Адам не женится на Еве - Лариса Соболева

– Кого? – вытаращился Санин.

– Двух зайцев сразу. Выкупил квартиры и землю, жильцов расселил, кстати, земля досталась ему за гроши, но тут не обошлось без моего убиенного Леонова. Ходят слухи, а в данном случае они правдивы, Леонов получил то, что положено было получить казне города. Короче, расплатился Бабаджанов с ним. Ну, знаете, как: устроили торги, участок не внесли в список, а потом появился другой список, где эта земля оказалась купленной Бабаджановым.

– Я что-то не пойму, – замахал руками Санин, останавливая его. – Он же выкупил дома, соответственно, и землю…

– Ты безнадежно отстал от жизни, – сказал Олег. – Дома Бабаджанов снес, а ему Леонов: извините. И постановлениями затряс, мол, вы ничего не построите, так как земля вокруг бывших домов принадлежит городу, стройте конкретно на местах снесенных зданий.

– У Бабаджанова юристов куча, разве они не могли прищемить хвост Леонову? – не понимал Санин.

– Два юриста, а в результате три мнения – всем известный факт, – возразил Олег. – Бюрократы на спорах собаку съели, это их хлеб с маслом. Чтобы не появилось новых Леоновых, Бабаджанову нужно было и землю, и воздух, и небо над этой землей застолбить лет на сто. С одним Леоновым договориться – дешевле обойдется. В итоге получилось, что желающих выкупить участок не нашлось, а они были. Причем один из желающих – Астраханов. Ему принадлежала идея выкупить квартиры и землю, но деньжат не хватило, и он ушел в сторону.

– А у Бабаджанова хватило бабок на такое масштабное предприятие? – с сомнением спросил Цибаев. – И квартиры, и земля, и на лапу кинуть, еще и центр отгрохал… Сумму страшно представить.

– Это у тебя не хватит денег даже на яму под фундамент, а у него хватает, – сказал Олег. – Слушайте, к чему я вел. Бабаджанов воспользовался, расселяя людей, городским фондом. В этом фонде есть не только вновь выстроенное жилье, на которое очередь до Сахалина, но и резервное. Умерла, например, старушка, родственников нет, жилье переходит в собственность города…

– В шустрые ручки тоже, – вставил Санин.

– Вот-вот, – закивал Олег. – Подобного жилья не так мало, как оказалось, этим фондом и воспользовался Бабаджанов. Ввиду аварийной ситуации люди рады были переселиться хоть куда, сделать капитальный ремонт собственными силами, а многим чуточку увеличили жилплощадь. Более того, например, парню, инвалиду войны, вручили ключи от квартиры в новом доме, разговоров по этому поводу было… Бабаджанов предстал спасителем народа, с гордо поднятой головой вступил в думу, в общем, в результате вышла неплохая пиар-акция перед выборами.

– Так он бабки не потратил, переселяя людей? – спросил Санин. – Ну и махинаторы. Остап Бендер отдыхает.

– Что-то, наверное, потратил, – возразил Олег. – Ему же не за красивые глаза отдавали квартиры, но это несоизмеримо меньше, чем если б он заплатил за вновь выстроенное жилье. А на какие шиши наши госслужащие строят особняки, покупают себе и детям дорогостоящие автомобили? Берут. И берут много.

– Всем хочется жить хорошо, – согласился Санин. – Тут принцип: оторвал кусок, поделись долей.

– А заведовал свободным жилым фондом… – Олег сделал паузу, хитро оглядев всех. – Догадайтесь с трех раз.

– Не томи, – проворчал Катков.

– Ярыгин. Которого ночью пах-пах.

– Ты считаешь, последние два убийства связаны с Бабаджановым? – спросил Цибаев.

– Выдвигаю как одну из версий. Но ты неверно сформулировал. Выбивают тех, кто был в деле с Бабаджановым. Пока это выглядит так.

Что-то в Олеге привлекло Каткова, потому что он остановил свой неповторимый взгляд на нем, замерев. И то ведь открытие: молодой человек поначалу не показался ему башковитым, а он вон какой.

– Откуда у тебя столько подробностей? – осведомился Катков.

– От отца, – ответил Олег.

– А кто у нас папа?

– Он в ОБЭП служит. – И не сказал, что папа один из начальников, хотя все равно не скроешь, но аргументы должны быть убедительными в интересах следствия.

– А-а… – понимающе протянул Катков. – Я порекомендую прокурору поручить дело по убийству Ярыгина тебе.

– Не надо! – едва не поперхнулся чаем Олег. – Мне Леонова хватит. И на меня вешают все текущие дела…

– Да не стесняйся, Олег, бери дело, – скептически усмехнулся Санин. – Че там раскрывать? Версия есть, и, как я понял, круг подозреваемых узок…

– Помолчи, – бросил ему Катков. В паузе он поскреб пальцами щеку, посопел носом, надул губы. – А Галдин? Каково его участие?

– Неизвестно, Глеб Аркадьевич, – с сожалением развел руки в стороны Олег. – Эту бригаду «ух» давно ведут, вроде бы все известно о них, а взять не удается. Но Галдин в списках не значится, разве что соратник табачного капитана.

– Тем не менее его убили в доме Бабаджанова. Скажи уж, раз тебе все известно, Астраханов сам ушел от борьбы за участок или его смел Бабаджанов?

– Я ж говорил: денег не хватило, значит, сам.

– А ты случайно не знаешь, – подчеркнул Катков слово «случайно», отчего фраза приобрела ироничный оттенок, – что Астраханов собирался там строить?

– Нет. Если хотите, узнаю.

– Элитный жилищный комплекс, – подал голос из угла опер («хвост» Зоси). – У Астраханова самая масштабная строительная фирма в городе, он строит все: предприятия, частные особняки, многоэтажки, дорогое жилье на продажу под ключ и стройварианты, когда только стены с окнами и доводят их до ума сами жильцы. Честно говоря, я не верю, что у него не хватило денег.

– Ты неплохо осведомлен, – заметил Катков.

– Крупные дельцы, Глеб Аркадьевич, так или иначе, всегда дают повод, чтобы ими заинтересовалось УВД.

– А почему ты до сих пор здесь? – вдруг вспомнил Катков, снимая с аппарата трубку, так как раздался звонок. – Гони по адресу, куда наша Зося ездила, разузнай о ней у соседей. Я слушаю… Ага, ага… Спасибо, уважил. – Положив трубку, он скрестил на груди руки, притом сиял. – Как я и предполагал, могилы Астрахановой Ады не существует.

– Она жива? – уточнил Цибаев.

– Скорей всего, нет, – сказал Катков. – Собственно, таинственное исчезновение Астрахановой меня привлекает пока по одной причине: мы можем задержать Зосю по подозрению в убийстве Ады. А там прижмем ее, и она выложит, за что убит Галдин. Заодно расскажет, куда дела Астраханову. Действуем по обычной схеме: сначала сажаем в изолятор, чтобы набралась впечатлений, а вечерком, когда никто не помешает, я допрошу ее.

– Лучше утром, – посоветовал Санин. – Ночь в изоляторе действительно производит неизгладимое впечатление.

– А ты, – указал на него пальцем Катков, – поезжай в район, где прячется Дана Гуйва. Пошатайся там, авось она выйдет. Фотографию не забудь.

– Кстати, Глеб Аркадьевич, – поднялся и Цибаев. – Дом определен точно, откуда она говорила со Зверевой, только квартиру не установили, но примерно это левая сторона.