На ринге ствол не нужен - Алексей Макеев

– Уже слышал новость? – Генерал задернул шторы на окнах, отгораживаясь от прямых солнечных лучей. Погода сегодня в столице выдалась ясной, особенно во второй половине дня. – Да ты присаживайся, Лева. Что ж ты встал как неродной?

Гуров скупо ухмыльнулся, расположился в кресле напротив пустующего генеральского стола и полез в карман за сигаретами. С Петром Николаевичем Орловым полковник был знаком очень давно, еще задолго до того, как тот стал его непосредственным начальником. И повышение Орлова никак не повлияло на старую дружбу. Отношения между ними по-прежнему оставались легкими и непринужденными.

Орлов вернулся на рабочее место и нажал на столе кнопку селекторной связи.

– Верочка, – ласково обратился он к своей секретарше. – Будьте добры, принесите нам, пожалуйста, две чашечки кофе. Мне и Льву Ивановичу, – и, уже убрав палец с кнопки, спросил Гурова: – Ты ведь не против кофе?

– А когда я возражал?

Полковник щелкнул зажигалкой, прикурил сигарету и разогнал рукой густой клубок дыма, образовавшийся перед лицом. Потом он аккуратно положил на край генеральского стола папку с отчетом о последнем успешно завершенном им деле и придвинул к себе пепельницу.

– А где Стас? – Орлов распустил узел галстука.

– Пан Крячко ужинать изволят, – иронично откликнулся полковник. – Но нам его присутствие вроде как и необязательно, а потому я не стал возражать против вечерней трапезы друга и соратника. Пусть побалует свой желудок. Расследование закончено, Петя, результаты ты уже и сам хорошо знаешь, дело можно передавать в суд, а здесь детальный отчет, – Гуров постучал указательным пальцем по папке. – Для архива, как ты любишь выражаться. Прочтешь?

– Обязательно. Читая твои отчеты, я всегда получаю истинное удовольствие. И учусь. Надо же знать, как работают мои лучшие кадры. Трупов не очень много?

– Как обычно, – Гуров принял шутливую игру генерала. – А что за новость, о которой я должен был слышать?

– Ах да! – Орлов откинулся на спинку стула. – Помнишь Свешникова? Он работал раньше вместе с нами. Потом его уволили, и он…

– Конечно, помню, – лицо Гурова вдруг сделалось мрачным. – Странно, что ты о нем упомянул именно сейчас. Игорь звонил мне позавчера. Ночью. Где-то в половине первого. Ничего не сказал толком, поинтересовался, как у меня дела, про тебя спросил, про Стаса. Я предложил встретиться как-нибудь. Он согласился, но договориться окончательно о времени и месте мы так и не смогли. Ему позвонили по смежной линии, он сказал, что еще свяжется со мной, и отключился. И больше не звонил пока… Что? – Полковник только сейчас заметил, что Орлов как-то странно смотрит на него. – Я же говорю, что звонок непонятный получился, обескураживающий даже… Да что ты так смотришь-то на меня?

– Интересно, – протянул Орлов. – Непонятный звонок, говоришь. Очень интересно. – Он помолчал немного, а затем продолжил: – Я вижу ты, Лева, действительно не в курсе той новости, которую я тебе хотел сообщить. Иначе ты бы не говорил, что я завел разговор о Свешникове просто так, с бухты-барахты. Дело в том, что вчера вечером Игорь погиб.

– Погиб? – автоматически переспросил Гуров. – Как погиб? Как это случилось?

– Отсталый ты человек, Лева. Ты бы хоть газеты читал иногда. Или телевизор включал.

– Мне телевизор смотреть некогда. Так в чем там дело?

– Вчера в «Атланте» проходил очередной турнир на звание чемпиона России. Свешников против Мухалишина, – Орлов с удовольствием отметил, как Гуров погасил сигарету в пепельнице. Сам он курить бросил и не имел ничего против, если курили другие, но предпочитал этого не видеть. – Свешников получил нокаут в самом начале второго раунда. Коронный хук слева Мухалишина – и Свешников на полу. Умер мгновенно.

Гуров был потрясен.

– Умер после удара? – не поверил он. – На ринге? Как же так? Это невозможно, Петя. Он – чемпион. Он умеет держать удар. Ты же знаешь Игоря. Здесь явно что-то не так.

– А что не так? – Тон Орлова был не слишком уверенным, и полковник это почувствовал. – Конечно, возбудили дело, провели судебно-медицинскую экспертизу, которая и постановила: удар в голову вызвал кровоизлияние в мозг. Никаких сомнений в этом у патологоанатома нет. Дело тут же и закрыли. Мухалишина привлекать к ответственности не станут. Удар был нанесен в рамках правил. Рефери был рядом и подтвердил это.

Дверь в кабинет генерала бесшумно отворилась, и в помещение впорхнула Верочка с подносом в руках. Грациозно продефилировав к столику, она неторопливо выставила на него две чашки черного кофе, сахарницу и подставку с салфетками. Мужчины не обратили на нее никакого внимания. Такое случалось нечасто, и Верочка, обиженно надув губки, тут же удалилась.

– Все равно дело нечисто, – упрямо повторил Гуров, когда дверь за генеральской секретаршей закрылась. На его высоком лбу пролегли две глубокие продольные морщины. – У меня подобное в голове не укладывается. А звонок мне?

– При чем здесь звонок?

– Брось, Петр, ты же все прекрасно понимаешь. – Полковник взял со стола стоящую ближе к нему чашку кофе, но тут же поставил ее обратно и решительно поднялся на ноги. – Игорь не стал бы звонить мне просто так. И ты тоже об этом подумал, как только я рассказал тебе о звонке. Он что-то предчувствовал. Он был обеспокоен чем-то. Я чувствовал напряжение в его голосе. А вдруг он хотел предупредить? Попросить о помощи?

– Но не попросил же. И голос… Тебе могло показаться, Лева. Ты давно с ним не общался. А произошедшее – не более чем совпадение.

Гуров нервно прошелся от одной стены до другой, затем еще раз и только потом остановился напротив Орлова и отрицательно покачал головой:

– Мне в это не верится. Ты же знаешь, интуиция меня редко подводила.

– Ну хорошо, – Орлов тяжело вздохнул и тоже поднялся из-за стола. – Чего ты хочешь?

– Я думаю, мы должны попробовать разобраться в этом деле. Тут что-то нечисто. Как-то уж слишком просто все получается. Но звонок…

– Заладил: «звонок-звонок»…

Гуров ударил кулаком правой руки в раскрытую ладонь левой. На Орлова он уже не смотрел. Его взгляд был устремлен за спину генерала. Орлов знал, что в эту самую секунду полковник принял какое-то решение и отговорить его будет уж очень непросто.

– Я хочу сам съездить в этот «Атлант» и узнать, что там и как произошло, – Гуров бросил взгляд на наручные часы. – Ты не против?

Последний вопрос был чисто риторическим, и Орлов понимал это лучше, чем кто бы то ни было.

– Ну если ты считаешь…

– Считаю. Прямо сейчас и наведаюсь туда. Не нравится мне все это, Петя. – Он направился к выходу.

– А кофейку?

– Потом.

Орлов раздосадованно пожал плечами.

– Стаса с собой возьми! – крикнул он вслед подчиненному, но Гуров уже закрыл за собой дверь.