Мисс Непоседа - Вера Иванова

Они меня не узнали. Я нашла их в кафе и три раза промаршировала мимо туда-сюда — хоть бы что, никакой реакции! Правда, они вообще ни на что не реагировали — и вскоре стало ясно, почему: обсуждали мое исчезновение.

— Куда она подевалась? — переживал Смыш. — Посадка уже через час!

— Может быть, обратиться к взрослым? — нервничала Танюсик.

— Да ладно, чего там, дайте девчонке погулять! — успокаивал друзей Сеня — он один из всей компании не особенно волновался из-за меня. За что тут же получил нагоняй от подруги.

— Какой ты бесчувственный! — накинулась на него Танюсик. — Сашуля пропала, а тебе хоть бы хны!

От всех этих слов я таяла — значит, эти предатели все-таки искали меня и волновались, а я вот она, тут, брожу у них под носом, и никто — никто! — меня не узнает!

«Молодец, Сашуля! — похвалила я сама себя. — Высший пилотаж маскировки!»

Ликование так распирало меня, что надо было срочно с кем-нибудь поделиться. И я решила снять маску и раскрыться перед Братством, чтобы нам всем вместе посмеяться — пока народ и в самом деле не обратился к взрослым.

Моим намерениям помешал злосчастный апельсиновый сок. Я увидела на стойке у бара горку апельсинов и бросилась к ним, на ходу залезая в правый верхний кармашек жилетки за деньгами.

На этот раз мне никто не помешал и никаких наглых рыжеволосых девчонок (кроме меня самой) вокруг не было. Произошло другое — мне не хватило денег. Пересчитывая последние монетки, я чуть не плакала. Если бы я тогда не купила минералку, мне бы хватило! Это все ты, рыжая, все из-за тебя!

Как назло, жажда вдруг резко усилилась — как будто я только что пешком пересекла Сахару. Мне казалось, если я сейчас же не выпью апельсинового сока, то засохну, как кактус около Танюсикова компьютера.

А потом… А потом произошло чудо. Так всегда бывает — после грозы должно появиться солнце, непременно!

«Солнце» появилось рядом со мной в виде незнакомого парня в футболке «Gap» и с большим бумажным пакетом. Вначале я почувствовала аромат его одеколона: «Сalvin Кlein», любимый запах Лехи.

А потом я услышала голос:

— Зачем же так расстраиваться по пустякам?

Голос был приятным — уверенный бархатистый баритон, такой же, как у Лехи. Или у доброго доктора. Или у смелого пожарного, спасающего ребенка из огня. Или у спасателя, вытаскивающего из воды утопающего. Или просто у ангела-хранителя.

Поэтому я оробела и не поднимала глаз — к тому же они покраснели, да и вообще я была не я и выглядела не лучшим образом. Меня хватило только на то, чтобы шмыгнуть обклеенным пластырем носом и что-то хрюкнуть — надо же было хоть как-то отреагировать!

А потом я почувствовала нежный аромат — апельсиновый — и увидела перед собой стакан сока — того самого, свежего-свежего, ярко-желтого, с крапинками мякоти.

— Угощайся! Ты ведь такой хотела? — поинтересовался Добрый Доктор. — Я угадал? Или ты предпочитаешь морковный?

Мысли сшибло… Позабыв об этикете и достоинстве, я схватила восхитительно холодный стакан и, все еще не поднимая глаз, одним махом осушила его.

О, это было незабываемо! Сок оказался именно таким, какой я и представляла, — в меру кислый, в меру сладкий, чуть с горчинкой и с упоительным апельсиновым ароматом.

Утолив жажду, я опомнилась, пробормотала «спасибо» и, высыпав на прилавок горстку мелочи, подвинула ее спасателю.

— Негусто! — хмыкнул он. — Кризис?

— Ага! — Я наконец-то подняла на него глаза….

И тут же зажмурилась. Потому что чуть не ослепла.

— Что? Неужели такой страшный? — всполошился мой спаситель. — Или испачкался где-нибудь? У тебя есть зеркальце?

Я кивнула, достала из левого верхнего кармана жилета мобильник и протянула ему. Пока он разглядывал свое отражение в поисках несуществующих изъянов, я исподтишка изучала его. И еще раз убеждалась — все правильно, это не обман зрения, не мираж и не галлюцинация. Я не ошиблась и не сошла с ума.

Пока еще.

Потому что передо мной был не кто иной, как мой Леха, собственной персоной. В футболке из «Gap».

Мой единственный, ненаглядный, милый и нежный возлюбленный.

Тот, к которому были устремлены все мои помыслы.

Который ждал меня сейчас в Москве.

Конечно, при ближайшем рассмотрении стало ясно, что это не Леха. Стоявший рядом со мной парень с пакетом был удивительно на него похож, просто близнец, однако глаза его были светло-карими, а не серо-сине-зелеными, как у Лехи.

И тем не менее сходство оказалось таким сильным, чтобы мое сердце вдруг забилось вдвое быстрее.

— Не переживай, у тебя все в порядке, — выдавила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Ты не страшный, а совсем даже наоборот.

— Да? — Он с живым интересом посмотрел на меня и вернул мобильник. — Еще по соку?

Конечно же, я не отказалась. Я готова была выпить тонну сока, переполняться им, давиться и булькать, лишь бы стоять вот так рядом с этим парнем, вдыхать аромат его одеколона, исподтишка любоваться веселым лицом… И представлять, что это Леха.

После стольких злоключений судьба сделала мне неожиданный подарок. Я забыла обо всем на свете: кто я, где я, КАКАЯ я сейчас — и во всем аэропорту не было в эти минуты человека счастливее меня!

Я бы так и укоренилась там, за стойкой, со стаканом сока, если бы мой новый знакомый не поинтересовался:

— А ты вообще чего тут приземлилась? Летишь куда-нибудь?

«Летишь?» Я опомнилась и посмотрела на часы. И — о ужас! — поняла, что опаздываю на посадку.

И тогда я сорвалась с места и с криком:

– Лечу! Еще как лечу! – послала воздушный поцелуй одной Прекрасной Мечте, чтобы на всех парах устремиться к другой.