Прощальный поклон капитана Виноградова - Никита Филатов

– Ну, не то чтобы… Шефу плевать – лишь бы вовремя в оперативно-поисковое дело бумажки складывались. Он вообще считает, что случаи вроде этого взрыва или сами собой раскрываются, или так и виснут глухарями на веки вечные. Но парень есть один, в прокуратуре, – он заинтересовался! Просил держать в курсе, помощь обещал.

– Смотри… – усомнился Виноградов. Потом вспомнил: – А зачем тебе та старая пленка, которую мы в гостинице снимали?

– Не знаю, – честно признался Денис.

– Ладно, я позвоню, чтобы Дементьев ее отыскал. Хотя – вряд ли, столько времени прошло…

– Да я понимаю! Спасибо.

– Ну, и вообще… Звони, если что! – Владимир Александрович привычным жестом вытянул из красивого портмоне визитку: – Телефон домашний, а это – мобильник.

Одной из немногих профессиональных заповедей адвоката Виноградова было – никогда не отказывать в помощи бывшим коллегам в милицейских погонах. Во-первых, это благое дело, а во-вторых, никогда не знаешь, кто из них пригодится в будущем.

– Спасибо еще раз! До свидания.

– Удачи тебе, сыщик…

Кажется, последняя фраза смахивала на цитату, но прозвучала она вполне уместно.

Нечаев потянул на себя дверь в холл перед кабинетом генерального директора фирмы, а Владимир Александрович пешком миновал несколько лестничных маршей, отделявших его от выхода из здания.

Разумеется, недавняя трагедия на углу Павловича и Малочеркасского никак не сказалась на интерьере вестибюля – если, конечно, не знать, что после недавнего взрыва на улице обыкновенные стекла на первом этаже заменили бронированными «хамелеонами». И что теперь посетители, прежде чем оказаться внутри здания, проходят через напичканную разнообразными детекторами «рамку».

Прежде чем уйти, Виноградов задержался напротив высокого, в половину стены, деревянного стеллажа. Во всю свою десятиметровую ширину стеллаж был уставлен образцами книжной продукции «Первопечатника»: детские сказки, фантастика, несколько ярко оформленных научно-популярных серий, великолепная литературная классика.

Особое место занимала бесконечная антология современного отечественного детектива. Издательство выпускало по три-четыре новых тома в месяц – и даже количество авторов давно уже перевалило за сотню. Что, естественно, не могло не сказаться на качестве… Однако современное состояние книжного рынка заставляло Виноградова серьезно задуматься над объективностью собственных критериев: хотя, с точки зрения Владимира Александровича, читать подавляющее большинство «русских триллеров» было не только противно, но и вредно для здоровья – пятидесятитысячные тиражи антологии исчезали с лотков и прилавков, едва появившись.

– Я могу чем-то помочь? – возник за спиной хорошо тренированный мужчина в форме. Его напарник, также при оружии и знаках различия, посматривал в сторону стеллажа из-за оборудованного цветными мониторами пульта.

Еще один, в безупречно пошитом штатском костюме, со скучающим видом перелистывал «Экспресс-калейдоскоп» – это и был, видимо, пресловутый прикомандированный автоматчик из могущественного ГУО, Главного управления охраны…

Надо же, какие времена… Целая армия! Можно подумать, что «Первопечатник» не книги выпускает, а героин с кокаином или атомные бомбы.

Впрочем, к интересам клиента, которого в данный момент представлял Виноградов, специфика издательского бизнеса не имела ни малейшего отношения.

Хотя, конечно, было бы любопытно покопаться… Не за бесплатно, разумеется!

– Нет, всё в порядке! – Владимир Александрович в последний раз окинул взглядом живописные шеренги глянцевых переплетов и направился к выходу.

Со скучного неба, из темно-свинцовых растрепанных туч на землю нескончаемым потоком истекало что-то холодное и густое.

«Наверное, скоро и снег пойдет», – подумал Виноградов.

Поежился, поднял сырой воротник плаща и направился в сторону метро.

* * *

Действительно, первый снег выпал уже в самом конце ноября. Неожиданно, вопреки прогнозам…

Просто, выбравшись поздним субботним вечером из динамовской бани, Владимир Александрович обнаружил, что и крыльцо, и деревья вокруг, и футбольное поле, и даже дорожка к чугунным воротам покрыты не толстым, но вполне ощутимым слоем рассыпчатой белизны.

По случаю неминуемого в бане употребления пива и кое-чего покрепче, Виноградов машину оставил на стоянке. До «Петроградской» его ребята подбросили, а уж дальше добираться пришлось общественным транспортом – так что к дому Владимир Александрович подошел незадолго до полуночи.

Хмель уже почти выветрился из головы, оставив после себя ощущение легкой задумчивости… Впереди ждал ужин с чем-нибудь горячим и мясным, а в воскресенье – возможность валяться в постели сколько угодно.

Да, ничто, кроме классической русской парной, не в состоянии так прочистить и душу, и тело измученного цивилизацией горожанина – потому-то еженедельное посещение бани неминуемо выходит за рамки обычного гигиенического мероприятия.

– Простите, вы из этого дома?

– Да.

Виноградова обступили неожиданно и слишком профессионально, чтобы это можно было посчитать просто очередным неприятным стечением обстоятельств.

По меньшей мере трое – все крепенькие серьезные мужички, даже отдаленно ни одежкой, ни поведением на уличных хулиганов не похожие. Такие скорее инкассаторские машины грабят, чем одиноких и небогато одетых путников.

– Владимир Александрович… Адвокат! – с радостью и облегчением заждавшегося человека подтвердил остальным тот, что оказался ближе всех.

Раздумывать было некогда.

– Й-оп! – Виноградов спружинил на полусогнутых и плечом ввинтился в грудь ближнему своему. Сумка при этом сорвалась вниз и, описав рассчитанную дугу, достигла незащищенного паха того, кто стоял справа.

Бывший майор-омоновец успел еще достать кулаком чью-то рожу, но напоролся на грамотный блок и чуть было не потерял равновесие:

– Ох-х…

Потом удары посыпались один за другим: в затылок, в висок, по печени, по позвоночнику… Это было, конечно, больно, но пока не смертельно – задача убить Владимира Александровича перед нападавшими не стояла, для квалифицированной ликвидации существуют другие, менее хлопотные способы.

Однако Виноградов по прошлому своему богатому милицейскому опыту знал, что в процессе подобных мероприятий исполнители зачастую входят в раж и легко могут чуточку перестараться.

– Н-на!

Падая на истоптанный снег, Владимир Александрович неожиданно почувствовал, что больше им никто не занимается.

Тем не менее народу вокруг явно прибавилось: то, что считанные секунды назад можно было квалифицировать как торопливое избиение одиночки, каким-то непостижимым образом переросло в групповую драку.