Засада на синюю птицу - Наталия Кузнецова

Ромка коснулся пальцем большого белого нароста над клювом.

– Это называется восковицей, – со знанием дела пояснил он. – Глядите, прямо как у моего Попки.

Голубь вел себя смирно, но стоило ослабить хватку, как он выскользнул из его рук и захлопал крыльями, но не взлетел: Лешка успела его поймать. Однако от резких движений на верхней части поврежденного крыла тут же выступила кровь.

– Лешк, тащи ножницы, бинт, йод и приготовь слабо-розовый раствор марганцовки, – приказал Ромка, а сам схватил голубя за клюв и потянул его на себя. Птица переступила ногами и шагнула вперед.

– Ты что делаешь? – возмутилась сестра.

– Определяю, голубь это или голубка. Если голубь, то должен отдернуть голову назад, а голубка – нет.

– Значит, это голубка!

– Молодец, догадалась! А теперь иди и неси все, что я сказал.

Она притащила всю аптечку, развела в воде марганцовку, открыла пузырек с йодом, словом, сделала все, что велел брат. И Ромка, приговаривая «потерпи немного, я скоро», аккуратно выстриг перышки вокруг раны птицы и промыл ее марганцовкой. Затем залил больное место йодом и прибинтовал крылья к телу, чтобы голубка не смогла летать и тем самым тревожить рану.

– Я боялся, что придется накладывать швы, а теперь думаю, что и так заживет. Пусть посидит хотя бы пару дней без движения.

– Откуда ты все это знаешь? – удивился Артем.

– Ну, я еще в прошлом году, когда купил своего Попку, подумал: «А вдруг он заболеет или получит травму, что тогда делать?» Вот и нашел нужные книжки и узнал, как поступать в таких случаях. А потом стал читать не только про попугаев, но и про других птиц, – просто объяснил Ромка, но тут же опомнился, принял высокомерный вид и без тени иронии заявил: – Вы разве забыли, что я вообще почти все знаю? Правда, Попочка?

Желтый попугай высунул маленькую головку из-за прутьев высокой клетки и не замедлил похвалить своего хозяина:

– Ромочка хороший! Ромочка умный!

Голубка посмотрела на своего лекаря яркими рубиновыми глазами, как будто тоже хотела что-то сказать, но передумала.

Промолчали и Лешка с Артемом. Ромка был известным хвастунишкой, но его многочисленные достоинства с лихвой искупали этот маленький недостаток.

– Жаль, что голубей нельзя научить разговаривать. Они вообще молчуны, только между собой воркуют, – продолжал тот. – Зато видят превосходно. К вашему сведению, у птиц в сетчатке в три раза больше светочувствительных клеток, чем у человека.

Громко стуча когтями по деревянному полу, к ним приплюхал Лешкин Дик посмотреть на нового поселенца, неизвестно откуда взявшегося на его территории. В саду уже жили два колючих ежа, что ему было совсем не по душе, но птица не вызвала у пса никаких эмоций. Да и вообще, и к уличным голубям, и к Попке Дик не проявлял никакого интереса. Тем не менее Лешка велела ему уйти. Пес запыхтел и поплелся назад, во двор.

– Так, а где она будет жить? – озаботился Ромка. – Здесь ей будет тесно, и потом, одна птица в нашей комнате уже есть. Может, устроим ее в сарае или на чердаке?

– Ни за что! – замотала головой Лешка. – Она будет жить в моей комнате.

– Ладно. А то, мне кажется, она не нравится моему Попке. Видите, как недовольно он на нее смотрит.

Они перенесли голубку в комнату девочки, Ромка притащил из кухни маленькую старую табуретку, перевернул ее вверх дном, поставил на стол и водрузил новую жилицу на узкую перекладину.

– Пока она не может летать и садиться там, где ей хочется, пусть это будет ее насест.

А еще Ромка прихватил старую Попкину поилку – недавно он купил своему крылатому приятелю новую – и блюдечко, в которое насыпал корм для попугаев.

– Канареечное семя – лучший корм и для голубей. А еще им можно давать морковку, свеклу, вареную картошку, манную кашу, всякие фрукты и размоченный в молоке пшеничный хлеб. Голуби почти все едят, как люди и попугаи.

– Жаль только, что они не могут жить в доме, как люди и попугаи, – сказала Лешка. – А как мы ее назовем?

– Никак, чтобы не привыкать, – ответил Ромка. – Жаль только, что вчера из-за Катьки, а сегодня из-за этой птицы наш поход на озеро накрылся медным тазом. Сейчас туда плыть уже поздно, а завтра суббота, предстоит явление предков народу. До послезавтра, значит, будем их терпеть. Еще и Машкин день рождения в воскресенье. Но в понедельник, учтите, прямо с утра двинем на озеро.

Спустя какое-то время Нина Сергеевна послала Ромку с Артемом в магазин подкупить продуктов к приезду родителей. Лешка осталась дома. Сжавшись в комочек, она уселась на диван с книжкой, но даже страницы старалась переворачивать тихо-тихо, чтобы голубка поскорее освоилась в своем временном пристанище.

Сначала птица сидела нахохлившись и тоже не шевелилась, потом огляделась, соскочила с табуретки, подошла к поилке, попила, а вслед за тем склевала полблюдечка Попкиного корма. Потом еще раз напилась и запрыгала по полу. Девочка помогла голубке забраться на импровизированный насест и получила эсэмэску на мобильник. Это была Катька, которая просила ее подойти к стационарному телефону.

– Катюша! – взяв трубку, обрадовалась Лешка. – Уже доехала! Ну и как там, в Рязани?

– Еще хуже, чем я думала, – сообщила подруга трагическим голосом. – Пришли родственники, все взрослые, разглядывают меня, как музейный экспонат. И всю эту скукоту я должна терпеть еще целых три дня. Только потом уедем домой в Воронеж. А ведь все это время, а может, и больше, я могла бы быть с вами! Ох, лучше об этом не думать. А вы как? Надеюсь, со времени моего отъезда у вас ничего не произошло?

– Не поверишь, уже произошло! – воскликнула Лешка и рассказала Катьке, как они собирались спасти похищенного кем-то ребенка, а вместо того нашли раненую голубку и привезли ее в Медовку. – Так что приключение завершилось, не успев начаться, причем безо всякого риска, – добавила она. – А ты, чтобы не было скучно, пиши мне и звони по скайпу, ладно?

– Ладно. Только все равно я здесь, а вы – там, – с грустью сказала Катька.

Положив трубку, девочка вернулась к голубке. Мальчики застали ее в той же позе на диване.

– Ну и как она тут? – подойдя к птице, спросил Ромка.

– Нормально. Я тут вот что подумала. А не поискать ли нам ее хозяина? Скажем, дать в какую-нибудь газету объявление: «Нашлась синяя голубка». И в Интернет, конечно. Может быть, какой-нибудь голубятник сейчас страдает, думает, что его птица погибла, а она у нас. Вот он обрадуется, когда об этом узнает!

Но брат скептически покачал головой:

– У породистого голубя на ноге должно быть родовое кольцо из дюрали. На нем указано, когда он родился и где живет, и по этой надписи легко находят его владельца. Голубей окольцовывают в семидневном возрасте, и эти кольца остаются у них на всю жизнь. А если бы птица пропала во время соревнований, то еще и на шейке был бы радиоошейник. А раз ничего такого нет, значит, она беспородная.