Круг невинных - Валентен Мюссо

– На этом фото вы видите пожарных в герметичных скафандрах, которые защищают от ядовитых испарений. К счастью, в этот раз погибших оказалось всего трое: машинист поезда и двое несчастных подростков, оказавшихся возле путей. Но погибших могло быть несколько десятков: бутадиен – очень взрывоопасное вещество, чувствительное к малейшим изменениям внешней среды. Он может взорваться из-за слабого ветерка или увеличения влажности воздуха. Установить причины несчастного случая было крайне трудно; в конечном итоге все сошлись на том, что авария произошла из-за резкого торможения.

Мне хотелось прервать эту маленькую демонстрацию, чтобы спросить Полифема, что он хочет этим сказать, тем более что я уже догадывался: вероятно, все трагедии были предсказаны Александром. Третий случай вовсе не показался мне странным.

– Февраль две тысячи третьего года, среди ночи начался пожар на втором этаже марсельского отеля. Поддавшаяся панике пара выбросилась из окна пятого этажа. Двадцатидвухлетняя женщина погибла, мужчина остался инвалидом на всю жизнь. Трое раздавлены рухнувшей крышей. Большинство погибших сгорели, еще несколько задохнулись. Общий итог пожара: двадцать погибших и десять пострадавших.

Я сразу же понял, что речь идет о трагедии, описанной в той газете, о которой мне рассказал Тесье. На переданном мне снимке можно было подробнее рассмотреть ту катастрофу, которую я до сих пор мог только вообразить себе. Фотография была снята снизу. На первом плане я увидел морских пожарных, со спины, в красных касках с белыми и голубыми полосами. За ними на фоне голубого неба вырисовывались остатки гостиницы. К последним этажам, совершенно обугленным, приставлена пожарная лестница; оконные проемы зияли, будто пустые глазницы черепа. Судя по всему, снимок был сделан на следующий день после трагедии.

– О некоторых из этих событий Тесье вам рассказывал, – снова заговорил Полифем уже менее торжественным тоном.

– Да.

Так как он знал, что мы встречались, скрывать правду было бесполезно.

– Я мог бы упомянуть и о других случаях, но боюсь, что вам это быстро наскучит.

С безразличным видом он кинул на стол остальные фотографии.

– Почему вы мне все это рассказываете, тем более зная, что Тесье обо всем мне уже говорил?

– Я хотел, чтобы вы хорошо это себе уяснили, чтобы как следует подумали о страданиях жертв и об их семьях. А теперь я хочу, чтобы вы снова поразмышляли о святом Фоме: общество всегда должно превалировать над индивидуумом. И не будет ли оправданно пожертвовать небольшим их количеством ради общего блага.

– Какое это имеет отношение к возможностям и предвидениям Александра? Вы думаете, что всех этих катастроф можно было избежать, если бы мой племянник их предсказал? Я ни на секунду не поверю ни в ваш гуманизм, ни в ваши альтруистические чувства. Вы хотите наложить лапу на этого мальчика, чтобы сделать из него подопытную мышь, как это десятилетиями делали американцы ради чисто военных целей.

Полифем не смог удержаться от смешка, в котором звучало разочарование.

– Нимье, вы что, так ничего и не поняли?

Помолчав пару мгновений, он произнес с нотками гнева в голосе:

– У Александра нет никакого дара предвидения. Он не предсказал эти трагедии, он их вызвал.

3

– Вы считаете, я этому поверю?

– Я знаю, что есть правда, в которую трудно поверить, но мы с вами и так уже потеряли много времени. «Сказать правду полезно для того, кому ее говорят, но невыгодно для тех, кто ее говорит, так как они вызывают к себе ненависть»[38]. Эту до ужаса правдивую фразу написал Паскаль…

– Подите вы к черту с вашими цитатами!

– Думайте обо мне все, что хотите, Нимье, но вам придется принять очевидное. Ваш племянник не предсказал ни одно из этих событий, его возможности гораздо необычнее и гораздо ужаснее. Он обладает способностью на расстоянии вызывать катастрофы, которые уже повлекли за собой человеческие жертвы, много жертв.

Полифем встал со стула и направился к огромному экрану. Взяв пульт, он снова повернулся ко мне.

– Чем пытаться убедить вас на словах, я сейчас покажу вам отрывок из очень поучительного фильма. Вы больше не сможете сказать, будто я манипулирую вами с помощью правдоподобных слов.

Первая сцена, судя по всему, происходила в какой-то лаборатории. Однако на экране был виден только стол, застеленный каким-то материалом, который я не мог хорошо разглядеть. Возле стола находился двенадцатилетний мальчик, в котором я сразу же узнал Александра. Вне всякого сомнения, эти кадры были сняты в тот период, когда он учился в институте Карлье. На столе виднелась странная коробка – прозрачная, герметично закрытая. В коробке находился деревянный цилиндр. Внезапно послышался незнакомый голос, который без всякого выражения произнес:

– Эксперимент ПК номер семь, вторая попытка.

Без всякого внешнего воздействия маленький деревянный цилиндр начал шевелиться за прозрачными стенками коробки: сперва еле заметно, как если бы на него осторожно подули, а затем очень быстро закрутился винтом. Я предположил, что причиной этого феномена был Александр, даже несмотря на то, что у него не изменилось выражение лица и он не производил впечатления особенной сосредоточенности. Секунд через десять цилиндр замедлил свое странное вращение и полностью остановился. В это мгновение Александр повернулся к камере, и я заметил, насколько он похож на Рафаэля. У меня было впечатление, что я перенесся на тридцать лет назад и встретил моего брата в подростковом возрасте: тяжелого в общении, непокорного, а иногда и бесчувственного. Также я ощутил сострадание к этому мальчишке, который должен делать то, что ему совершенно не нравится.

Экран снова погас. Полифем объявил тоном, не допускающим возражений:

– Психокинез. Влияние разума на материю.

Я оторвал взгляд от темного экрана и пристально посмотрел на своего собеседника.

– …обозначаемый аббревиатурой ПК, которую вы слушали в фильме. Это явление еще иногда называют телекинезом.

Непроизвольно я прошептал:

– Невероятно!

– Все в современных законах физики отрицает существование подобных феноменов, но, как вы только что видели, это не мешает им преспокойно существовать. Вот в чем преуспевает Александр: прогрессивный пси-фактор. А вовсе не предвидение.

Я все еще находился под впечатлением от фильма, и Полифем принял мое молчание за недоверие.

– Эксперимент, который вы только что видели, был, разумеется, осуществлен безо всякого жульничества. Герметичная коробка обычно используется, чтобы исключить любую возможность воздействия ниткой или магнитом. Но в случае с Александром мы постарались сделать эксперимент наиболее убедительным, изолировав объект от того, кто на него воздействует. Такого рода эксперимент проводился еще много раз, но с Александром они были внезапно прекращены по той причине, о которой вы уже знаете.