Норе. – Иногда мне хочется, чтобы было сложно. Так интересней. Это своеобразный вызов. Люди, которые живут просто, редко достигают чего-то выдающегося, а мне хочется достичь чего-то в жизни.

Нора как будто оттаивает. Плечи ее расслабились, выражение лица из сердитого стало спокойным.

– Брайан вам небезразличен? – спрашиваю я ее.

– Нет.

– Он хорошо к вам относится?

– Конечно.

– Он вас привлекает?

Нора впервые улыбается.

– Да.

– Ну и что еще надо? – спрашивает Брайан, шутя похлопывая себя по пивному животику; они оба смеются.

И я понимаю: все у них будет хорошо.

62

Еще один день без звонков и сообщений от Элис. Мы похожи на двух уставших друг от друга людей. Обычно такое бывает после многих лет брака. Мы живем, как соседи, а не как любовники. Да, спим мы в одной постели, но просыпаемся в разное время.

На улице уже темно. Я пишу эсэмэску:

«А поужинать?»

«Буду поздно».

«Надо же есть иногда».

«Печенья поем».

«Привезти тебе чего-нибудь получше?»

Молчание. Долгое.

«Подъеду к девяти», – пишу я.

Она снова молчит. Еще дольше. Потом отвечает:

«Ок».

Собираю сумку-холодильник: сэндвичи, жареный картофель, шоколадные кексы, напитки. Встаю на стоянку за офисом Элис, сижу в темноте и слушаю радио. На музыкальном канале сегодня рассказывают про альбом Боба Дилана Blood on the Tracks. Это, конечно, один из лучших альбомов всех времен, но лучше бы они выбрали что-нибудь другое. Повеселее. Дилан понимал, что брак – это сложно.

Звучат вступительные аккорды песни «Поворот судьбы», и в машину садится Элис.

– «Кровь на дорогах» слушаешь? – смеется она. – В тему, однако.

Я даю ей сэндвич и пачку чипсов. Предлагаю минералку и диетическую колу. Она выбирает колу. Потом вгрызается в сэндвич, как дикий голодный зверек. Мы молча едим под музыку.

– Я бы предпочел Planet Waves, – говорю я.

– Кто бы сомневался, – говорит Элис и начинает напевать светлую и оптимистичную «Свадебную песню».

Ее голос звучит чисто и нежно, хоть она на меня и сердится. Но она тут же бросает «Свадебную песню» и начинает вместе с Диланом петь «Идиотский ветер».

Потом доедает сэндвич, сминает оберточную бумагу в шарик и засовывает его в сумочку.

– Вадим уже три дня не вылезает с работы, потому что я его кое о чем попросила.

– Неудивительно. Вадим без ума от тебя.

– Знаю. Но он делает кое-что по моей просьбе, не по работе, а личное.