Осколки пятой звезды - Марина Серова

Повернув ручку, я приоткрыла дверь и, осторожно заглянув внутрь, поинтересовалась:

– Можно войти?

На сей раз я была сама скромность.

– Да, пожалуйста. Проходите.

Подтянутый мужчина слегка за сорок, одетый в дорогой костюм, отлично на нем сидевший, производил довольно приятное впечатление. По крайней мере, внешне.

– Вы от Тамары Давидовны?

– Да, я здесь по ее поручению, – ответила я, уже не сомневаясь, что не предупрежденных о моем визите в этом здании просто нет.

– Она звонила недавно, очень настаивала, чтобы я поговорил с вами, – продолжал Маркелов. – Но, собственно, все, что мне известно, я уже рассказал полиции. Да и знаю я ничуть не больше, чем другие. Не думаю, что смогу сообщить вам что-то особенно выдающееся.

– Этого и не требуется, – тепло улыбнулась я. – Опишите тот день, как он вам запомнился. Если я правильно поняла, Вадим Владленович просто исчез. Можно сказать, испарился. Он, директор крупной фирмы, целый день занятый вопросами, связанными с ведением бизнеса и практически никогда не остающийся наедине с самим собой. Как такое вообще могло произойти? Как минимум личный водитель должен был сопровождать его всюду. Как же он мог «потеряться»?

– Он не всегда ездил с Ренатом, – немного подумав, сказал Маркелов. – Вадим не был склонен раздувать штаты, многое делал сам, частенько сам ездил и за рулем, отправляя Рената с какими-нибудь поручениями. Так получилось и в тот день. С Ренатом он обычно ездил на «Майбахе», это, так сказать, официальная «служебная» машина Вадима. А сам он любил водить «Туарег». Вот и в тот день, когда он пропал, он ехал один за рулем этой машины. На утро у нас была назначена важная встреча с представителями муниципалитета. Это касалось оформления участка под нашу новую застройку. Чтобы все успеть, нам пришлось разделиться. Я поехал в муниципалитет, Рената Вадим отправил за документами в офис, а сам он поехал на этот самый участок, чтобы уточнить кое-какие вопросы на месте. Перед важными разговорами он всегда до последней мелочи изучал обстановку и информацию.

– Вы сказали, что своего водителя он отправил за документами в офис. То есть Вадим Владленович полностью ему доверял?

– Да, Ренат надежный парень. Он работает у нас давно, и за это время у Вадима были возможности испытать его преданность. Иногда он даже использовал его как телохранителя.

– У этого Рената такая хорошая подготовка?

– Да, насколько я знаю, он служил в десантуре, потом еще пару лет отработал по контракту. Да и сейчас не забывает старое «хобби». Регулярно ходит в «качалку», занимается восточными единоборствами.

– Да, такому парню доверить свою безопасность не страшно, – улыбнулась я. – И надо же – в самый нужный момент его не оказалось рядом. Как будто специально…

Проговорив это, я очень внимательно посмотрела в лицо Маркелова, но, кажется, намек мой не вызвал ни малейшей паники в рядах.

– Не знаю, – вновь спокойно и раздумчиво произнес он. – Встреча эта планировалась загодя, все готовилось, так сказать, в открытом режиме. Задолго до момента встречи планы были известны, и специально что-то подстроить здесь было сложно.

– Тогда, может быть, кто-то сам подстроился под ваш график, узнав, что планируется такая встреча?

– Это более вероятно, но и здесь есть свои «но». Невозможно было заранее сказать, что все сложится именно так. Что мы разделимся, что Вадим поедет один. Это решилось в последний момент.

«Видимо, этот момент кто-то и сумел удачно использовать, – подумала я, слушая его возражения. – Такую информацию можно получить, только находясь очень близко к руководству компании. К Хикметову, к Маркелову, к этому самому Ренату, которому они так доверяли и который, видимо, знал о делах своего босса практически все. О чем это может говорить? Только об одном – загадочное исчезновение либо организовано кем-то из приближенных, либо этого приближенного неким третьим лицам удалось завербовать в качестве шпиона. И ведь им может оказаться практически кто угодно. В том числе и этот импозантный мужчина».

– Как стало известно, что Вадим Владленович пропал? – спросила я, вновь окинув собеседника проницательным взглядом. – Кто первым узнал об этом?

– Кто был первым, ответить сейчас сложно. Он опаздывал на встречу, так что дозвониться до него пытались, наверное, практически все. И я, и Ренат, и Лера.

– Лера?

– Да, это секретарь Вадима. – Взгляд Маркелова сделался отсутствующим, было очевидно, что он не желает вдаваться в подробные комментарии на эту тему.

– Она всегда в курсе дел босса? – как бы невзначай поинтересовалась я.

– Разумеется, она же секретарь! Но на звонки Вадим не отвечал. Тогда я велел Ренату съездить на участок. Он привез документы, и я отправил его за Вадимом, предположив, что случился какой-нибудь форс-мажор на стройплощадке. Мало ли – въехал в колдобину, разбил машину, повредил телефон. Там все перерыто, в принципе, вполне могло случиться что-то подобное.

– Но ведь в таких случаях всегда можно обратиться за помощью, – заметила я. – Остановить проезжающих, одолжить телефон. Мир не без добрых людей. Или там полнейший пустырь, на этой вашей стройплощадке?

– Да уж, толпы туристов там точно не ходят, – усмехнулся Маркелов. – Да и сам Вадим по характеру не склонен кричать SOS. Он у нас человек самостоятельный, проблемы любит решать сам. А там, на объекте, скорее всего, действительно не к кому было обратиться, даже при наличии большого желания. Строительство, собственно, еще только в самом начале, вы правильно заметили, по сути, сейчас это просто пустырь. Мы подготовили котлован, а возводить стены планировали, уже когда полностью оформим все документы. Поэтому и была так важна та встреча. И меня очень удивляло, что Вадим не торопится. В общем, я послал за ним Рената, а сам остался караулить в муниципалитете. В тот момент никто и не думал, что встречу и вовсе придется отменить.

– Не припомните, во сколько это произошло?

– Около десяти часов. В девять мы с ним созванивались, еще раз скорректировали планы. Потом он позвонил Ренату. Потом уехал. Вот, собственно, и все.

– То есть получается, что последним, с кем Вадим Владленович разговаривал в тот день, был его водитель? – уточнила я.

– Получается, что так.

– И потом, отправившись по вашей просьбе на стройплощадку, Ренат никого там не обнаружил?

– Нет. Минут через сорок он перезвонил мне и сообщил, что нигде нет ни Вадима, ни его машины.

– А что это вообще за место, эта ваша новая стройплощадка? Там легко потеряться?

– Вот уж нет! – совершенно искренне воскликнул Маркелов, так, что у меня не было ни малейших оснований не верить ему. – Затеряться там скорее сложно. Я ведь сказал, фактически это пустырь. Это Ближняя Заводь, район набережной, только еще пока не обустроенный. Старые дома под снос, где-то расчищено, где-то – холмы из строительного мусора. Собственно, там пока и стройплощадки-то обустроенной нет. Все еще в самом начале.