Ложь напрокат - Валентина Андреева

– Ты в своем уме?

Чем была вызвана такая реакция подруги, я не поняла и решила обидеться.

– Во всяком случае, я не ощущаю его отсутствие.

– Ну так со стороны виднее. Голову вижу, тело тоже, ума не наблюдается. Ты разберись с этим делом. Может, он у тебя в другом месте? Остановка, между прочим. Ты загораживаешь своим безумным массивом вход и выход. – Наташка схватила меня за шиворот и втащила наверх. Сзади волновались входящие.

– В чем дело, граждане? – перекрыл всех суровый голос подруги. – Видите, контролеру плохо? Прямо на ступеньке парализовало.

Из другой двери мигом выскочило три подростка, и Наталья поволокла меня на освободившееся место.

– Сиди. Я талончики пробью. Сумки со свободного места не убирай. Там выручка от штрафов.

– А разве у вас не бесплатный проезд? – поинтересовался хорошо одетый мужчина лет пятидесяти.

Держась за поручень, он немного склонился ко мне и иронически улыбался. Я молчала. Наверное, парализованным не следует много разговаривать.

– Вот вы, молодой человек, – Наталья бесцеремонно отодвинула его в сторону и села рядом со мной, – имеете машину, а катаетесь на автобусе. Производственная необходимость? – Мужчина кивнул. – И у нас производственная необходимость. Тщательно спланированная операция, которую вы своим вопросом рассекретили. Попрошу не отвлекать.

На следующей остановке набилось столько народу, что «молодой человек» почти улегся на Наталью.

– Из-ви-ни-те, – по слогам пробормотал он и попробовал передвинуть руку, которой держался за поручень.

Очевидно, у него был маленький стаж езды на общественном транспорте – он промахнулся, чему способствовал очередной толчок от более неустроенных пассажиров. Удобно устроившись на наших коленях, мужчина очень переживал за состояние своей барсетки. В процессе не очень свободного падения она выпала у него из свободной руки мне под ноги. В барсетке были документы на машину и деньги. Сумму он не назвал – Наташка предусмотрительно шлепнула его ладонью по спине, давая понять, чтобы лежал спокойно и ни о чем не думал. Вокруг угрожающе нависали другие пассажиры.

Мужчине завидовали. Некоторые завистники раздраженно настаивали на том, чтобы он подтянул ноги к коленям: место освободится. Наташка возмутилась и предложила недовольным последовать великому почину, но только за счет других пассажиров. Вытащив откуда-то сбоку журнал «Отдохни», она демонстративно положила его на спину лежавшему, доказывая этим, что свободного места нет, и открыла где-то на середине. Потом спохватилась и спросила у мужчины:

– Не возражаете?

– Пожалуйста, пожалуйста, – быстро проговорил он, не осмелившись возразить.

На следующей остановке автобус не остановился. Две женщины противно запротестовали. Зря, конечно. Думаю, они узнали о себе столько нового! И все это стало достоянием гласности. Самое невинное замечание призывало их, зараз, не быть неблагодарной скотиной. Им крупно повезло дважды: они все-таки влезли в автобус, и он по дороге не сломался.

Последняя остановка была конечной. Метрополитеном не пахло. Пахло новым микрорайоном и осенью. Совсем недалеко был какой-то лесопарк. Пассажиры из автобуса выпадали долго. Одни без потерь, других вообще можно было поздравить с приобретением. Пожилой мужчина настоятельно требовал оставить его в покое. К кому было обращено это требование, выяснилось позднее: на него вывалилась черноволосая красавица родом из Средней Азии. Она была пристегнута к его подтяжкам алюминиевым крючком, призванным освободить женские руки, переложив непомерную тяжесть покупок на любую горизонтальную перекладину подходящего размера. Немедленно отстегиваться она не собиралась, поскольку левая рука с сумкой находилась в автобусе. Возникла пробка. Пассажиры орали и требовали бросить сумку. Дама ругалась на двух языках сразу. У кого-то лопнуло терпение, в результате пробку вышибло. Разом вылетело три человека, сумка и чей-то мужской ботинок – наверное, разношенный. Все это скрыло под собой черноволосую красавицу. Дольше всего продержались подтяжки. На наших глазах они растянулись до невероятных размеров. Их обладатель уже готовился примоститься где-нибудь с краешку кучи-малы, но подтяжки отстегнулись, и он, как выпущенный из рогатки камень, врезался в толпу зевак. Это значительно погасило первоначальную скорость, и ему удалось лихо затормозить у палатки с шаурмой, сбив головой объявление: «Требуется продавец-шаурмист». Продолжения мы не видели. Лежавший на наших коленях мужчина воспользовался возможностью пошевелится и предпринял попытку встать. Наталья поинтересовалась, куда же все-таки делась станция метро. Ответ нас огорчил: она осталась позади – на той остановке, где в автобус загрузилась огромная толпа народа.

– Я не хочу быть приживалкой в чужом доме! – стонала Наташка на обратном пути. – Мне нравится моя кухня. Звони свекрови.

– Ты что, с кухней к ней собралась? – поразилась я.

– Очень остроумно! Никуда я не собралась. Без боя не сдамся.

Я вытащила из сумки мобильник, но она решительно меня остановила:

– Подожди! Не отвлекайся – опять проедем.

Несмотря на то что в автобусе ехало только шесть человек, сесть мы не рискнули: расслабимся и точно проедем. У метро вышли все пассажиры.

Прозвониться своей второй маме я не успела – помешал телефонный звонок. Я приготовилась огрызаться.

– Иринка, ты где? – Голос мужа звучал заискивающе. И это радовало.

На вопрос ответила чистую правду:

– Здесь.

– Тогда проверь наш домашний телефон, наверное, опять трубка плохо лежит… Видишь ли, мне придется немного задержаться, но часика через два буду. Картошечки оставь.

– Телефон проверю, картошки оставлю. Все?

– Ну что ты злишься?

– Домой надо вовремя приходить.

– Обязательно. Только я договорился подъехать к Листратову… – Связь прервалась.

Наташка смотрела на меня с уважением и легкой завистью:

– И что же мне никто не позвонит и не обрадует, что будет шляться неизвестно где до посинения?

– У меня-то как раз известно, – вздохнула я. – Димка к Листратову поехал. Кажется… следствие ведут знатоки.

– Ну и пусть ведут, – отмахнулась Наталья. – Упрутся лбом в стенку, как мы, и порядок – очередной висяк.

– А мы не уперлись! – запальчиво возразила я. – Боюсь только, Сергея я в ближайшие часы не отловлю. Он с Димкой едет к Листратову. И это лишний раз доказывает его невиновность… Наталья, – жалобно сквасилась я, – мне он очень нужен…

– Ну где ж я тебе его возьму, – растерялась Наташка. – Давай попозже ему позвоним. Или завтра утром.

Опять затрезвонил мобильник. Мы одновременно полезли в сумки. Для меня это оказалось лишним. Наташка осторожно ответила:

– Алло.

Дальше в ходе переговоров на ее лице отразилась целая гамма чувств, начиная с настороженности и кончая полным негодованием.